Великая сила нелюбви

25.

На самом деле это Андрей раскрутил её так, что она сама того не подозревая, рассказала ему всю свою жизнь и дала домашний адрес. Естественно, на следующий день он пришёл к ней за ответами. Вот так в его руках оказался документ с результатами генетического теста.

Осталось выяснить почему мать так упорно не хотела рассказывать сыну про отца. Полина Геннадьевна сына боготворила. Всю любовь она обрушила на своего единственного ребёнка, так что на отношения с мужчинами ничего не оставалось. Чтобы удержать мальчика при себе, она придумала больное сердце.

Подростки такие неуправляемые! Им больше хочется проводить время с друзьями, чем с родной матерью. Её Андрей тоже быстро раскусил, но подыгрывал. Несуществующее заболевание матери помогало быстро и без проблем, при необходимости, покинуть любую компанию. Достаточно было сказать приятелям:

— Мать сердечница, если я сейчас не приду — всё, у неё приступ начнётся!

И приятели понимающе кивали:

— Да, конечно, иди…

Про отца Полина не рассказывала никогда. Андрей думал, что негодяй сильно обидел её, бросил беременную, вот она и не хочет о нём вспоминать. Конечно, как и других таких пацанов, грызло немного, что он безотцовщина. А потом привык. Ну нет отца, что тут поделаешь. Зато мать любит его за десятерых.

Что греха таить? Подростком устраивал Андрей обыски в квартире, когда матери подолгу не бывало дома. Искал фотографии, письма, какие-нибудь памятные подарки, свидетельствующие о таинственном человеке, из биологического материала которого и получился Андрей.

Не нашёл. Ничего! Даже мало-мальски подсказывающего, что в этой квартире однажды заночевал мужчина.

Потом он вырос, женился, завел себе своих детей, и всё остальное отошло на задний план. И вдруг бомба — документ с результатами экспертизы! Отец Андрея жив, здоров, женат, но ни сном, ни духом не ведает о своём ребёнке на стороне.

Марина выдвинула версию, что детей перепутали в роддоме. Чуднов долго думал, как рассказать матери об этой истории. Не нашёл ничего лучше и выпалил:

— Дорогая моя мамочка, я тебя очень люблю и уважаю, и буду любить всегда. Я нашёл своего отца!

Полина Геннадьевна растерялась, испугалась и, не сумев сдержать эмоции, воскликнула:

— Этого не может быть!

— Почему? — удивился сын.

— У тебя нет отца…

— Как так? Откуда-то я взялся! — не сдавался Андрей, — Сорок лет назад никто и слыхом не слыхал про клонирование и эко. Я больше поверю в непорочное зачатье.

— Так оно и было, — ответила Полина Геннадьевна.

— ?!

Чуднов прервал монолог, посмотрел на Скарабея:

— Вот видишь, Николай, какие чудеса бывают. Мы всё ищем что-то невероятное, большое, радужное в океане, в космосе. На самом деле чудеса случаются сплошь и рядом, каждый день.

Колька не высказал никаких комментариев. И Андрей продолжил:

— Если бы я был твоим отцом, картинка бы сложилась. Но я не был знаком с твоей матерью, никогда. Как и моя мать ни разу в жизни не видела твоего деда.

— Как такое может быть? — не поверил Скарабей.

Полина росла скромным, если не сказать забитым, ребёнком. Жёсткий, деспотичный отец с пристрастьем воспитывал дочь. Самое главное, чтобы в доме была чистота, порядок, вовремя выучены уроки. Единственная подруга, с которой было разрешено общаться, приходила в определённый отцом час. Девочки тихо играли, закрывшись в детской комнате, потом Верочка уходила. Ходить в гости к Вере не разрешалось.

После школы Полина окончила педагогическое училище и пошла работать в библиотеку. Учится в других учреждениях ей не позволили. Отец высказался однозначно:

— Бабе грамота, что корове седло! Готовить, стирать, убирать умеет. Что ещё нужно? Выйдет замуж, мужик научит её, чему сам захочет.

С замужеством получилась большая проблема. На дискотеки, в клубы, в кино девушке ходить было нельзя. С парнями гулять нельзя. Посещать вечеринки нельзя. Приводить домой никого нельзя. Ну и откуда взяться кавалеру, который захотел бы жениться на Полине?

Подруга Вера (отучилась в медучилище, устроилась лаборанткой в поликлинику) очень сочувствовала Полине, но помочь ничем не могла. Сама она уже дважды побывала замужем и имела двоих разнополых детей.

 А Полина всё сидела среди пыльных полок с книгами и читала, читала, читала… Пока зрение не испортила. Потом ей пришлось носить очки с толстыми линзами. Она и раньше-то была похожа на серую мышку, а теперь превратилась в бледную моль.

Умер отец, скоропостижно. Сидел на стуле, резко повернулся, захрипел, засипел, стал задыхаться, упал на пол и умер. Остались женщины вдвоём: мать и дочь. Никто их больше не прессовал, могли заняться устройством личной жизни.

Мать не захотела, боялась, что опять нарвётся на тирана. Стала пилить великовозрастную дочь:

— Хоть бы ты родила кого, Поличка. Что же мы с тобой живём в тишине. Я бы понянчилась. А то помру, а внуков так и не увижу.

— Кого же я рожу? Все мои ровесники давно женаты. Молодым я не нужна. А за стариков сама не пойду, — оправдывалась Полина.

— Да кто ж тебя замуж гонит? Так роди. Я не отец, ругать тебя не стану, — уговаривала мать.

Легко сказать! А как сделать? Подойти к первому встречному мужчине и попросить:

— Сделай мне ребёнка!

Заглянула как-то Полина в лабораторию к своей единственной подруге Вере, поплакаться в жилетку: время идёт, мать Полины стареет, Полина тоже моложе не становится, перспектив на будущее никаких.

Вера занята была, попросила её немного подождать.

— Сейчас ещё один анализ сделаю, — сказала она, подсовывая стёклышко под микроскоп, — Ой глянь, Поль, шустрые какие! Так и ползают. Да нет, бегают! Я бы даже сказала, прыгают!

Вера засмеялась и притянула Полину поближе к себе:

— Вот, нагнись, посмотри. Видишь?

Полина нагнулась, прищурила один глаз, а вторым уткнулась в окуляр. На мокром стёклышке извивались длиннохвостые головастики. Их было очень много. И все они двигались хаотично, изгибались, пытались ползти в разные стороны.