Мрачные тучи закрывали собой весь горизонт. Казалось, сама погода чувствует приближение чего-то плохого. Подступающий холод, заставляющий подбирать самые теплые вещи для прогулки, был непривычен для летнего времени года.
Вдали виднелась горная гряда Альдуруш, а активный вулкан Жилихон, объятый пламенем, был алмазом в ее короне. Лавовые взрывы, озаряли тучи кроваво-красным закатом и ничего, кроме беспокойства, эта картина вызвать не могла.
Хейт наблюдал с крепостной стены за крестьянами, которые организовывали оборону Делиатума. Кто-то углублял рвы, где-то ставили ежей против конницы. Кругом творилась живая суматоха и рабочая суета, от которой быстро уставал глаз.
– Народ сильно напуган, – тихий голос оторвал Хейта от тревожных мыслей, – Известие о восстании взбудоражило этих людей, которые не привычны к громким событиям.
Димео стоял за его спиной, смотря не народ, а туда, где пылал вулкан. Его старческие морщины лишь усиливались от несходящей с его лица легкой улыбки. Хейт не хотел общаться с ним. У него не осталось желания общаться вообще с кем-либо сегодня. Ситуация с Силицией, а также его миссия беспокоили его все больше.
– Вы не отсюда, поэтому вам, наверное, сложно это понять. Откуда вы, Хейт Фергус? – Димео не бросал попыток завязать разговор.
– Моя родина далеко отсюда, – нехотя ответил Хейт.
– Позвольте, угадаю: Лисия? – предположил первый советник.
– Обрела. Вы были близки, – Хейт перебирал в голове причины откланяться, – Советник, при всем уважении, у меня нет настроения для бесед. Я пришел сюда, так как хотел побыть один.
–Приношу свои извинения, господин Фергус, – притворно извинился Димео, – но все же позвольте задать вам вопрос, перед тем, как я уйду.
– Задавайте.
– Все ли отражается в Зеркале?
Хейт сделал вид, что вопрос его не касается, хотя сердце забилось гораздо чаще.
– О чем вы? – спросил Хейт, пытаясь показать удивление, но получилось слишком притворно.
Димео засмеялся своим шепчущим смехом.
– Извините, но вы слишком плохой актер, господин Фергус. Позвольте откланяться, –он было уже собрался уходить, но Хейт взял его за плечо.
– Постойте.
Хейт не знал, что спросить. Ему ранее не приходилось встречаться с другими агентами Зеркала во время задания. Димео молча ждал.
– Что происходит с моей тропой? Она не ведет туда, куда мне нужно, куда нужно Зеркалу…– Хейт с трудом подбирал слова.
Димео загадочно посмотрел на него, а спустя мгновение сказал:
– О вас не забыли. Если все идет так, как идет и вы еще здесь, значит, Зеркало не собирается менять своих планов. Никаких новых троп или путей. Вы должны идти так, как шли.
– Но все переворачивается вверх дном! – не выдержал Хейт, – Моя тропа была четкой, а теперь я понятия не имею, что мне делать. Куда идти, за кем следовать. Это чертово восстание изменило все!
– Тропа без указателей – тоже тропа. Если Зеркало не обременяет вас ими, значит, оно хочет, чтобы вы действовали по своему усмотрению. Ответьте сами себе, все ли отражается в Зеркале?
Димео мягко высвободился из хватки Хейта и тихо исчез в проеме крепостной башни, ведущей в катакомбы.
Хейт остался один. Он сошел со стены и побрел по городу, ища место для ночлега.
Делиатум был мрачен, как никогда. Улицы покрывал густой туман. Кузнечные лавки закрылись. Лишь некоторые трактиры ждали своих посетителей. А люди, которые встречались Хейту на улицах, старались как можно скорее убежать с его дороги.
Рядом с портом он увидел дом, ставень которого была слегка приоткрыта. Из нее выглядывала девочка лет пяти, держа грязную плюшевую куклу. Она смотрел на него без испуга, скорее с интересом. Хейт улыбнулся ей, помахав рукой, и девочка помахала ему в ответ. Женщина, судя по всему, мать девочки, посмотрела за ее спиной, куда та смотрит и после, отодвинув ее, захлопнула ставень.
Хейт пошел дальше и, заглянув в ближайший трактир «Веселый бык», не обнаружил там ни одной живой души, кроме старика, который сидел в дальнем конце комнаты и слепыми глазами смотрел в стену.
– Есть кто? – негромко спросил Хейт.
Из другой комнаты вышел трактирщик с огромной бородищей и недоуменно уставился на него.
– Господин, что желаете? Эль или может холодного свининки? Горячего ничего нет, к сожалению.
– От свининки не откажусь, и эль тоже неси, – Хейт присел за ближайший пустой стол.
Трактирщик ушел за едой и напитком, а Хейт стал смотреть в окно, которое выходило на речной порт. Корабли медленно отплывали, забирая паникующих горожан. Все они были слишком напуганы, чтобы разбираться в ситуации, но многие подозревали, что хорошего им в этом городе пока ничего не светит.
Трактирщик вернулся с тарелкой холодного мяса и кувшином эля. Хейт приступил к еде, обильно заедая мясо черствым хлебом.
Отредактировано: 04.10.2019