Великое Расселение

Глава 17 - С возрождением, А

Шаг за шагом Грег плёлся к всполошённому обозу, но никто не ринулся ему навстречу. Первый шквал изумлённых возгласов быстро сменился колючим перешёптыванием. Народ, не знавший о тайной вылазке, решил, что долговязый юноша давно сгинул под ножами во время ночной резни. Теперь же они недоумённо гадали: «Где был Грег и как он выжил?»

Этими же вопросами задавалась бы и Бернадетт, однако шок и радость, накрывшие её в одночасье, затуманили рассудок. В первые секунды далёкий силуэт Грега показался ей миражом, злой шуткой измученного сознания, которое отказывалось хоронить парня. Но гул толпы развеял всякие сомнения, облегчение вскружило голову, и она закричала:

— Это же Грег! — ветер подхватил её слова и разнёс по колыхающемуся полю.

Бернадетт мотала головой, переводя взгляд то на обескураженную Зарут, щурящуюся вдаль, то на опушку леса.

Когда Грег подошёл ближе, помимо развевающихся на ветру волос, Бернадетт смогла рассмотреть потемневшую, изрядно порванную одежду и сосредоточенное лицо юноши. Склонив голову, он двигался медленно, приминая молодые ростки травы, однако раненым не выглядел — лишь слегка потрёпанным и уставшим.

Бернадетт сорвалась с места и выбежала ему навстречу. Никто из толпы не шелохнулся, чтобы её остановить. Подбегая, она удивлённо вскинула брови, заметив его грязные, босые ступни. Услышав приближающиеся шаги, Грег резко вскинул голову и перевёл на неё взгляд — пронзительный, настороженный.

Она затормозила прямо перед ним, тяжело, со свистом хватая воздух ртом — чувства переполняли, грудь разрывалась от кружащего голову облегчения.

— Ты жив! Я так рада! — сказала она, осматривая его с головы до пят. — Ты ранен?

— Не ранен, — сухо, еле слышно бросил Грег.

В глаза Бернадетт он не смотрел, лишь скользнул взглядом поверх её плеча, туда, где замерла толпа.

— Пойдём к остальным.

Он говорил отстранённо, ровно, словно обращался к пустоте, однако ослеплённую радостью девушку это нисколько не смутило. Ей так хотелось верить, что всё обошлось, что она лишь часто закивала, пристраиваясь рядом с ним.

— Тебя наверняка мучает жажда! Я сейчас же сбегаю за водой. А Зарут подаст еды.

— Да, спасибо, — кивнул Грег, когда они поравнялись со стеной людей.

Поселенцы расступались перед ним, как перед прокажённым. Навстречу вышел Войлек. Вождь скрестил мощные руки на груди, возвышаясь над осунувшимся юношей, который плотно сжал губы, словно от обиды.

— Ты не выглядишь умирающим, — тяжело уронил Войлек, пригвоздил Грега тяжелым, изучающим взором. — Как ты выжил? Сколько прошло? Дней пять?

— У меня были припасы. Меня бросили с ними, — отчеканил Грег, защищаясь.

В качестве доказательства он отцепил от пояса и продемонстрировал пустую кожаную флягу.

Толпа завороженно наблюдала за ледяной настороженностью вождя и сухими ответами Грега, не обращая внимания на суетящуюся Бернадетт с ее просьбами о воде. Даже Зарут, к которой она бросилась в первую очередь, осталась стоять на месте, пытаясь удержать Бернадетт за руку.

Войлек повернул голову, выискивая в рядах своих верных «псов».

— Фрэнк. Так все было?

Фрэнк закивал и быстро заговорил, бросая беспокойные взгляды на Грега:

— Да, он правду говорит.

— Кто на тебя напал? — допытывался Войлек, вновь повернувшись к юноше.

Толпа, не понимавшая, о чём речь, но тонко чувствующая нависшую опасность, ахнула и тревожно загудела.

Грег покачал головой.

— Я знаю не больше вас, — он перевёл холодный взгляд сначала на Фрэнка, затем на Бернадетт. — Сознания я не терял, но нападавшего не видел. Когда они меня бросили... я пролежал там до самого утра, боясь пошевелиться. Потом встал, попытался найти дорогу обратно и заблудился. К счастью, ленточки, которыми я помечал путь, вывели меня.

В его голосе не было истерики, но тихая обида, презрение и злость звучали наперебой. Поселенцы слушали его, затаив дыхание, пока сам Грег без тени страха смотрел в ожесточенное лицо Войлека.

Вождь не спешил отвечать. Он тщательно обдумывал слова юноши, взвешивая каждое. Затем кивнул:

— Похожую историю мне рассказал Фрэнк. Но почему он вернулся через день, а ты вылез только сейчас?

— У меня была еда и вода. Я мог позволить себе осторожность — передвигаться медленно и тихо, — Грег не отводил серьезного взгляда.

— Фрэнк сказал, ты упал с неба? — прищурился Войлек. — Как ты это объяснишь?

— Я могу лишь рассказать то, что чувствовал, — голос Грега оставался бесстрастным. — Что-то схватило меня за торс и подняло высоко вверх, к ветвям. От страха я онемел, не мог крикнуть. Видел только красную листву вокруг, внизу — Фрэнка и Бернадетт. Когда они обернулись, что-то толкнуло меня вниз. Но я не разбился... я плавно опустился на землю.

Войлек долго молчал, сверля Грега подозрительным взглядом. Но долговязый юноша стойко выдержал давление, даже не моргнув. Тогда вождь отвернулся от него и обратился к напряженной толпе.

— В лесу скрываются разумные существа! — его голос прогремел над полем. Он небрежно ткнул пальцем в сторону Грега, потом повернулся к Фрэнку и нашел глазами в толпе Бернадетт. — Эта троица без моего позволения отделилась и подверглась нападению. Пусть это будет вам уроком! Никто не отходит далеко!