Великое солнце пустыни

Глава 13

Переход из ментального мира в настоящий происходил куда более болезненно, чем я могла представить. Знаете, когда болит все тело до такой степени, будто на вас упал двухсоткилограммовый тролль? Или как будто ваши кости крошили с помощью отбойного молотка? В общем, что-то между этими двумя вариантами и отображало мое нынешнее состояние.

            -Она приходит в себя! – раздался тонкий знакомый голос прямо над головой. От пронзительного звука я сморщила нос. 

            -Отойди-ка! – встрял кислый мужской голос, кажется, второй собеседник был совсем не в духе.

            -Эээй! Я ее лучшая подруга! – еще сильнее разразился тонкий девичий голосок от которого захотелось со стоном зажать уши. 

            -А я – ее брат! Так, что подвинься сейчас-же! – вторил ей мужской голос. – Амандин, как ты себя чувствуешь? 

            -Еще чего, это ты подвинься, мужлан необразованный! – над моей головой, что-то пронеслось и с громким звуком разбилось в дальнем углу.  

            -И это образованная дочь Хассары? – мужской голос напоминал разозленного вепря, воображение к тому-же пририсовало расширенные от гнева ноздри и валящий из них пар. 

            -У меня шоковое состояние, понятно?! – голос смуглянки сделал еще один виток, заставив застонать в голос. Нет, ну они явно издеваются! 

            -Успокоительного отсыпать?! 

            -Я вам обоим сейчас чего-нибудь отсыплю! – заскулила я растирая мутные глаза. 

            -Амандин! – меня окружили с двух сторон обеспокоенные лица Канан и Армана, они вцепились меня обоими руками и принялись тормошить. 

            -Как ты себя чувствуешь?! – захныкала девушка. 

            -Ты хоть знаешь, что от переживаний я чуть ноги не протянул! – пустил в ход свой командирский голос брат. 

            -Моя голова сейчас разорвется! Завязывайте с вашими перепалками. – схватившись руками за голову я попыталась приподняться, с чем услужливо помог подскочивший вовремя брат.  

            -Где Эран? – хрипло спросила я, – И главное, как ты здесь очутился? – обратилась я к Арману. Вид у него был взъерошенный, рубашка на груди распахнута, на скуле красовались царапины, а под глазом наливался синяк. Светлые волосы как всегда в беспорядке настолько, что хочется протянуть руку и пригладить непослушные локоны рукой.

            -Мне кажется, что это тебе нужно объяснить нам, что случилось с Эраном. Мужчина который сейчас находится снаружи – не мой друг, хотя каким-то чудодейственным образом они схожи. Амандин, что здесь происходит? – его светлые брови приподнялись в немом вопросе. Лоб был наморщен и я впервые обратила внимание на глубокие морщины испещрившие родное лицо. 

            -Хотела бы я и сама знать, что здесь происходит. Могу сказать только одно, что я и Эран связаны древним демоническим проклятием, именно из-за него мы сейчас и теряем драгоценное время. – сдавленно ответила я сжимая руки в кулаки, предплечье отдалось глухой болью, напоминая, что с нынешними событиями мне нужно было-бы себя поберечь. 

            -Амани, я прихожу к выводу, что нам стоит бросить всю эту затею с поисками какого-то духа. Когда тебя выкрали, клянусь, я был готов голыми руками растерзать всех причастных к твоему исчезновению и от верной смерти меня остановил только мудрый Кабил. Мы сейчас же собираемся, садимся на лошадей и отправляемся домой. – тяжело дыша сказал брат, зубы сжаты, а глаза так и мечут смертоносные стрелы-взгляды. 

            -Арман, я не могу и ты сам это знаешь. – прохрипела я в ответ, смотря на то как брат разворачивается и со злостью пинает одну из красочных подушечек. 

            -Знаю, сестрица, но ничего не могу с собой поделать. – спина напряжена, а руки сжаты в кулаки. 

            -Где Эран? – снова спросила я, игнорируя братскую истерику. Я конечно же понимала, что у него были все основания для того, чтобы схватить меня за шкирку и отправить обратно под крылышко могущественного Ведомства, но.. теперь у меня был муж, как ни странно себе признаваться в этом. А еще обещание, которое я ни за что не смогу нарушить и он сам это знал. Благородство такая штука, оно в крови и с молоком матери, из плоти десятков отважных предков в мои собственные вены. Да и в его тоже. Хорохориться, но до последнего не отступится от возможности помочь. 

            -Он.. убивается перед входом в шатер. Продолжает говорить о том, что не достоин даже смотреть на тебя. Знаешь, Амани, он – мой друг, почти брат. Но за тебя я.. – минута молчания и Арман покинул шатер, так и не закончив свое предложение, хотя я и так прекрасно знала о чем он хотел мне сказать. 

Кивнув притихшей рядом Канан, подозвала смуглянку к себе:

-Помоги подняться, нужно что-то делать с нашими мужчинами, иначе ситуация обещает стать только хуже. 

            -Ты уверена? – осторожно спросила она и я слабо улыбнулась в ответ. Канан очень хорошая девушка и мне было жаль того, что она так сильно пострадала. Ведь если бы не знакомство со мной, она вряд ли бы оказалась в таком ужасном положении, да еще и в дали от родственников. 

Ничего больше не говоря, будто ощущала нутром мое нынешнее состояние, она помогла мне встать с кровати и проследовать к выходу. Отодвинув полог шатра, яркое солнце больно резануло по глазам заставив зажмуриться, оказалось, что прошла целая ночь и еще половина дня с тех пор, как меня коснулось проклятье Мимат. Позволив глазам привыкнуть к яркому свету, я обнаружила рядом с входом Сотника. Он стоял, приклонив одно колено и опираясь рукой на воткнутый в землю хопеш. Черные волосы полностью скрывали глаза и я на минуту представила себе, что это могучее тело превратилось в нечто на подобии каменных статуй, как те, что я встречала раньше в старых залах академии. Покрытые каменной вуалью, они безмолвствуя стояли, наталкивая на мысль о том, что плотно сомкнутые каменные веки могли распахнуться в любую секунду. Если честно, то мне, показалось, что мужчина уснул, что живое тело действительно стало прекрасным каменным изваянием. Задохнувшись от неведомого чувства и до сих пор мерещившихся глаз Эрантиса, я резко вскинула руку, боясь того, что мои ощущения подтвердятся. Но нет, черные кольца волос оставались мягкими под моими пальцами.