Великолепная из соседнего подъезда

Глава 8. "Меня нет. И нигде ты меня не найдёшь. Всему причиной твоя подлая ложь".

– Как тебе только в голову это пришло?!!! – сидевший рядом со мной Тони, не мог нарадоваться моему плану.
– Да, как-то всё само собой, – я развалился на кресле.
***
Вчерашний вечер закончился тем, что мы поехали в бильярд, потом в бар и выпили все коктейли, которые были в меню. Дальше мы отправились в караоке и орали песни до пяти утра. Затем, мы решили пройтись пешком до дома. Купили бутылку вина и покинули заведение.
На набережной мы встретили рассвет. Я стоял, обняв её левой рукой, а она положила голову мне на плечо. Как бы там ни было, нам было хорошо вместе. И где-то в глубине души я хотел, чтобы время остановилось, и чтобы эта ночь не была сном.
Но, чего и следовало ожидать, я весь сегодняшний день хотел, чтобы вчерашняя ночь оказалась сном, потому что похмелье было жутким. Чувство было, что у меня три головы, потому что всё вокруг троилось.
С Лолой мы добрались до дома где-то в половину седьмого утра. Я проводил её до самого подъезда. Она, как будто бы нечаянно, поцеловала меня в щеку и забежала в дом. Я, наверное, еще минуты две стоял опьянённый своей радостью, ну и, конечно же, алкоголем.
Напевая песни, которые мы орали всю ночь, допивая бутылку вина, каким-то волшебным образом я оказался в постели. Скинув с себя обувь, я развалился на кровати.
Я только закрыл глаза и с довольной ухмылкой погрузился в сон, как вдруг телефон начал звонить с такой громкостью, которой я никогда не слышал. Проигнорировав первые три звонка, на четвертый мне всё-таки пришлось подняться. Оказалось, что телефон я оставил на полу, где снимал обувь. Звонил Фонарёнок.
Я совсем забыл, что мы договорились встретиться в клубе. В их клубе…
Договорив с ним, а точнее услышав, какой я неответственный, я посмотрел время на дисплее телефона. Как так получилось?! Уже 18:45!!! Я ведь только закрыл глаза. На улице уже темнело.
Сварив себе кофе, я решил сходить в душ. Скинув с себя всю одежду на кровать, я пошел в ванную.
Холодный душ не помог. «Всё-таки слишком много выпили» – подумал я, допивая кофе.
Поиски чистой одежды в шкафу, закончились полным провалом. Но я нашел выход, правда, не очень стильный. Моя кожаная куртка, белая рубашка, которую я одевал на выпускной (до сих пор не пойму, как она на меня налезла), изношенные синие джинсы, и почти новенькие мокасины, о которых я совсем забыл. Посмотревшись в зеркало, я еще раз убедился, что надо подстричься и побриться, совсем себя запустил.
Отыскав ключи, засунув почти пустой кошелек в карман, я вышел.
Захлопнув дверь, я заметил на ручке повешенный черный пакет. Схватив его, я оглянулся, но никого не было. Внутри лежала маленькая коробочка и на ней листочек с надписью: «Я знаю, что они тебе нравились. Огромное тебе спасибо. Прости меня за всё. Еще раз спасибо. P.S. Если ты не будешь против, мы можем на днях встретиться и посидеть где-нибудь».
Внутри коробочки были ананасовые дольки в сахаре. Я был удивлён, что она помнит. Хотя, чему тут удивляться, у Рики всегда была хорошая память.
В душе я был рад вновь увидеть её почерк. У меня даже в телефоне до сих пор хранятся её фотографии. Всё-таки к ней у меня остались чувства, но я решил не ворошить прошлое. Я смял бумажку и выкинул её. А дольки съел в такси, когда ехал в клуб.
***
Мы сидели в кабинете на втором этаже. Фонарёнок сидел за большим столом, сделанным из красного дерева. Тони стоял перед зеркалом и рассматривал свою новую кепку. А я валялся на большом кресле, голова так и не прошла.
Фонарёнок с большим трудом достал номер Апанаса.
Я только что звонил ему, тот чуть не поперхнулся чаем, когда узнал, кто ему звонит. Мы не разговаривали уже три года.
Апанас занимался поставкой оружия и боеприпасов местным бандитам. Также, в его распоряжение были несколько бензозаправок. Дела у него шли лучше некуда.
Повспоминав с ним о старых временах, мы затронули нашу проблему. И он пообещал нам помочь. Сказал, что в конце недели он достанет все «предметы», которые я попросил у него. Пожелав друг другу удачи, мы закончили разговор.
***
– Счастливчик, ты не думаешь, что он нас кинет? – Фонарёнок, до сих пор на него обижался.
– Во-первых, хорош называть меня Счастливчиком, мне давно уже не везет по жизни и мне это не нравится. Во-вторых, Апанас помогает мне, а не тебе, и я ему доверяю, – Фонарёнку не понравилось, как я отреагировал на его вопрос.
– В таком случае не называй меня Фонарёнком!!! Ты один так меня называешь, мы давно уже не дети!!!
– А как тебя называть?
– У меня же есть имя. Вот по имени и называй.
– Ладно, Ники, договорились. И хорош уже орать, у меня сейчас башка взорвется, – его звали Николас Симонс.
– Принеси ему бокал пива!!! – крикнул он охраннику, стоявшему за дверью. И показал на меня пальцем. – А ты выпьешь, говорят, помогает.
Я улыбнулся и кивнул. И в этот же момент у меня зазвонил телефон.
– Майки, это ты? – только один человек мог меня так называть.
– Да Джули, это я, – мне стало стыдно, я совсем про неё забыл. – Что-то случилось.
– Нет, всё хорошо. Чем занят? – по голосу я понял, что она по мне скучала. – Можешь ко мне приехать?
– Да, конечно. Через десять минут буду. Я тут недалеко.
– Ну и отлично, я жду тебя.
А, что мне оставалось делать? У Лолы есть парень. И с ней мы никогда не будем вместе. С Рикой я боялся возобновлять общение. Хоть с Джули может всё получится.
Я встал с кресла, увидел, что рядом стоит охранник, взял из его рук бокал с пивом и осушил его. Ники и Тони странно на меня посмотрели.
– Не надо на меня так смотреть. Я поехал к девушке. Будем ждать конца недели. Был рад вас видеть, – и я вышел с кабинета.
***
Мы вновь растворились с ней в страстном поцелуе. Только сегодня на первом этаже, лёжа на медвежьей шкуре напротив камина.
Рядом с ней мне было, как-то спокойно, но я чувствовал перед ней вину. Казалось, что она испытывает ко мне чувства, и когда мы целовались, я всегда представлял другую (ну вы поняли, о ком я).
Допивая вторую бутылку вина и разговаривая о жизни. Ночь обещала быть чудесной. Если бы ей не позвонили.
Посмотрев на дисплей, она взглянула на меня, и я заметил, что у неё расширились зрачки. Я замолчал в ожидании.
Она ответила на звонок. И почти сразу же выронила телефон. Дрожащим голосом сказала:
– Быстро беги на второй этаж. Мой жених приехал, – у меня чуть не отпала челюсть.
– Какой еще, нахрен, жених?! – я почти крикнул.
– Не ори. Я тебе потом всё объясню, – она встала, взяла бокалы и добавила. – Быстрее поднимайся на второй этаж, я постараюсь что-нибудь придумать.
Я подпрыгнул и побежал на второй этаж. Спрятался за стенкой. Вскоре я услышал, как в дом кто-то зашел. Правда, шаги мне напомнили звуки костыля. И они заговорили.
– Почему ты так рано приехал? Тебя что выписали посреди ночи?
– Что за тупые вопросы, Джули? Конечно нет. Я сбежал. Позвонил отцу и он отправил за мной машину, – говорил он как-то невнятно, но я смог разобрать его слова.
– А как же лечение? Тебе не станет плохо? – вопросы Джули меня убивали. Разве так встречают жениха? Я бы сразу заподозрил, что она не одна.
– Нормально всё будет, не беспокойся.
Я решил посмотреть на него и выглянул из-за стены.
Напротив камина стоял худой парень с длинными волосами. У него был гипс на правой руке и костыли. Но что меня удивило больше всего, так это медицинский воротник на его шее.
– Отец сказал, что Художник уже ездил к этим типам и их повесили на деньги. Еще у отца один из тех, кто меня бил. Короче говоря, всё отлично, они не выйдут сухими из воды. – Смеясь, промямлил он.
На меня нахлынула волна чувств. Ненависть, переполнила меня. Мне захотелось спуститься вниз и убить его. И еще обида на Джули. Как она могла? У неё есть жених, а она крутит шашни со мной!!! Но к большой радости я сдержался. Взяв себя в руки, я попятился в сторону спальни. Там было окно, которое можно было открыть.
Тихо закрыв за собой дверь, я открыл окно и начал спускаться. Слава Богу, я всё сделал тихо.
Выйдя на дорогу, я побежал в сторону своего дома. Теперь я узнал, как выглядит сын Малевича. И мне это совсем не понравилось.
Сгорая от ненависти, я растворился в темноте.