Венец безбрачия

Глава 18

На кухне я пробыла не так и долго, минут пятнадцать-двадцать, поговорив в с поварихой тёткой Гризелдой.

-- …от ивы кора хорошо жар сбивает. Ещё можно ромашки сушёной сыпнуть и зверобоя. Ну и медком сдобрить – хорошее питье получится.

-- Скажи, а нет ли у тебя на кухне каких-нибудь кислых ягод в запасе?

-- Ягод кислых? Ежли только алычи добавить, госпожа Софи… -- с некоторым сомнением проговорила повариха. – Она кислющая и госпожа баронесса её не сильно уважает, но больше-то ничего и не найду я. – Она вопросительно посмотрела на меня, пытаясь понять, нужна ли такая добавка.

-- Вот и хорошо. Добавь туда алычи, а мёд класть не нужно. Питье должно быть именно кислым.

Черпнув воду, кипящую в котле, повариха в небольшом медном ковшике заварила необходимые травы и двинув на край плиты, оставила под крышкой.

-- Малость настояться должно, госпожа Софи.

Почему-то я думала, что алычу принесут вяленую или приготовленную как варенье. На самом деле все оказалось проще: Гризелда отправилась в подпол и вынесла глиняный горшок с крышкой, сообщив:

-- От я летом запарила – по сию пору и стоят. Мало господа её употребляют, а мёду на этаку кислятину не напасёшься.

Я с опаской смотрела на совершенно не герметичную крышку и уточнила:

-- Как ты её делаешь?

-- Обыкновенно! Ягоды намою, на сетке разложу, чтоб вода стекла. Затем в горшок кину, крышкой прикрою и возле краешка плиты ставлю. Оно и кипеть не будет, а просто полопается от жары и будет томиться. Езжли допустим днём поставила, так до самого вечера.

Я лично открыла крышку горшка, подозревая, что увижу там плесень. Но никакой плесени или порчи там не было, только сверху застыла небольшая пленочка подсохшей ягодной массы. Взяла чистую ложку и отогнув плотную плёнку попробовала на вкус густо-бордовый ягодный сок. Б-р-р-р! Такой жуткой кислоты испугается любая плесень! Так что в кувшин, куда тётка Гризелда процедила травяной отвар, я щедро добавила почти стакан густого сока.

***

К моему возвращению в комнату процесс охмурения барона Клингера развернули полномасштабно: Альда щебетала и щебетала, рассказывая о последнем бале.

-- Ах, граф Воттенберг конечно старик, но он прекрасно танцует. А еще… -- она кокетливо потупилась и немножко тише, задушевнее, добавила: -- Граф мне сказал, что я самая красивая девушка на этом балу! Конечно, я думаю, что господин граф пошутил по доброте душевной, хотя он и говорил мне это не один раз… Но все же это, наверное, была шутка…

Альда явно ожидала от барона, что он кинется уверять её, что граф не шутил. Поэтому в комнате возникла несколько неудобная пауза...

Проходя мимо блондина я глянула на него и поймала чуть змеиную улыбку на губах. Налила в стакан ещё горячее питье, и поняла, что не смогу поднять темноволосого больного, всё-таки, хоть он и был ростом ниже блондина, сам по себе парень оказался вовсе не мелкий. На маленьком столике возле постели я обнаружила большую деревянную ложку и этой ложкой додумалась «накормить» пациента. Он неловко вытягивал губы трубочкой и чуть морщась от кислоты глотал тёплое варево.

А у второй кровати в это время медленно и со скрипом начал срабатывать сценарий Альды:

-- Я не думаю, что господин граф пошутил, прекрасная хозяюшка. Господь действительно наделил вас выдающейся красотой и достоинствами. – сказано это было после большой паузы и с таким тоном, как будто барон Клингелн слегка сомневался в своих словах. Впрочем, сестру это не остановило: то ли она не чувствовала этих тонкостей в разговоре, то ли не понимала, как повернуть беседу в другую сторону.

-- Ах, вы тоже мне льстите, господин барон! Но у нас есть очень красивая девушка – Марильда. Вот она ужасно расстроилась, что граф назвал меня первой красавицей, потому что думала…

Я изо всех сил постаралась отключиться от этой бессмысленной трескотни. Мои мысли в данный момент занимала та самая алыча. Я не зря в прошлой жизни столько лет проработала автором рубрики «Саквояж». Сейчас я пыталась мысленно понять, почему собранные летом ягоды, не упакованные герметично, не испортились за осень, зиму и весну.

В общем-то, наверно это даже и логично: при термообработке кислота не разрушается, только при заморозке она теряется наполовину. Значит, горшок с ягодами успел и простерилизоваться на плите и сохранить всю эту кислоту, которая и явилась консервантом. Но поскольку крышка была пригнана не плотно, часть влаги при хранении испарилась, образовав ту самую жёсткую плёнку поверх варенья. И вот уже эта плёнка герметично закупорила находящееся внизу месиво.

Последние дни до приезда гостей я все время обдумывала возможность переселиться из замка в город. Если я все же решусь на это, мне придётся вести своё собственное хозяйство и запасать продукты. К сожалению, в этом мире ещё не существует морозильных камер, консервирования и вакуумирования продуктов.