Венецианские маски

Глава 2: "Палаццо тайн"

Второй день в Венеции начался с тщательного изучения места исчезновения маэстро Вивальди. Питер Морган понимал, что великолепные палаццо города могли скрывать не только художественные сокровища, но и современные тайны, связанные с международной торговлей произведениями искусства.

Утром он вернулся в палаццо Корнаро, чтобы провести более детальный осмотр места последнего появления исчезнувшего коллекционера. Граф Алвизе Корнаро лично сопровождал детектива, демонстрируя готовность к полному сотрудничеству.

— Мистер Морган, — сказал граф, ведя его по анфиладе залов, — палаццо открыт для вашего расследования. Мы заинтересованы в установлении истины.

— Граф, — ответил детектив, — расскажите подробнее о гостях того вечера. Кто именно присутствовал?

— Венецианская аристократия, международные коллекционеры, несколько торговцев произведениями искусства.

— А иностранные гости?

— Доктор Людвиг фон Габсбург из Вены, мистер Чарльз Пендлтон из Лондона, мадам Катарина Романова из Петербурга.

— А их интересы?

— Все связаны с венецианским искусством. Габсбург коллекционирует живопись, Пендлтон — стекло, Романова — декоративные предметы.

— А знакомство с Вивальди?

— Деловые отношения. Все покупали у него музыкальные инструменты.

— А недавние сделки?

— Габсбург приобрёл редкий клавесин, Пендлтон — коллекцию флейт, Романова интересовалась скрипками.

В бальном зале детектив внимательно изучил место последней беседы Вивальди с загадочной дамой в красной маске.

— А освещение в тот вечер? — спросил он.

— Свечи и газовые рожки, — ответил граф. — Создавали романтическую атмосферу, но и множество теней.

— А музыка?

— Оркестр играл венецианские серенады. Довольно громко.

— А возможность подслушать разговор?

— Практически исключена. Музыка и общий гул заглушали частные беседы.

— А терраса, куда они вышли?

— Полуосвещённая. Несколько пар прогуливались там в течение вечера.

На террасе детектив обнаружил следы, которые могли быть важными.

— Комиссар Дандоло, — обратился он к своему коллеге, — посмотрите на эти царапины на мраморной балюстраде.

— Действительно, — согласился венецианский полицейский. — Свежие. Словно кто-то цеплялся за камень.

— А или оставлял какой-то предмет, — предположил детектив.

— А эти пятна на полу?

— Похоже на воск от свечи. Но необычный цвет — зеленоватый.

— А значение?

— Возможно, сигнал. Или след от особой свечи.

— А музыкальная шкатулка?

Детектив поднял с пола небольшой предмет — изящную музыкальную шкатулку в форме гондолы.

— Это может принадлежать Вивальди, — заметил он. — Или тому, кто его встречал.

— А мелодия?

Питер завёл механизм. Шкатулка заиграла знакомую мелодию Вивальди — "Времена года".

— Символично, — заметил комиссар. — Возможно, это был сигнал для встречи.

Во второй половине дня детектив встретился с доктором Людвигом фон Габсбургом — австрийским коллекционером, который был среди последних собеседников исчезнувшего.

Доктор фон Габсбург принял его в своём временном жилище — снятых апартаментах в палаццо Грасси, где разместил часть своей коллекции венецианской живописи.

— Доктор фон Габсбург, — сказал Питер, осматривая великолепные полотна XVIII века, — что вы можете рассказать о последней беседе с маэстро Вивальди?

— Обычный светский разговор, — ответил австриец — элегантный мужчина лет сорока восьми с аристократическими манерами. — Обсуждали последние находки на европейских аукционах.

— А настроение Вивальди?

— Возбуждённое. Говорил, что обнаружил нечто важное в мире антиквариата.

— А подробности?

— Не сообщал. Сказал только, что скоро многое станет ясно.

— А ваши отношения с ним?

— Деловые. Покупал у него редкие инструменты для своей коллекции.

— А последние приобретения?

— Клавесин XVIII века, якобы принадлежавший семье Вивальди.

— А экспертиза подлинности?

— Проводил сам маэстро. Гарантировал происхождение.

— А цена?

— Соответствующая уникальности. Пятьдесят тысяч лир.

— А документы о происхождении?

— Семейные записи, музыкальные рукописи, исторические справки.

Доктор показал детективу приобретённый клавесин — великолепный инструмент с богатой инкрустацией.

— Действительно впечатляющее произведение, — признал Питер. — А играете на нём?

— Иногда. Звучание удивительное для инструмента такого возраста.

— А не слишком ли хорошее звучание?

— В каком смысле?

— Старинные инструменты обычно требуют значительной реставрации.

— Вивальди объяснил, что инструмент хранился в идеальных условиях.

— А независимая экспертиза?

— Не считал необходимой. Репутация Вивальди была гарантией.

— А другие покупки у него?

— Несколько. Коллекция старинных нот, редкие смычки, даже камертон XVIII века.

— А общая стоимость?

— Около двухсот тысяч лир за последний год.

— А не много ли для частного коллекционера?

— Я серьёзно инвестирую в искусство. Это и удовольствие, и вложение капитала.

Вечером детектив встретился с мистером Чарльзом Пендлтоном — английским торговцем антиквариатом, специализирующимся на венецианском стекле.

Пендлтон принял его в своём временном офисе рядом с мостом Риальто, где демонстрировал образцы венецианского стеклодувного искусства.

— Мистер Пендлтон, — сказал Питер, любуясь коллекцией цветного стекла, — ваши отношения с маэстро Вивальди?

— Деловые, — ответил англичанин лет сорока двух с коммерческой хваткой в глазах. — Он иногда предлагал музыкальные инструменты с элементами венецианского стекла.

— А что именно покупали?

— Коллекцию старинных флейт с хрустальными вставками. Уникальные произведения XVIII века.

— А происхождение?

— Семейная коллекция венецианских музыкантов. Документы в полном порядке.