Венецианские маски

Глава 13: "Академия искусств"

Тринадцатый день в Венеции стал днём выяснения всех обстоятельств преступления. После успешной операции на Канале Гранде Питер Морган приступил к детальному расследованию корней мошенничества, которые могли уходить в самые престижные учебные заведения города.

Утром детектив отправился в Академию изящных искусств Венеции — старейшую художественную школу города, где могли готовиться мастера, способные создавать совершенные подделки.

Директор Академии профессор Алессандро Лонги встретил его в зале, украшенном произведениями учеников разных эпох.

— Профессор Лонги, — сказал Питер, осматривая студенческие работы, — обучаете ли вы техникам копирования старых мастеров?

— Конечно, — ответил директор — элегантный мужчина лет шестидесяти с художественным вкусом. — Изучение классики — основа художественного образования.

— А качество студенческих копий?

— Высокое. Лучшие ученики создают произведения, неотличимые от оригиналов.

— А где применяются эти навыки?

— В музеях, реставрационных мастерских, частных коллекциях.

— А возможность создания подделок?

— Теоретически да. Но мы воспитываем художников, а не мошенников.

— А контроль за использованием знаний?

— Моральный. Полагаемся на честность выпускников.

— А недавние выпускники, работающие с произведениями искусства?

— Несколько. Синьора Бассано — одна из наших лучших копиисток.

— А её деятельность после выпуска?

— Работает в реставрационных мастерских. Очень талантливая.

— А специализация?

— Венецианская живопись XVIII века. Знает все секреты старых мастеров.

— А заказчики её работ?

— Музеи, частные коллекционеры, международные эксперты.

— А цены на её услуги?

— Высокие. Качественная копия стоит дорого.

— А отличие её копий от оригиналов?

— Для неспециалистов — практически невозможное.

— А маркировка копий?

— Должна быть. Но не всегда заметна неопытному глазу.

Профессор провёл детектива по мастерским Академии, где студенты изучали техники старых мастеров.

— Вот здесь изучают венецианскую школу живописи, — показывал он. — Тициан, Тинторетто, Веронезе.

— А методы обучения?

— Прямое копирование. Студенты должны понять секреты мастерства.

— А материалы?

— Аутентичные. Те же краски и холсты, что использовали классики.

— А техники старения?

— Изучаем. Важно понимать, как время воздействует на произведения.

— А применение этих знаний?

— Для реставрации. Новые элементы должны соответствовать возрасту оригинала.

— А возможность злоупотребления?

— Существует. Но это проблема характера, а не образования.

— А синьора Бассано была примерной студенткой?

— Выдающейся. Лучшая в своём выпуске.

— А её дипломная работа?

— Копия "Венеры" Тициана. Преподаватели не могли отличить от оригинала.

— А где эта копия сейчас?

— В архиве Академии. Хотите посмотреть?

В архиве Академии детектив увидел студенческую работу Елены Бассано — действительно блестящую копию знаменитого полотна.

— Качество поразительное, — признал он. — Такую копию можно выдать за оригинал.

— Именно поэтому мы следим за нашими выпускниками, — объяснил профессор.

— А как именно следите?

— Поддерживаем связь, интересуемся деятельностью.

— А синьора Бассано давала повод для беспокойства?

— До недавнего времени нет. Работала честно.

— А что изменилось?

— Стала получать слишком крупные заказы для обычного копииста.

— А источники заказов?

— Международные клиенты. Говорила о работе с европейскими музеями.

— А проверяли ли эту информацию?

— Доверяли. Она наша лучшая выпускница.

— А подозрения появились когда?

— После исчезновений экспертов. Поняли связь.

— А другие выпускники в подобной ситуации?

— Несколько. Марко Тьеполо работает с музыкальными инструментами.

— А его специализация?

— Реставрация и копирование старинных инструментов.

— А заказчики?

— Те же международные эксперты.

— А качество работы?

— Превосходное. Может создать копию любого инструмента.

Во второй половине дня детектив встретился с синьором Марко Тьеполо — молодым реставратором, специализирующимся на музыкальных инструментах.

— Синьор Тьеполо, — сказал Питер в мастерской, заполненной скрипками и клавесинами, — расскажите о ваших недавних заказах.

— Работал в основном для доктора фон Габсбурга, — ответил мастер лет тридцати с обеспокоенным видом. — Теперь понимаю, что участвовал в преступлении.

— А что именно делали?

— Создавал копии старинных инструментов XVIII века.

— А цель создания копий?

— Говорили, что для музеев и образовательных целей.

— А качество ваших копий?

— Неотличимое от оригиналов. Использовал те же материалы и техники.

— А маркировка?

— Должен был ставить скрытые метки. Но их легко не заметить.

— А оплата?

— Щедрая. В несколько раз больше обычных расценок.

— А подозрения в нечестности?

— Возникли, когда увидел свои работы в аукционных каталогах как оригиналы.

— А ваши действия?

— Хотел поговорить с фон Габсбургом. Но он исчез.

— А готовность свидетельствовать?

— Полная. Хочу восстановить честь профессии.

— А другие мастера в похожей ситуации?

— Джанни Морлакки работал с венецианским стеклом.

— А его роль?

— Создавал копии старинных изделий из муранского стекла.

— А заказчики?

— Те же. Вся операция была централизованной.

Синьор Тьеполо показал детективу образцы своих работ.

— Действительно мастерское исполнение, — признал Питер. — Как вы достигли такого качества?

— Годы изучения в Академии плюс практика в лучших мастерских Европы.

— А источники знаний о старинных техниках?