Веник судьбы. Инструкция по выживанию.

Глава 1.

Глава 1

Яна терпеть не могла утро понедельника.
Не потому, что оно было понедельником — это как раз лечилось спортом, хорошим завтраком и саркастичным отношением к жизни. Она терпеть не могла утро, в котором всё было слишком правильно. Когда каждая вещь лежала на своём месте, когда кофемашина варила идеальный эспрессо, когда в зеркале отражалась девушка, у которой, чёрт возьми, всё получалось.
Вот это всегда настораживало.
Яна стояла босиком на тёплом полу кухни, тянулась, чувствуя, как тело отзывается на движение приятно и послушно. Спина, плечи, шея — ни зажимов, ни тяжести. Вчерашняя тренировка прошла идеально. Она вообще старалась жить так, чтобы организм не имел к ней претензий.
— Доброе утро, красавица, — сказала она своему отражению в чёрной глянцевой поверхности микроволновки.
Отражение ухмыльнулось.
Высокий хвост, светлые густые волосы, ухоженное лицо без излишеств, но с тем самым эффектом «ей и так хорошо». Яна никогда не делала ставку на броский макияж — у неё был другой козырь. Взгляд. Чёткий, живой, внимательный. Такой, от которого люди либо начинали нервничать, либо внезапно начинали говорить правду.
Интуиция у неё была зверская.
С детства.
Она включила чайник, вытащила из шкафчика стеклянную банку с травяной смесью, которую собрала сама. Мята, мелисса, чуть-чуть зверобоя, щепотка чего-то, что она добавляла интуитивно и не могла толком объяснить подписчикам.
Да, подписчикам.
Блог у неё был. Не огромный, но живой. Про здоровое питание, травы, тело, баланс и жизнь без истерик. Людям нравилось, что она не вещала сверху, а говорила как равная. Иногда с подколом. Иногда с прямотой, от которой хотелось либо обидеться, либо пойти и пересобрать свою жизнь.
— Сегодня у нас особенный день, — пробормотала Яна, заливая травы кипятком. — Сегодня я иду устраиваться на работу, где буду либо блистать, либо проклинать всё человечество. Третьего не дано.
Собеседование.
Аналитическая IT-контора. Не стартап-однодневка, а серьёзная структура с холодным стеклом, умными людьми и деньгами, которые не любят лишнего шума. Яна туда шла не за «мечтой», а за опытом. Испытательный срок, чёткие условия, минимум эмоций. Всё как она любила.
Телефон мигнул уведомлением. Сообщение от отца.
Удачи. Не торопись. Дыши.
Как всегда. Коротко. По делу. Без лишних слов.
Она улыбнулась краешком губ.
Отца она любила. По-своему. Он был сложным человеком. Высокий, холодный, сдержанный, всегда безупречно одетый, будто вышел не из дома, а с обложки журнала «Люди, которые ничего не объясняют». Про мать Яна знала только одно: её нет. Где — неизвестно. Почему — отец не говорил. И Яна давно перестала спрашивать.
Она вообще рано научилась не задавать вопросов, на которые не хотят отвечать.
Отец дал ей всё. Дом, образование, свободу. И при этом держал дистанцию, которую нельзя было назвать холодной — скорее, уважительной. Он никогда не лез в её жизнь, не проверял, не контролировал. Просто был рядом. Всегда. Как стена. Или как скала.
Она знала, что у него бизнес. Большой. Какой именно — не знала. Он никогда не говорил. А она никогда не лезла. Их это устраивало.
Яна оделась быстро. Строгие брюки, светлая блузка, пиджак — не скучный, а с характером. Кроссовки сменила на туфли уже в лифте. Посмотрела на себя в зеркало и хмыкнула.
— Ну что, офисный мир, держись. Я пришла.
Здание компании встретило её стеклом, светом и ощущением чужой территории. Яна любила такие места. Здесь всё было честно: либо ты подходишь, либо нет. Никто не обещал сказок.
Секретарь на ресепшене улыбнулась дежурно, проверила имя в списке, кивнула и проводила Яну в переговорную.
— Вас пригласят, — сказала она. — Присаживайтесь.
Яна села. Осмотрелась. Чисто. Минимализм. Стеклянный стол, удобные кресла, вид на город. Сердце билось ровно. Никакой паники. Только лёгкое предвкушение.
Дверь открылась.
И вот тут всё пошло не по плану.
Он вошёл спокойно. Уверенно. Так, как входят люди, которым не нужно доказывать, что это их пространство. Высокий, широкоплечий, в дорогом костюме, который сидел на нём не как униформа, а как вторая кожа. Тёмные волосы, аккуратная борода, спокойный взгляд.
И этот взгляд…
Он остановился на ней.
Яна почувствовала это сразу. Не просто посмотрел — увидел. И не как кандидатуру. Как… как что-то своё.
По коже пробежали мурашки.
— Здравствуйте, — сказал он, и голос оказался ниже, чем она ожидала. — Я Василий.
Василий.
Очень смешно, подумала Яна. С таким лицом и таким взглядом — Василий.
— Яна, — ответила она, пожимая руку. И едва заметно вздрогнула.
Контакт был… странный. Тёплый. Неправильный. Будто ладонь знала её. Или наоборот.
Он улыбнулся. Чуть-чуть. Так, что у неё внутри что-то щёлкнуло.
— Присаживайтесь, — сказал он, садясь напротив. — Расскажите о себе.
Она рассказывала. Спокойно. Чётко. Про образование, навыки, аналитику, работу с данными. Он слушал внимательно. Слишком внимательно. Не перебивал. Не листал бумаги. Смотрел на неё так, будто ловил не слова, а паузы между ними.
Яна ловила себя на том, что ей… сложно. Не потому, что он давил. Наоборот. Ей хотелось говорить больше. Глубже. А это она не любила.
— Почему именно мы? — спросил он.
— Потому что у вас нет истерики, — честно ответила она. — И потому что мне интересно, что вы не пишете в вакансиях.
Он рассмеялся. Тихо. Искренне.
— Хороший ответ.
Когда собеседование закончилось, Яна вышла из переговорной с ощущением, будто пробежала марафон, не двигаясь с места.
— Мы возьмём вас на испытательный срок, — сказал Василий напоследок. — Если вы не передумаете.
— Я не передумаю, — сказала она и вдруг поняла, что говорит это не только про работу.
В лифте она выдохнула.
— Что это вообще было? — пробормотала она себе под нос. — Он что, гипнотизёр?
Дом встретил её тишиной и светом. Отец был в гостиной. Стоял у окна, руки за спиной. Как всегда. Когда он обернулся, взгляд его смягчился.
— Ну? — спросил он.
— Взяли, — сказала Яна. — Испытательный срок.
— Хорошо.
Она заметила, как он внимательно смотрит на неё. Не в глаза — глубже. Как будто проверяет что-то внутри.
— Ты устала, — сказал он. — Пойдём. Я сделаю тебе чай.
— Пап, — усмехнулась Яна. — Я не разваливаюсь.
— Я знаю, — спокойно ответил он. — Именно поэтому.
На кухне он двигался уверенно, без суеты. Достал чашку. Насыпал травы. Не те, что стояли у неё. Другие. Запах был странный. Тёплый. Глубокий.
— Отдохнёшь, — сказал он, протягивая ей чашку. — После таких дней надо отдыхать.
Яна пожала плечами и сделала глоток.
Мир качнулся.
Первое, что она услышала, было раздражающее «ме-е-е».
— Да вы издеваетесь… — пробормотала Яна, открывая глаза.
Над ней был потолок. Деревянный. Неровный. С пучками сушёных трав, свисающих с балок. Воздух пах дымом, сеном и чем-то живым.
— Это что за квест… — она села, протёрла глаза. — Пап?!
В ответ — только крик петуха где-то снаружи.
Яна спустила ноги с лавки, встала, пошатнулась, посмотрела на себя.
Длинная светлая коса. Сарафан. Босые ноги.
— Так, — медленно сказала она. — Это уже не смешно.
Она вышла из избушки, упёрла руки в бока…
И уставилась на козу, которая стояла посреди поляны и смотрела на неё с явным укором.
Вокруг — глухой лес.
— Отлично, — выдохнула Яна. — Просто отлично. Я сейчас устрою кому-то разбор полётов.