Веник судьбы. Инструкция по выживанию.

Глава 6.

Глава 6

Весна пришла не как в открытках — не с музыкой и пастушками, а как хозяйка, которая ввалилась в дом без стука, распахнула окна и заявила:
«Живы? Отлично. Теперь работаем дальше».
Снег сошёл быстро, будто устал лежать. Ручьи побежали по низинам, подмывая землю, и лес задышал по-другому — влажно, сладко, с этой особой прелой свежестью, когда пахнет одновременно прошлогодними листьями и будущей зеленью.
Яна — точнее, Ягиня, как её тут упрямо звали все, кому не лень, — стояла у крыльца, щурилась на солнце и пыталась не выглядеть так, будто ей хочется написать жалобу в небесную канцелярию.
Зима была… честной.
Не романтичной. Не «ах, свечи, плед и горячий шоколад».
А такой, где горячий шоколад — это фантазия, плед — роскошь, а свечи заканчиваются ровно тогда, когда ты только начала верить в цивилизацию.
Она выжила. И именно это бесило сильнее всего.
Потому что выжить — значит признать: можно.
А раз можно, то это всё не случайность. Это — сценарий.
Квест. Программа. «Инструкция по выживанию», да.
Коза пережила зиму с лицом победительницы.
Ворон пережил зиму, как начальник смены, который видел всё и никого не жалел.
А волк…
Волк вырос.
Тот самый, что когда-то был то ли волчонком, то ли «ути-пути собачкой» и подарил ей мокрый подол как знак особого расположения. Теперь это был серьёзный серый зверь с умными глазами, который держался рядом так, будто они подписали договор:
«Ты лечишь — я охраняю».
И никакой романтики. Просто бизнес.
Люди за зиму привыкли к ней окончательно. Стали ходить не шёпотом, а деловито. Принесли в дом новую лавку, починили крышу, соорудили козе сарай, а Ягине — навес для сушки трав, и даже дверь подогнали так, чтобы не скрипела на весь лес, как старый характер.
— Живёшь, — сказала однажды Домна, проверяя, как Яна сушит грибы. — Значит, так надо.
— Да я бы и сама хотела понять, кому именно надо, — буркнула Яна.
Домна тогда посмотрела так, будто «кому надо» — это страшнее любого волка, и сказала только:
— Не лезь туда, где не видишь дна.
Яна не лезла. Она просто… запоминала. Слушала. И делала всё, что делалось руками. Потому что руками думать легче.
И вот теперь — весна.
Яблоня у края поляны выбросила первые цветы — белые, нежные, будто издеваясь: «видишь, жизнь продолжается».
Вишня за ней распустилась чуть позже, и воздух стал сладким, как будто кто-то рассыпал сахар прямо по веткам.
Яна терпеть не могла сентиментальность.
Но даже её пробрало.
— Ну что, — сказала она вслух, уперев руки в бока и глядя на цветущие деревья. — Вы мне тут, значит, весну устроили. Молодцы. А выпускной где? Диплом выдадут? Медаль «пережила зиму и не сошла с ума окончательно»?
Ворон каркнул так, будто: «сомнительно».
— Молчи, — бросила она ему. — Я тебя всё равно не спрашивала.
Сегодня был день, когда у неё впервые за долгое время появилось ощущение — можно выдохнуть. Хоть на полчаса. Хоть на один пирожок.
Она завела тесто ещё с утра — мука была, крупа была, мёд был. Мука, кстати, приходила из деревни так стабильно, будто у Ягини там стояла подписка: «ежемесячная поставка ради выживания».
Она лепила пирожки с сушёными ягодами и творогом, ворчала, как обычно, сама на себя, на муку, на жизнь и на то, что скалка — это вообще единственный предмет в мире, который её по-настоящему успокаивает.
Скалка лежала на столе с достоинством старого оружия, которое не требует признания.
— Вот ты, — сказала Яна скалке с уважением, — не задаёшь вопросов. Не каркаешь. Не мекешь. Не смотришь так, будто знаешь, чем всё закончится. С тобой приятно.
Коза снаружи немедленно мекнула, будто оскорбилась.
— Тебя не касается, — крикнула Яна через дверь. — Ты в иерархии — выше всех, успокойся.
Она как раз раскатывала тесто, когда мир сделал то самое движение — едва заметное, но очень ясное телу.
Воздух у порога изменился.
Не потому что ветер.
Не потому что дождь.
А потому что кто-то пришёл, и это был кто-то не из деревни.
Пальцы кольнуло.
Не тревожно. Не мягко.
Резко. Точно. Как удар по нерву.
Яна замерла. Скалка застыла под ладонью.
— Ох… — выдохнула она. — Ну начинается.
Снаружи хрустнула ветка.
Потом шаги. Уверенные. Неторопливые. Такие, какие бывают у людей, которые привыкли, что им уступают дорогу — не из страха даже, а «по порядку вещей».
Ворон в избе перестал шевелиться. Коза снаружи замолчала — что тоже было тревожно. Волк, который обычно лежал у сарая как серый ковёр с зубами, поднял голову и уставился в сторону леса.
Яна вытерла руки о полотенце, крепче взяла скалку — без истерики, просто автоматически, как берут телефон, когда звонит незнакомый номер.
Дверь не распахнулась.
Не вломилась.
Её открыли — аккуратно, но без просьбы.
И на пороге появился мужчина.
Высокий, тёмноволосый, в одежде явно не деревенской и не дорожной. Плащ — дорогой, но сдержанный. Сапоги чистые, как у человека, который ходит не по грязи, а по собственным правилам. Пояс — с застёжкой, которая стоила бы здесь как половина деревни. Лицо — красивое до раздражения: не сахарное, а резкое, собранное, уверенное.
Он оглядел избу спокойно — как человек, который привык заходить куда угодно, потому что ему… можно.
Яна уставилась на него.
И вот тут её мозг сделал то, чего она от себя не ожидала.
Рот у неё открылся.
Прямо так.
Без контроля.
Как у человека, который увидел в лесу… отчёт в Excel.
Только хуже.
— …ты? — выдохнула она.
Мужчина чуть прищурился.
— Я, — спокойно подтвердил он. — А вы кто?
У Яны дрогнула бровь.
У неё было столько вариантов ответа, что аж дыхание сбилось.
«Ягиня» — не вариант, потому что она сама от этого имени внутренне чесалась.
«Яна» — опасно, вдруг тут так не принято.
«Да какая разница, ты лучше объясни, что ты здесь делаешь» — хотелось больше всего.
Она вдохнула. Выдохнула.
— А вы кто? — переспросила она, беря себя в руки. — И почему вы входите без стука? Это, между прочим, невежливо. Даже для… — она окинула его взглядом, — для людей с очень уверенным лицом.
Он усмехнулся одним уголком губ — едва.
— Меня зовут Велес, — сказал он ровно. — Из рода… — он не договорил, будто это и так всем известно.
И вот теперь Яна перестала дышать на секунду.
Потому что имя прозвучало не как «привет, я Вася из соседнего отдела».
Оно прозвучало как титул. Как знак. Как обещание проблем.
Она смотрела на него и видела сразу два слоя.
В этом мире — Велес, родовитый, наглый, уверенный, «входить без стука — нормально».
В другом мире — тот самый взгляд, от которого у неё на собеседовании тогда пошли мурашки по коже так, будто тело узнало раньше головы.
Её губы дрогнули. Она почти сказала…
Почти.
И тут она вовремя прикусила язык.
«НЕ СМЕЙ», — рявкнула она сама себе внутри.
Не потому что боялась, а потому что это было бы слишком легко. И слишком опасно.
— Велес… — повторила она вслух медленно, как будто пробовала слово на вкус. — Ага. Очень приятно. А теперь ответьте мне на простой вопрос, Велес: вы сюда зачем?
Он перевёл взгляд на скалку в её руках.
— Это… — начал он осторожно, — ваше оружие?
— Это… — Яна мило улыбнулась, — мой антистресс.
Волк за дверью тихо зарычал.
Велес повернул голову в сторону звука — спокойно, без испуга. Как человек, который привык, что зверь — это либо охрана, либо добыча, либо чей-то символ статуса.
— У вас волк, — заметил он.
— У меня жизнь, — ответила Яна. — Волк — это следствие.
Он снова посмотрел на неё, чуть внимательнее. Будто оценивая не только лицо, но и то, как она держится.
— Мне сказали, в лесу живёт ведающая женщина, — произнёс он. — Что к ней ходят люди. Что она лечит. Что зверь её слушается. И что она… — он сделал паузу, — не боится.
Яна хмыкнула.
— Кто вам сказал? Домна? Если Домна сказала, что я не боюсь, значит, она меня плохо знает. Я боюсь. Просто времени на это не выделяю.
Велес усмехнулся чуть шире. И это его подвело.
Потому что улыбка у него была… раздражающе знакомая. Такая, которую хочется стереть. Или поцеловать. Или стереть поцелуем. Но пока — стереть.
Яна щёлкнула скалкой по ладони.
— Так, — сказала она. — Давайте сразу. Вы пришли за зельем влюблённости?
Велес поперхнулся воздухом.
— Что?
— Ну а что? — пожала плечами Яна. — Люди обычно приходят с двумя запросами: «лечи» или «сделай так, чтобы он меня любил». Третье — «сними порчу», но это редкость. Вы на что?
— Я… — он явно пытался не выдать удивление. — Мне не нужно зелье.
— Конечно, — кивнула Яна. — Вам ничего не нужно. Вы просто зашли в дом женщины в лесу, потому что… захотелось.
Он приподнял бровь — явно не привык, что его так читают вслух.
— Я зашёл, потому что мне важно понять, кто вы, — сказал он холоднее. — И почему о вас говорят в деревне так, будто вы — суд и правда в одном лице.
— О, — Яна расплылась в улыбке. — А вот это уже звучит как комплимент. Ещё чуть-чуть — и я начну себя уважать.
Велес шагнул в избу полностью.
И тут Яна резко подняла скалку.
— Стоять, — сказала она сладко. — Ещё шаг — и вы узнаете, что такое народная терапия. Мышцы расслабляются мгновенно.
Он замер. На секунду. Потом медленно, очень медленно посмотрел на неё сверху вниз.
И в его взгляде было то, чего Яна ждала и боялась одновременно:
удивление человека, которому впервые в жизни не кланяются.
— Девка, — произнёс он с нажимом, — ты понимаешь, с кем говоришь?
— Да, — честно ответила Яна. — С мужчиной, который заходит без стука. Это уже многое говорит о характере.
Велес моргнул.
— Я могу приказать… — начал он.
— Кому? — перебила Яна. — Волку? Козе? Ворону? Мне? Давайте, командуйте. Я обожаю, когда мужчины начинают с приказов. Это всегда заканчивается одинаково.
— Как?
Яна улыбнулась, и улыбка была настолько добрая, что волк снова зарычал.
Велес, между прочим, от рыка даже не дрогнул. Только усмехнулся, будто оценил охрану.
— Вот так, — сказала Яна и внезапно махнула скалкой.
Не по голове — по воздуху. Но достаточно близко, чтобы он понял: шутки закончились.
Велес отскочил — резко, быстро, как человек, который умеет двигаться не хуже воина. Плащ взметнулся.
— Ты что, ополоумела?! — рявкнул он. — Ты нападаешь на меня в собственном доме?!
— В МОЁМ доме, — поправила Яна. — И да, нападаю. Потому что у меня есть вопрос, Велес. Один. Очень простой.
— Какой?!
Она шагнула к нему, скалка — в руке, глаза — горят.
— Это ты устроил мне всё это? Лес? Избу? Козу? Зиму? Отчаянное желание выругаться так, чтобы деревья завяли?!
Велес уставился на неё так, будто она заговорила на языке трёх миров сразу.
— Ты… о чём? — медленно произнёс он.
— Не прикидывайся! — Яна взвилась. — Думаешь, я не понимаю, что это чей-то розыгрыш? Что меня кто-то сюда… засунул? А кто у нас любит контроль и внезапные испытания? Ммм?
Она почти сказала его другое имя — и снова успела проглотить.
Велес сделал шаг назад.
— Женщина, — выдохнул он, — я тебя первый раз вижу. Клянусь честью рода. Я не знаю, что за лес, что за изба, какая коза и какая зима!
— Ага! — Яна ткнула скалкой в воздух. — И жениться обещал — тоже не помнишь?
Он поперхнулся снова.
— Что?!
— Ну а вдруг, — язвительно продолжила она. — Может, ты пришёл, обесчестил, пообещал свадьбу, а потом сказал: «ой, не помню»! Очень удобно! Мужчины любят это.
Велес покраснел — редкий красивый злой румянец.
— Девка, да угомони ты уже свои таланты! — рявкнул он. — Я вообще-то пришёл поговорить, а не участвовать в твоих… твоих… истерических плясках!
— Истерические пляски? — Яна вытаращила глаза. — Да ты ещё ничего не видел!
И тут она сделала то, что сделала бы любая разумная женщина, которая слишком долго выживала и наконец увидела источник своих нервов.
Она побежала за ним.
Велес отступил к двери — а потом, не удержавшись, развернулся и выскочил наружу.
Яна — за ним.
Скалка — над головой.
Волк — как тень рядом.
Коза — как свидетель с видом: «я знала, что так будет».
— Стой! — орал Велес, перепрыгивая через корыто. — Ты что творишь?!
— Я?! — Яна неслась за ним, юбка взлетала, коса била по спине, лицо горело. — Я выясняю правду!
— Какая правда?!
— Кто меня сюда засунул?!
— Я НЕ ЗНАЮ!
— ВРЁШЬ!
— НЕ ВРУ!
Он обогнул избу, она — следом. Волк влетел в круг с другой стороны, перерезая траекторию так умно, что Велес на секунду растерялся.
— Это что ещё за… — выругался он, глядя на волка.
— Это мой адвокат! — крикнула Яна. — И он не любит лжецов!
Велес остановился резко, поднял руки, тяжело дыша.
— Всё! — рявкнул он. — Хватит! Я не враг тебе, лесная! Я пришёл узнать, кто ты, и почему люди говорят о тебе как о силе. Если бы я хотел тебя обидеть, ты бы уже…
Он замолчал, поняв, что это звучит не так.
Яна прищурилась.
— Договори, — сладко сказала она. — Очень интересно, что бы было.
Велес сглотнул и, к его чести, не начал выкручиваться.
— Я бы не пришёл один, — сухо сказал он. — И не говорил бы. Я пришёл один и говорю — значит, я не пришёл вредить.
— Как благородно, — фыркнула Яна. — Премию тебе вручу. Медаль. «Не пришёл вредить».
Велес выдохнул и посмотрел на неё так, будто впервые за жизнь увидел женщину, которая не боится его статуса и не дрожит от одного имени.
— Ты вообще понимаешь, кто я? — спросил он тише.
— Да плевать, — честно сказала Яна. — Ты хоть князь, хоть боярин, хоть… — она запнулась, — хоть самый главный здесь. Мне всё равно. Ты не имеешь права входить в дом без стука. И имеешь обязанность объяснить, почему я здесь.
Велес замер.
Потом тихо рассмеялся — коротко, неверяще.
— Со мной так… — пробормотал он, и это было искренне, — со мной так ни одна женщина не говорила.
— Неужели? — Яна подняла бровь. — Так, может, проблема не в женщинах?
Волк сел рядом с ней, как телохранитель на совещании.
Велес посмотрел на волка, потом на скалку, потом снова на Яну.
— Ты ведьма, — сказал он наконец. Не обвиняя. Констатируя.
— Я практичная, — ответила Яна. — А вы — без стука.
Он чуть улыбнулся.
— Ладно, — сказал он. — Слушай меня. Я не знаю, кто тебя сюда привёл. Но если кто-то тебя обидел — это уже моя забота. Потому что в моих землях не делают пакости так, чтобы потом мне же разгребать.
— О, — Яна распахнула глаза. — Так это твои земли?
— Мои, — подтвердил Велес.
— Тогда вообще прекрасно, — язвительно сказала она. — Поздравляю. У тебя на территории завёлся неизвестный кукловод, который кидает женщин в лес. А я тут теперь, значит, часть ландшафта. Симпатичная, но конфликтная.
Велес медленно выдохнул.
— Я разберусь, — сказал он уже твёрже. — Но не здесь, посреди твоего… — он бросил взгляд на дом, — хозяйства и твоей охраны. И не так, что ты будешь махать скалкой при каждом слове.
— А я могу, — напомнила Яна.
— Верю, — кивнул он. — Поэтому предлагаю: ты идёшь со мной в мой терем. Там тепло, там люди, там нормальные условия, и там я смогу собрать сведения. Я хочу понять, откуда ты, что ты умеешь и кто тебя сюда толкнул.
Яна прищурилась.
— В терем? — переспросила она. — То есть ты предлагаешь мне добровольно пойти в дом к мужчине, который входит без стука? Ты точно гений переговоров.
— В моём доме стучат, — сухо сказал Велес. — Потому что так велено.
— Ого, — Яна приподняла бровь. — Даже велено. Ты правда большой человек.
Велес явно хотел сказать что-то резкое, но сдержался. И это было самым смешным.
— Мне не нужны твои проклятия, — буркнул он. — Я жениха из себя не строю. У меня нет желания связываться с ведающей женщиной, которая может превратить мою жизнь в… — он посмотрел на скалку, — в это.
— Правильно, — кивнула Яна. — Не надо. Я сама себе проблема.
Он вдруг усмехнулся.
— Я молодой, красивый, — сказал он с таким видом, будто это официальная справка, — и мне не нужен этот… как ты сказала… «гембель».
— Геморрой, — подсказала Яна ласково.
Велес поморщился.
— Тем более. Но помочь тебе — могу. За… — он сделал паузу и посмотрел на неё внимательно, — за амулет удачи. Или за зелье, которое сделает так, чтобы одна очень упрямая женщина перестала считать меня виноватым в её бедах.
Яна фыркнула так, что ворон, сидевший на крыше, каркнул от удовольствия.
— Зелье от моей подозрительности? — усмехнулась она. — Такое даже мне не сварить. Это врождённое.
Велес посмотрел на неё долго. И в этом взгляде было то самое — искра, интерес, злость, притяжение, которое не просили, но получили.
— Ты пойдёшь? — спросил он наконец.
Яна обвела взглядом поляну: избу, козу, волка, навес с травами, яблоню в цвету.
Потом снова посмотрела на него.
— Я пойду, — сказала она. — Но предупреждаю сразу, Велес: если это ловушка — я не просто буду тебя гонять. Я буду тебя гонять красиво. С комментариями. И все будут смеяться.
Он коротко кивнул.
— С этим я уже смирился, — сухо сказал он. — Собирайся, Ягиня.
Она приподняла бровь.
— Яна, — поправила она.
Велес посмотрел на неё внимательно.
— Ягиня, — повторил он упрямо.
— Упрямый, — сказала Яна.
— И ты, — ответил он.
Они уставились друг на друга — и оба вдруг одновременно поняли, что эта война характеров только началась.
А волк поднялся и пошёл рядом, как будто решение уже принято, и обсуждать его никто не будет.
Яна крепче сжала скалку.
— Ладно, — буркнула она. — В терем, значит, в терем. Посмотрим, как ты живёшь, Велес. И посмотрим, кто тут кого.
Велес открыл рот, будто хотел что-то сказать, но передумал.
И только бросил через плечо:
— И… постарайся не бить меня по пути.
Яна усмехнулась.
— Постараюсь. Но обещать не буду.
И пошла собираться.