Московский вокзал Санкт-Петербурга гудел как растревоженный улей. Люди спешили к поездам, обнимались с провожающими, тащили чемоданы, кричали детям, чтобы те не отставали. Обычная вокзальная суета, которая раньше всегда раздражала Марину, сейчас казалась ей почти очаровательной. Возможно, потому что впервые за долгое время она никуда не спешила.
После увольнения прошла неделя. Неделя, которую Марина провела, пытаясь решить, что делать дальше. Она жила у Светки, спала на раскладном диване, который немилосердно скрипел при каждом движении, и думала о будущем.
– Ты точно не хочешь подать на раздел имущества? – спрашивала Светка каждый вечер, открывая очередную бутылку вина. – Вы же пять лет были женаты! Ты имеешь право на половину квартиры!
– Квартира была куплена на его деньги, до брака, – устало отвечала Марина. – И оформлена на него. Я не хочу судебных тяжб, Свет.
– Но это несправедливо! – возмущалась подруга. – Он тебя выставил на улицу, как кошку!
«Кстати о кошках, – думала Марина, слушая, как Светка в очередной раз обличает бывшего мужа во всех смертных грехах, – кошачья шерсть в этой квартире повсюду, хотя сама кошка уже неделю как на даче».
Дни тянулись медленно. Марина отправила резюме в несколько компаний, но без особого энтузиазма. Мысль об очередном офисе, очередном боссе и очередных отчетах вызывала у нее что-то вроде аллергической реакции.
И вот, проснувшись сегодня утром, она вдруг поняла, что больше не может оставаться в городе ни дня. Слова Зои Петровны о деревне и свежем воздухе внезапно показались ей не такими уж безумными.
«Уеду, – решила Марина, глядя в потолок Светкиной квартиры. – Куда глаза глядят».
Светка, узнав о ее решении, только покачала головой.
– Ты серьезно собираешься бросить все и уехать непонятно куда? – спросила она, наблюдая, как Марина собирает вещи. – Без плана? Без цели?
– Именно так, – кивнула Марина, складывая свитер. – Впервые в жизни я сделаю что-то спонтанное. Что-то незапланированное.
– И куда ты поедешь?
– Не знаю, – честно ответила Марина. – Сяду на электричку и поеду. Выйду там, где понравится.
Светка смотрела на нее с выражением лица человека, который не уверен, шутят с ним или говорят серьезно.
– Марин, ты всегда была самым рациональным человеком из всех, кого я знаю. Ты планируешь жизнь на год вперед. Ты делаешь списки покупок, расписывая их по категориям. Ты даже отпуск планируешь по минутам! И вдруг – бах! – ты решаешь уехать в никуда?
– Да, – Марина застегнула чемодан. – Думаю, пришло время для перемен.
И вот теперь она стояла на вокзале, глядя на табло с расписанием электричек, и пыталась решить, в каком направлении ехать.
«Москва? Нет, слишком очевидно. Выборг? Слишком близко к Финляндии, а у меня нет загранпаспорта. Псков? Можно было бы навестить тетю, но я даже не уверена, что она еще жива...»
– Милая, погадать? – раздался рядом хриплый голос.
Марина обернулась и увидела цыганку – настоящую, как из фильмов: яркий платок, длинная юбка, золотые зубы и множество браслетов.
– Нет, спасибо, – автоматически ответила Марина.
– А зря, – цыганка прищурилась, разглядывая ее лицо. – У тебя вся судьба на лице написана. Вижу – от мужа ушла. Или он от тебя?
Марина невольно поежилась. Как она догадалась?
– Не важно, – продолжила цыганка, не дожидаясь ответа. – Вижу, что едешь куда глаза глядят. Но глаза-то у тебя слепые, не видят они твоего счастья.
Вопреки здравому смыслу, Марина заинтересовалась.
– И где же мое счастье?
Цыганка улыбнулась, показав золотой зуб.
– Дай руку, красавица, погадаю по-настоящему.
Марина, чувствуя себя персонажем дешевого фильма, протянула руку. Цыганка взяла ее своими сухими, горячими пальцами и начала водить по линиям на ладони.
– Так-так, – бормотала она. – Вижу путь длинный. Вижу дом старый. Вижу... Большие Грибы.
– Что? – Марина рассмеялась. – Большие Грибы? Это что, название блюда?
– Это название деревни, глупая, – цыганка посмотрела на нее с легким раздражением. – Туда тебе и надо ехать. Там найдешь свое счастье.
– В деревне Большие Грибы? – недоверчиво переспросила Марина. – Вы серьезно?
– А ты думала, счастье в Париже тебя ждет? – хмыкнула цыганка. – Твое счастье в Больших Грибах. Доберешься до Синичкиного Счастья на электричке, а оттуда уже найдешь дорогу.
Марина осторожно высвободила руку.
– Спасибо за... э... предсказание, – сказала она, отступая на шаг. – Сколько я вам должна?
– Ничего не должна, – цыганка махнула рукой. – Это мой подарок. Только помни: Большие Грибы. И не вздумай свернуть с пути.
С этими словами цыганка растворилась в толпе, оставив Марину в полном недоумении.
«Бред какой-то, – подумала она, возвращаясь к табло расписания. – Синичкино Счастье, Большие Грибы... Звучит как названия из детской сказки».
Отредактировано: 11.11.2025