Вены

Вены

Однажды вся моя жизнь пошла кувырком: танцующие вены на моих руках, окончательно выбравшись из-под кожи, принимали сигналы из измерения избытка, я стал похож на монстра из фильма ужасов: горы и гряды извивающихся в плавных и резких движениях вен на руках и ногах, гнилые колени и локти, бледная кожа, ярчайшие глаза и удлинившийся язык. Они опутывали мои конечности, периодически вздымаясь, словно волны, ловя сигналы. Голоса в моей голове пели на неизвестном мне языке. Расскажу все как есть: терять уже нечего.

До всего этого я был вполне обычным человеком. Все началось прозаично: с ветрянки. У меня всегда, когда я был человеком, было очень слабое здоровье: анемия, панкреатит, камни в почках, мигрени, да еще и психоз. В детстве переболел краснухой, но ветрянки так и не случилось. Жизнь решила меня добить: в конце ноября того года началось. Говорят, что во взрослом возрасте ветрянка невыносима – так и есть: температура 39, рвота, спутанность сознания, весь чесался… Ходил, словно призрак или пьяница. Голова кругом, словно на карусели покатался. Девушка вызвала «скорую», надеялся, что они приедут быстро. Лежал весь обложенный подушками, тазик возле кровати, на лбу – носовой платок, смоченный в ледяной воде. Аня у меня молодец: заботливая была.

Жили мы в новостройках на юге Москвы в центральном Чертаново. Люд был разный, но в основном дружелюбный. Оба работали удаленно: Аня – репетитор по английскому языку для студентов, а я готовил, вроде как, школьников к ЕГЭ по математике. Зарабатывали неплохо. Мне ничего особенного не надо тогда было (впрочем, как и сейчас): кружка горячего чая, печенье, теплые носки, интересный сериал – все, что нужно в декабре для счастья. Мы оба тогда взяли перерыв в нашей работе и решили уделить внимание друг другу: на улице – мороз, а дома так уютно… Хотели в кафе пообедать, но не вышло: температура поднялась еще вчера вечером. Сбить самостоятельно так и не смогли.

«Скорая» все не ехала: видать, много вызовов. Аня уже начала волноваться, а я – все равно что амеба: лежал с открытым ртом, потел. Ну за что мне такая кара Божья? В Бога я не верил и не верю, кстати. Родители религиозными были, устал я от их наставлений и в восемнадцать, как и положено, съехал на съемную квартиру. Давно это было… Тогда же и Аню встретил. Мы познакомились, вроде бы, на концерте «Сруба»: обожали оба эту группу.

– Ты как, Саш?

Аня тогда села на постель, потрогала мой лоб, приподняв платок.

– Терпимо, – ответил я. – Дождемся врачей – и все будет нормально.

Аня поцеловала меня в висок и ушла разогревать обед. Я бы и сам все это сделал, поесть бы себе собрал – не безрукий. Но обстоятельства меня ограничивают. Дал ей похозяйничать. Заболеет она – сто процентов, – думал я.

Аня пообедала и снова подошла к моему ложу.

– Терпишь?

– Ага.

– Ничего, скоро приедут. Есть будешь?

– Аппетита нет…

Но звонок в домофон раздался только в шестом часу вечера. Насилу я поднялся в постели и сел, врач осмотрел меня и прописал противовирусные таблетки и уход за кожей. Иммуноглобулин еще назначили. Ну ничего, выживу, – думал я. И не такое доводилось переживать. Знал бы, чем это закончится…

Спать хотелось ужасно. Мы с Аней легли в девять – беспрецедентно рано: оба вымотались со всей этой ветрянкой. Я заснул почти мгновенно в теплых объятиях любимой. Я просил ее не приближаться ко мне, пока я болею – тогда как ухаживать? Хотя, должно быть, Аня уже переносила эту болезнь в детстве – значит, все будет хорошо. С этой успокаивающей мысли и начался мой поход в царство Морфея.

Сейчас опишу мой первый сон. Я видел, как из земли растут какие-то сложные по композиции структуры, кажется, органического происхождения. Они звенели. Вертелись пирамиды. На небе то и дело вспыхивала зеленая молния. Почему зеленая – неизвестно, да мало ли какую чушь во сне увидишь. Видел я еще каких-то существ, которые проводят странный ритуал: втыкают иглы в локти и колени одному из них, явно более слабому. Иглы кончаются стеклянными шариками, которые наполняются цветной жидкостью. Кости подопытного сияют сквозь кожу, он кричит, распахнув огромные сверкающие глаза…

Я проснулся тогда и разбудил Аню, она спросила, неужели мне приснился кошмар, я сказал, что действительно, он был.

А в городе тогда была предновогодняя суета: все покупали подарки, украшения для квартир, продуктов для праздничного стола. Аня сходила днем в магазин и купила много еды: все же скоро тридцать первое декабря (была середина месяца). Я валялся, как и всегда в последнее время, полумертвый в постели. Вечером мы сели ужинать жареной картошкой и солеными огурцами, которых Аня накупила словно на ораву солдат.

– Ань, а ты веришь в существование параллельных реальностей?

Аня подавилась картошкой.

– Не знаю, не задумывалась об этом, – ответила она тогда. – Ты все сон свой вспоминаешь?

– Да. Они ведь на людей очень похожи. Может быть, это один из сценариев для человечества, который реализовался параллельно?

– А как могут быть киборги в девятнадцатом веке? – резонно спросила Аня и откусила прилично от своего огурца.

– Может, мода не продвинулась, а технологии появились, – предположил я.

– А что за напиток они пили?

– Не знаю. Наверное, местный алкоголь. Причем они абсолютно все какие-то больные что ли. Как инвалиды.