Вербальный маг

Глава 26

    Первым впечатлением об Аргзане стала тоскливая мелодия флейты, разносившаяся над заснеженным портовым городом.
    Это был самый настоящий порт, у пристани которого на приколе раскачивался десяток кораблей и вдвое больше лодок. Народ сновал по складам, по набережной, грузчики таскали мешки, выкатывали бочонки, шумные матросы пили прямо на улице, а затем полуползком добирались к своим посудинам или травили брехливые истории расфуфыренным шлюхам, выглядывающим из окон и фальшиво хохочущим.
На флейте играла одноглазая девушка.
    – Можно дать ей монетку? – спросила Соня.
    – Не уверен, что она попрошайничает, – ответил Норгрим, но монету дал.
    Флейтистка приняла подаяние, весело кивнув в ответ.
    – Понравилась музыка? – спросил монах, когда они отошли на приличное расстояние.
    – Не так чтобы очень. Но в постоянно повторяющемся мотиве есть нечто гипнотическое, как раз к настроению пришлось.
    – Понимаю, – монах кивнул. Немного помедлив, спросил: – Ты… считаешь меня подлецом?
    – Ну, поступок подлый – о чем говорить, – Соня покачал головой, – но, раз на то пошло, не ты ведь искусал Рода. Он оказался не в том месте и не в то время.
    – Я соврал про монастырь! Такки уверяла, что это ложь во благо, но вина за загубленную душу парня снедает похуже порчи. Я знал, что в Зеваре-Гровд нет святынь!
    – Так отправляйся за ним, – посоветовала она. – С помощью магии одолеете малефика. Тем более он тебе обещан в спутники…
    – Нет, она преследовала Рода во сне, а мне туда хода нет. Впрочем… ты кое в чем права, и как только узнаю все, что требуется, отправлюсь по его пути. Может, все обойдется. В крайнем случае, – он замолчал, будто слова кололи язык или царапали горло, – вернусь и убью его.
    До башни в городе Керлес было около пятнадцати дней пути. Повозку решили не нанимать – денег осталось не так много, а перевозки оказались отнюдь не дешевыми. Можно было подождать, пока из порта в ту сторону отправится экипаж на семь-восемь пассажиров. Правда, такое случалось крайне редко, а в зимнюю пору так и вовсе можно не дождаться попутчиков.
    Аргзан Аргханон встретил их снегом, ветрами и суровыми пейзажами. Соня заметила пару деревьев, слегка напоминающих березы, только гораздо выше и шире земных. Видела двухголовых быков, которые тащили по трактам фургоны и телеги. Скалистая местность оказалась богата на реки, водопады, ущелья и каверны. Эти земли выглядели самыми сказочными, неправдоподобными из всех прежде увиденных. Потому неудивительно, что именно тут нашли приют маги, алхимики и прочие отщепенцы Айервея.
    Нечисти хватало. Встречались лешаки, упыри и прочая погань, обитающая во мраке пещер, на дне глубоких озер и в лесах. Ночами на тракте приходилось рассыпать вокруг костра соль, жечь травяные сборы, вновь выставлять фетиши. И все же эти средства не всегда помогали – однажды Ногрим грохнул магией паукообразное существо, выползшее из ближайшего леска. Длинные тонкие лапы оканчивались человеческими ладонями, а голову на короткой шее покрывали длинные грязные волосы. Жвала уродовали женское лицо. Темное пламя превратило страшилище в обугленный костяк.
    Монах не без удовольствия пускал в дело магию, если того требовали обстоятельства, и это пугало Соню. Раньше Норгрим боялся даже каплю силы проронить, а теперь шарахал, едва замечал чудище. Видимо, облегчение, которое он испытывал, избавляясь от скверны, перекрывало осторожность и разумность. Благо в Аргзане магов не убивали только за то, что они маги…
    Но здесь хватало и других опасностей.
    Впервые они встретили оккультистов в городке Фертун, нависающем над затянутым ряской озером. Соня заметила группу людей, шедших через площадь и довольно бесцеремонно распихивающих горожан на своем пути. Вышагивающий во главе колонны мужчина не стеснялся валтузить зазевавшихся горожан жезлом.
    – Что за шуты? – удивилась она, отставив чарку с медово-ягодным отваром.
    Они сидели во дворике опрятной едальни, из которого открывался хороший вид на площадь и край озера. На другом берегу стояли рыбацкие лачуги, еще чуть выше в холм – фермы.
    – Оккультисты, – ответил Ногрим, поморщившись. Он без особого аппетита ел говяжий гуляш. Со своей порцией Соня быстро расправилась и даже успела прикончить добавку. Еда в Аргзане стоила недорого, так что можно было позволить себе даже мясо и белый хлеб. – Именно из-за таких, как они, земли церковного протектората однажды пойдут войной на Аргзан Аргханон… нескоро, конечно, но это вполне может произойти.
    – А чем они опасны?
    – Пусть глупые колпаки и мантии не вводят тебя в заблуждение – это всего лишь атрибуты. Оккультисты лезут в дела, которые не касаются смертных, – монах отвечал с запинками. – Конечно, их вклад в спасение магов – одержимых – несравнимо велик. Думаю, именно они стоят за той самой башней, в которую мы едем. Но свои учения оккультисты там не проповедуют, это точно.
    – Ты говоришь лишь в общих чертах, – Соня вскинула бровь.
    – Я слишком далек от подобных тем, – наконец сдался Норгрим. – Монаху такое знать не положено. Но, чего скрывать, среди молодых послушников частенько затрагиваются темы гораздо… хм… темнее, чем учения Герольда.
    
    Замок был квадратной формы и не сильно возвышался над остальными постройками не окаймленного стеной Керлеса. При этом внешне он разительно отличалась от разбросанных вокруг строений – глыбы, из которых его возвели, были огромными, идеально вытесанными и более темного цвета. Дожди, ветер и время довели черты замка до совершенств, не успев разрушить или испортить.
    Дома покрывала красная и зеленая черепица, они казались высокими даже издали.
    Наледь, сковавшая землю за прошедшую ночь, лишь подчеркивала диковинную красоту города. Дым стоял над домами столбом, в воздухе чувствовался запах хлеба, дегтя и еще чего-то знакомого. Соня вдруг вспомнила, как дедушка растапливал баню. После парни они всегда с родителями пили чай с клубничным или вкуснейшим крыжовниковым вареньем, засиживались допоздна…
От подобных воспоминаний накатила лютейшая тоска.
    Впрочем, девушка быстро пришла в себя – утренний холод не дал распустить нюни, да и возможность скорого возвращения домой недурно ободряла.
    – Готова? – спросил монах.
    Он вновь взял себя в руки и перестал разбрасываться магией, из-за этого выглядел утомленным и бледным. Но, тем не менее, улыбался. Норгрим теперь не походил на себя самого из-за отросших волос и неряшливой бородки. Путь дался ему тяжелее, нежели Соне.
    – Еще как! – она усмехнулась в ответ.
    Дорога обрывалась у шлагбаума. С левой стороны от него стояла дощатая караулка, где у костра грелся мужчина в странном плаще, белой рубашке и шляпе, отдалено напоминавшей тирольскую.
    Заметив двух чужестранцев, он привстал и поправил на боку кнут. Соня заметила, что на ступеньках караулки, под деревянным козырьком, лежит крохотный самострел.
    – Приветствую, – мужчина коснулся шляпы указательным пальцем и слегка поклонился. – С чем пожаловали в городе Керлес?
    – Ищем пристанище магов, страж, – спокойно ответил Норгрим.
    – О, тогда выбрали правильное место. Последнее пристанище находится здесь, – он указал в сторону замка. – Но, должен предупредить, я не страж. Я охотник на магов.
    Соня вздрогнула и недоуменно покосилась на монаха. Неужели он и ее притащил невесть куда? Так же соврал, как соврал Роду?!
    – Ну-ну, девушка, не волнуйтесь, это формальный статус, – рассмеялся мужчина, заметив или почувствовав ее смятение. – В Керлесе нет стражей, только охотники. Маги в здравом рассудке нам не интересны до тех пор, пока не начинают драться в тавернах или портить городское имущество. Вот если вы свихнетесь – мы вас убьем. А пока – милости просим.
    Он поднял шлагбаум и снова коснулся пальцем шляпы.
    – Пройдите по улице до четвертого дома слева. Там запишут ваши имена в архив магов и объяснят, что делать дальше.
    Вся процедура заняла немало времени и их отпустили только после полудня. Норгриму и Соне выдали по свитку, в которых было записано, кто они и зачем явились.
    – Последний раз носитель глифа появлялся у нас почти сотню лет назад, – изумился архивариус.
    – Айервей большой, – ответил монах, – а дорог много. Меня сюда привела нужда.
    – Понимаю. Отправляйтесь в замок как можно скорее, там вам дадут кров и еду – не придется платить за постой.
    – Спасибо, прямо сейчас двинем туда, – усмехнулась Соня.
    Охотников на магов в Керлесе было гораздо больше, чем стражей в любом другом городе Айервея. Они ходили по одному, группами, высматривали кого-то в толпе. Носили фонари, трости и самострелы. Аргзан Аргханон все больше виделся Соне чем-то необыкновенным и странным.
    – Ты знаешь что-нибудь про охотников или уклад жизни здесь? – спросила девушка у Норгрима, пока они шли к замку.
    – Нет. Охотников встретил впервые. Уклад… кто знает, что тут за уклад. Сама видела – в каждой деревне он свой. Постараемся держаться как можно тише и дружелюбнее. К слову, почему не сказала архивариусу, что ты Esys’abeld?
    – Мало ли. Откроем эту тайну в замке.
    Ворота сняли с петель, и вход был открыт. Железная решетка оказалась поднята, за ней начинался каскад ступеней, покрытых выцветшей зеленой материей.
    Лампы давали ровно столько света, чтобы поднимающийся человек не переломал ноги. От стен веяло холодом, в углах наливался чернотой мрак.
    – Почему нет стражи? – Соня оглянулась.
    – А зачем? – пропыхтел монах. – Кто в здравом уме сунется в обитель магов?
    Первый человек встретился им на самом верху лестницы. Старик в длинной белой рубахе и с пышным алым шарфом на шее. Привратник читал книгу, водя мутноватой линзой вдоль затейливой буквенной вязи. Пара подсвечников, на девять свечей каждая, заливала светом коридор.
    – О! – старик оторвался от страниц. – Давненько к нам не захаживали гости. Милости прошу в замок Хейзор. Вы аргзанцы?
    – Нет, – Норгрим почтительно поклонился, – я из земель церковного протектората, а эта девушка…
    – Я Esys’abeld. Или просто Соня.
    Привратник выронил линзу, она бесшумно поскакала по лестнице.
    – В вашем голосе есть что-то необычное, девушка, – он достал из кармана еще одну линзу и внимательно поглядел на Соню. – Скажите что-нибудь, пожалуйста.
    – Нам обещали кров и еду. Хотелось бы и того, и другого. Мы много времени провели в пути, так что…
    Вторая линза отправилась вниз.