Вербальный маг. Сопряжение

Глава 4

    Меч описал полукруг, набрал скорость, лезвие слегка накренилось, чтобы не вгрызться в кости, но нанести врагу глубокую рану. Этот удар почти не имел смысла, но позволил Тораду выполнить сложный финт и, используя инерцию, вторым ударом, более тяжелым и резким, снести голову очередному безглазому. Этот был весь в паутине, трухлявый, как старый пень. Ни капли крови не вылилось из рассеченной плоти.
    – Заблудились, – выдохнул мечник, дрожащей от напряжения рукой вытирая с лица пот.
    Его знобило, голова раскалывалась от боли, а удары сердца становились все сильнее и нестерпимее.
    Торад воткнул факел между двух саркофагов и опустился на пол. Разгоряченному телу это вряд ли пойдет на пользу, но сил карабкаться на крышку каменного гроба не было.
    Сальван вообще не ведал, что такое усталость, метался из стороны в сторону и принюхивался, как охотничий пес. Мальца было жалко, но он хоть солнце повидал, а не провел жизнь в непроглядной мгле подземного города.
    – Ладно, не время себя хоронить. Походим, поборемся…
    Он пришел в сознание от визга и шума борьбы. Кто-то тянул Торада за ногу, а Сальван безуспешно пытался повалить напавшего. Факел погас, воин видел лишь размытые силуэты. Тем не менее, заехал каблуком сапога нелюдю в морду.
    Вывернулся из захвата, поднял меч и попытался заколоть врага. Тот стряхнул Сальвана с плеч, бросился в темноту. Торад промахнулся, угодил в стену. Клинок выпал из занемевших пальцев.
    В тусклом свете далекого соляного кристалла заметил согбенную фигуру в пыльном тряпье.
    – Что за мразь!
    Пальцы коснулись штанины – промокла от крови. Не иначе, когтями тварь подрала. Он приложил било к ране и прислушался к ощущениям. Ничего. Ни колик в животе, ни тошноты, ни боли. Значит, не оборотень или малефик. Скорее всего, трупоед, так что заразы не избежать – придется долго сидеть на микстурах.
    – Везет мне сегодня. Вернусь в город – сразу отправлюсь в карты резаться. Сальван, пойдешь со мной?
    – Пф-ф-ф.
    – Как хочешь, друг, как хочешь. А ты хорош! Оседлал трупоеда знатно! В другой раз, если решишь по-настоящему помочь, ломай ублюдкам шеи… или перегрызай, если не боишься запачкаться.
    - Морковочка!
    - Ах, забыл. Ты ведь травоядный…
    Он кое-как вдохнул жизнь в факел – огонек трепетал хилый, едва хватало разогнать по коридорам жирные тени. Закусив тряпицу, натер рану чесночной мазью и прижег. Неплохо было бы сделать повязку и пропитать ее мочой, но мечник решил потерпеть.
    Торад решил идти назад, пока не натолкнется на сожженные трупы или просто не уловит запах дыма.
    У него было, что сказать прелату и его своре, и только ради этого мечник поклялся выбраться на поверхность и отправиться в Дауэсфорст. Герольд вверил церкви надзор за подземными городами, а они что? Только наложили лапу на артефакты Второй Эпохи? Кто теперь даст гарантию, что и в остальных подземных городах не творится подобная похабщина? Конечно, могильники возводили отнюдь не везде, где-то усопших заливали едкими растворами, где-то растворяли, пользуясь алхимическими порошками и жидкостями, замуровывали в колодцах…
    Он остановился, уловив слабый запах дыма. Да, на верном пути! Потом покосился на левую руку и рассмеялся. Факел. Как он мог забыть про факел? Скрепя сердце, погасил огонь. Ничто не должно сбивать со следа.
    – Ладно, Сальван, здесь кристаллы еще мерцают, так что немного пройдемся впотьмах. Главное, чтобы никакая дрянь из темноты не набросилась.
    Стоило бы снова примотать меч к ладони, это разом сократит его боевые возможности, зато в самый неподходящий момент он не останется без оружия из-за слабости в пальцах. Вместо этого Торад намотал на руку леску била и сунул клинок в ножны. Твари, шныряющие в темноте, довольно неповоротливые, можно обойтись оружием и попроще.
    Чтобы проверить, он отыскал безглазого и как следует огрел билом. Эффект не порадовал. Удар проломил голову монстру и повалил на пол, но урод продолжал дергаться, сырое железо не доставляло ему особых неприятностей. Пришлось окончательно размозжить бедолаге черепушку и переломать ноги.
    – Не пойдет, – выдохнул Торад, меняя оружие. – Я не в той форме, чтобы размахивать куском железа на веревке.
    И вновь потянулись мрачные коридоры. Иногда приходилось брести через тьму, ориентируясь лишь на далекий свет кристаллов. Тогда Сальван выступал в роли собаки-поводыря. По счастью, им не повстречались безглазые, да и труподы не осмеливались приближаться.
    Мечник остановился, принюхался.
    – Дым! Чую дым! Ха, друг, знаешь, чем пахнет? Жженой плотью!
    Они рванули вперед. Торад на ходу попытался распалить последний факел. Вряд ли огонь продержится долго, но и этого должно было хватить, чтобы добраться до освещенных кристаллами коридоров.
    Мечник узнал эти места. Даже подивился, как его угораздило пойти совершенно в другую сторону. Ведь дураку ясно, что пришел он со стороны более новых саркофагов.
    Ответ на его недоумение лежал на полу. Женщина в замурзанной деревенской одежде. Под ней расплылась лужа крови. Кто-то перехватил ей глотку… удар был силен, шея держалась на куске кожи. Торад развернул ее лицом к себе – и отпрянул.
    – Фу! Ну и тварь! – поспешно вытер пальцы о штаны.
    Лицо у нее хранило следы уродства, но не как у лесных ведьм. Натуральное свиное рыло!
    Мечник передернул плечами.
    – Ведьма, как думаешь?
    – Морковочка!
    – Ведьма, ты прав. Не иначе, заморочила меня, сука такая, поэтому поперся вглубь могильников. Ухо востро надо держать, Сальван. Чую, гнездо здесь, да не простое. Ничего про подобные деформации не слышал, а уж я-то повидал многое! Идем, дружок, надо выбираться… Как думаешь, кто прикончил курву?