Вересковый ветер

Глава V. Торговая площадь

Предчувствие его не обмануло, с постели Арвин буквально сполз. О том, какими физическими страданиями ему грозил спуск с лестницы, думать вообще не хотелось. Арвин сидел на холодном полу и чувствовал себя куском отбитого со всех сторон мяса, которое еще в недавнем прошлом было молодым резвым бычком и без устали скакало по лугу. В ближайшие пару дней скакать Арвину явно не светило. Он медленно согнул ноги и, опершись о край кровати, с трудом поднялся.

«Действия разные, а эффект почти одинаков,» – заключил Арвин.

Он открыл окно и вдохнул прохладный утренний воздух. Тренировки, пробежки и конные прогулки он сразу же отмел, да и Раун уже собирался в родные края, борясь с желанием остаться и боязнью слишком надоесть хозяевам своим долгим присутствием. Глядя на раскинувшуюся внизу изумрудную долину Арвин думал, чем бы себя занять, но как на зло ничего путного в голову не приходило. Оставалось одно – пойти пошататься по городу да посмотреть на всякое разное, чтобы хоть как-то скоротать время и снова не наткнуться на Лирею, встречи с которой начинали приобретать систематический характер.

С ненавистной лестницы спуститься все же пришлось. Хорошо, что хотя бы по пути никто не встретился и не застал его за совершением подобного действия, сопровождавшегося еле сдерживаемыми стонами. Достигнув нижней точки, Арвин осознал, что зачем-то взял с собой меч, но возвращаться обратно не было ни сил, ни желания.

Выйдя во двор, он осмотрелся и быстро пересек открытое пространство, где его могли застигнуть врасплох, а дальше дело было за малым.

Торговая площадь гудела. Отовсюду слышались зазывы торговцев купить свой товар, который они расхваливали направо и налево. Все так же басил упитанный пекарь, и уже знакомый сапожник мерно стучал молотком по очередному каблуку.

Миновав первых лавочников, Арвин прошел в середину торговых рядов. Товары здесь продавались богаче и просили за них намного дороже. Цветастые персидские ковры, разного сорта шкуры и сверкавшая серебряными боками посуда калейдоскопом пестрели в глазах.

Однако за казавшимся внешним благополучием творилось что-то неладное, словно все присутствующие люди нацепили на себя притворно-веселые маски, скрывая под ними безысходность в глазах. Да и сам город, его город, стал совершенно чужим, сменил яркое радостное платье на безликую серую одежду, потускнел, осунулся, потрепался, но все еще выставлял на показ остатки былой роскоши. А может Арвину просто показалось и он видел лишь то, что рисовало его воображение?

– Не желаете ли приобрести шкуру медведя? – заметив пристальный взгляд Арвина и мгновенно оценив его финансовые возможности, хотя Арвин редко одевался согласно своему статусу, хозяин лавки без промедления приступил к «окучиванию» потенциального клиента. – Отменный товар, скажу я Вам! – при этом улыбка не сходила с его худого загорелого лица. – Вещица, достойная украсить дом такого почтенного господина. Его изловили в Ормануэсском лесу, где он до того помял не одного охотника. Какой свирепый зверь! Вы посмотрите на клыки! А лапищи с когтями! Не дорого, для Вас всего лишь…

Арвин покачал головой, цену такой шкуры он прекрасно знал, вот только мало-мальски уважающий себя охотник вряд ли повесит у себя над очагом шкуру зверя, добытую не им самим.

Торговец заметно приуныл, однако, заметив другого возможного покупателя, снова оживился, заулыбавшись в тридцать два кривых зуба, и начал свой зазыв сначала.

Народу собиралось все больше. Одни действительно пришли за покупками, другие, видимо, за неимением денег явились хотя бы поглазеть на интересные штуки. Последних торговцы выявляли мгновенно и не удостаивали даже словом или махали рукой, мол, проходи быстрей, не мешай, нечего просто так зазря таращиться.

Арвин оглянулся и не сдержал улыбки.

«Вот шельма, все-таки продал!» – произнес он про себя.

Медвежья шкура уже перекочевала на плечи довольного вельможи, который и сам чем-то походил на медведя, и «поплыла» над толпой словно по реке, потряхивая грозной косматой головой.

Арвин протискивался между ставшими тесными рядами.

– Молодой господин, не хотите ли пива? – послышалось откуда-то совсем рядом. – У меня самое лучшее в округе. Попробуйте!

Арвин, не оборачиваясь, поспешил в другую сторону.

«Мало ли чего я хочу! Она еще не уехала! Скорей бы уже!» – раздраженно подумал он. Уехала бы, чтобы лишний раз не видеть ее, не думать о ней. Да он и не думал. Не думал о ее притягательной красоте, не вспоминал, как вспыхивают медью ее волосы под лучами весеннего солнца, как лучатся изумрудные глаза и светится улыбкой лицо. Не думал о прикосновении рук и как лукаво она смотрит, немного склонив голову. Обо всем этом он конечно не думал. Только не думая о ней, Арвин обнаружил, что уже довольно долго стоит, прислонившись к стене ратуши.

– Подайте на хлебушек, – тоненький девичий голосок заставил его вернуться в реальность.

Маленькая нищенка протягивала замызганную ладошку. Арвин взглянул на девчонку: драное платьице да грязный, бывший когда-то красным, платок на светлых кудряшках волос. Девочка подняла голову, платок сполз на плечи, и Арвин увидел насколько милым было ее маленькое личико с большими голубыми глазами. Она стояла босая, потирая одну грязную ногу о другую.

– Подайте денежку, добрый господин, – напомнила застывшему от удивления Арвину девочка, сделав ладошку лодочкой.