Вересковый ветер

Глава XI. Смерть-река

звериные тени от чучел животных, будто неупокоенные души пытались вырваться из плена: когти медведя, беззвучно скрежещущие по обтесанному вековому камню, клыки рыси и волка в страшном диком оскале.

Легкий стук в дверь заставил отвлечься от нерадостных мыслей.

– Войдите! – раздраженно бросил Девир, не меняя положения и не поворачивая головы.

Дверь робко подалась вперед, впуская внутрь сухую ссутулившуюся фигуру. Девир сделал еще глоток.

– А-а-а, это ты, Гардас. Чего тебе? – меньше всего хотелось слушать нудные речи о делах.

Гардас сделал пару шагов вперед. Духота в зале висела нестерпимая, и ему не хотелось задерживаться здесь надолго.

– Мой господин, я пришел для того, чтобы... – начал Гардас в своей обычной манере, и для того, чтобы дойти до сути, нужно было запастить изрядным терпением, но договорить ему не дали.

– Она унизила меня. Унизила в присутствии этого ничтожества. – Девир, наконец, соизволил поднять взгляд на Гардаса. – Ты ведь наверняка уже в курсе. Все уже в курсе.

Гардас ощущал, как крепнет в Девире злость. Она разливалась удушающей волной, от которой хотелось закрыться.

– Вы слишком поспешили, мой господин, – слова звучали достаточно тихо, но отчетливо.

– Поспешил? – скрытое раздражение перерастало в явное. – Я не мог более задерживать ее здесь без причины. Она с самого начала принимала мои знаки внимания, слушала каждое слово. Я был уверен, черт возьми!

– Поспешили с приглашением княгини в Анвилад, – пояснил Гардас. – Немного терпения и Ваши проблемы решились бы естественным путем.

Девир готов был сожрать его взглядом. Он не хотел естественным, он хотел, чтобы она видела, во что превратился тот, на которого она так смотрела, чтобы отвращение заставило отводить взгляд, чтобы даже мысли о нем казались недостойными, а прошлое хотелось забыть. Девир мечтал насладиться ее реакцией, наблюдать, как с каждой секундой в ней растет презрение. Чтобы Арвин не мог поднять головы от стыда и неприязни к себе. Но он поднял, и Девира низвергли с пьедестала. Девир не понимал, где же он допустил ошибку? Почему все пошло наперекосяк? Как Арвину снова и снова удается обойти его?

Лирея безумно нравилась Девиру, он желал ее до дрожи в руках, она сводила с ума, но еще больше он желал ее потому, что она любила брата. Возможно, будь на ее месте другая, неказистая и невзрачная, Девир желал бы столь сильно и ее лишь потому, что она принадлежит Арвину.

– Ты забываешься!

– Простите, господин! – поспешил пойти на попятную Гардас. – Я ни в коей мере не хотел поставить под сомнение Ваше решение. Однако, – он сделал паузу, и его рот едва искривился ухмылкой, – Вы же видите, что ситуация усугубляется с каждым днем. Он уже вернул себе Лирею, еще чуть-чуть и Ваш брат примется за Совет, а тогда... Возможно пора перейти к более решительным действиям? Ведь если упустить время...

– Я не понимаю, к чему ты клонишь, говори яснее! – перебил его Девир, его состояние явно не способствовало трезвому взгляду на вещи.

– Мой господин, я всего лишь хотел сказать, что если проблему не получается решить, быть может стоит устранить ее причину?

Девир нервно потер руки. Резко вспыхнул в камине огонь, словно пытаясь вмешаться в разговор и выразить свое возмущение.

Кровь резко прилила к голове, в висках запульсировало от напряжения. Девир на секунду закрыл глаза. Такая простая мысль сейчас казалась притягательной, как никогда. Всего лишь один шаг, последний, на который надо решиться, и можно будет навсегда выйти из ненавистной тени, больше не быть вторым, не бояться, что отберут принадлежащее тебе по праву. Законный правитель Ларинарского княжества. Как же это сладко звучит!

– Я должен подумать. Если у тебя есть другие вопросы...

Вопросы у Гардаса остались, но задавать их сейчас он не стал, подождут, сейчас важен ответ на главный, а остальное не должно сейчас забивать дурную голову Девира, не способную вмещать в себя больше одной мысли за раз. Пусть он хорошенько задумается о своем шатком положении, ведь иного выхода у него все равно теперь нет. По собственной глупости упустить такую возможность! Нашел время тешить самолюбие, когда до цели оставалось-то рукой подать. И никто бы тогда не стал задаваться вопросами, никому бы не было дела. Даже Эрхо оказался бы бессилен что-либо изменить, но теперь, когда Арвин пытается вернуть власть в свои руки, Эрхо не преминет воспользоваться ситуацией, чтобы повернуть ее против Гардаса. Начинается серьезная игра на выживание.

– Нет, мой господин. Разрешите идти?

Девир кивнул, и откланявшись, Гардас удалился.

Как только дверь закрылась за спиной, согнутая фигура словно распрямилась, будто стала выше, и с языка едва не слетели ругательства, но Гардас вовремя остановился, ибо и у стен есть уши.

"Идиот, – прошипел он про себя, лишь губы едва шевельнулись, – спутал все карты. Дернуло его пригласить эту княгиньку."

Он едва сдержался, чтобы не сплюнуть.

По винтовой лестнице Гардас поднялся на этаж выше, открыл дверь небольшой комнатки и закрылся на ключ, затем достал из секретера лист бумаги, сложил пополам, провел несколько раз по сгибу пожелтевшим ногтем и разорвал, с половиной листа проделал то же самое.