Веретено Судьбы, книга 1

Геля, Ляля, Клара и театр

Театр сильнее всего воздействует тогда, когда он делает нереальные вещи реальными. Тогда сцена становится перископом души, позволяющим заглянуть в действительность изнутри. (Франц Кафка)

- Кларрра, Кларрра, - прочитала с листа Ляля реплику из сценария.

Ляля… а точнее, Ляля Амировна - она художественный руководитель детского драматического театра. Черноглазая красавица с бархатной кожей, мягкой, доброй улыбкой и лёгким румянцем на восточных скулах. В общем… настоящая персидская принцесса - ни дать, ни взять. Дети в театре её обожают.

- Карр, каррр… - прокаркала ей в ответ Геля.

Геля… с виду такая же, как и тысячи девочек - её сверстниц - худенькая, стройненькая, с чёрными волосами, подстриженными в аккуратное каре, с большими зелёными глазами, и с широко распахнутыми длинными ресницами. В отличие от своих сверстниц Геля почти не носит украшений. Кроме одного единственного - речного камня в форме отшлифованного сердечка. Она нашла его год назад и загадала, что когда-нибудь он принесёт ей счастье. С тех пор так и носит его на шее, на шнурке. Из всех цветов в одежде она предпочитает чёрный. Нет… это не из-за того, что она какая-то странная. И не потому, что она какая-то готка или неформалка. Просто Геля – она необычная. И совсем не похожа на остальных. А черным цветом в одежде она подчёркивает свою индивидуальность.

Вообще она одарённая и способная. Правда знает об этом только её бабушка. Потому что учителя и её одноклассники этих качеств в ней пока ещё не заметили. По успеваемости в классе Геля находится в самой середине. Зато ребята не дразнят её «зубрилой», как некоторых отличниц и зануд. Но и к тем, кто едва справляется с учебой, она тоже не относится, так как учиться спустя рукава – это не в её правилах.

Чтобы девочка смогла лучше раскрыть свои таланты, бабушка записала её в детский театр - на курсы актёрского мастерства. Не сказать, чтобы Гелю эта идея привела в восторг, но она отнеслась к бабушкиной заботе с уважением. Она вообще очень любит бабушку и старается её не разочаровывать. Вот и теперь, чтобы её порадовать, ей пришлось терпеливо разучивать роль – хотя та ей совсем не нравилась.

- Ты сейчас раскррроешь клюв от удивления, Кларрра, – Ляля намеренно произносит фразы с ярко выраженной вороньей артикуляцией, чтобы помочь Геле вжиться в роль и погрузиться в образ. - Эту девочку зовут Геррда.

- Герррда?! – произносит Геля в ответ. Она старается изо всех сил. Но Ляля Амировна смотрит лишь в текст, и делает вид, что её стараний не замечает. Эх… жаль, что бабушки нет на этой репетиции. Уж она-то точно отметила бы её потрясающую игру.

- Наша родственница Сорррока ужасная сплетница. Она все новости пррриносит нам на хвосте. Она ррасказала нам вашу историю, – обращается Ляля к пустому месту. На самом деле, в этот момент на репетиции, подразумевается, что на этом «пустом» месте должна якобы находиться Герда. Но у Лены Колоды, которая играет Герду, заболело горло. Из-за того, что она поспорила с девчонками и съела на спор три порции мороженного. По этой причине она на сегодняшнюю репетицию не пришла.

- Каррр… - отвечает Геля.

- Кларра, это ещё не всё. Я пррредполагаю, что жених принцессы это и есть Кай.

Тишина… Ляля смотрит в ожидании на Гелю. Но та продолжает молчать. Ответа от вороны Клары не последовало.

По кислому выражению лица Гели, и по её последнему «карр», которое прозвучало не по-вороньи, а как фырканье маленького, расстроенного и готового вот-вот расплакаться воробушка, Ляля заметила, что с девочкой происходит что-то не то.

- Геля, давай соберись. У нас ведь через два дня премьера.

Геля села на край импровизированного бутафорского дупла. Она очень сдерживалась, как могла, но сейчас её терпение лопнуло. В знак протеста она скрестила на груди руки-крылья, с тряпичными лоскутами из бутафорских перьев, сделала глубокий вдох и закатила газа к потолку.

- Ну сколько можно. Это не текст, а просто издевательство какое-то. У других слова как слова. А у меня, только: «каррр», да «карр». И костюм этот… мне в нём жарко и не удобно. А ещё это клюв…

Она постучала костяшкой пальца по огромному импровизированному клюву, притороченному к шапочке, на впившейся под подбородок резинке.

- Ну разве это клюв?.. Это же рог какой-то. Я чувствую с ним себя не вороной, а каким-то единорогом.

Ляля прыснула. И не в силах сдержаться, звонко рассмеялась. В подтверждение своих слов, девочка стала скакать по сцене и действительно очень правдоподобно изображала единорога.

- Тогда, может быть, тебе стоит сменить амплуа, - предложила Ляля.

- Что, сыграть вместо вороны единорога? – спросила Геля, хотя была точно уверена, что в сказке «Снежная Королева» не было такого персонажа.

- Нет, – Ляля Амировна перестала смеяться и теперь уже выглядела вполне серьёзной. – Если тебе не нравится театр, и ты не готова принять, предложенную тебе роль, тогда отправляйся в цирк. Будешь там клоуном. Ведь комедийный жанр, судя по твоим выходкам – это твоё призвание. А что… пародировать лошадей у тебя вполне неплохо получается.

Геля поняла, что в этот раз она была не права. И своим поведением, возможно даже обидела художественного руководителя. Но ведь её тоже можно было понять. Она пришла сюда учиться актёрскому мастерству, а вместо этого ей предлагают сыграть какую-то ворону.

- Не хочу в цирк. Не хочу клоуном, – со стороны сейчас Геля была похожа на маленькую капризную девочку. – Мне очень нравится театр. И я люблю его всей душой. Ну почему, ворона?.. Что у вас для меня больше нет никаких других нормальных ролей?

- А чем так плоха ворона?.. – это был даже не вопрос, а искреннее непонимание.

- Как чем? – Геля беспомощно замахала крыльями, как будто хотела стряхнуть с себя это дурацкое, нелепое одеяние. От обиды она была готова расплакаться. – Ляля Амировна… ну вот вы сами посмотрите. Ну что это за роль?.. За весь спектакль, в обоих действиях, я выхожу на сцену всего три таза. И все три вот в этом…