Веретено Судьбы, книга 1

Не всё, то сказки

Андрей Андреевич опустил в чашку два кусочка сахара, и помешивая ложечкой, принялся изучать помещение кофейни. Пока они с Альбертом обсуждали этнические наряды и предстоящие исследования, у него даже не было времени толком осмотреться. А сейчас он про себя отметил, что здесь было достаточно тихо, мило и уютно – такой классической образец неторопливой европейской жизни. За круглыми столиками сидели умиротворенные – в основном пожилые – господа и дамы, и попивая кофе, вели тихую и непринуждённую беседу. Никто никуда не спешил… не нервничал… не суетился. Глядя на них со стороны, складывалось такое впечатление, что для этих людей слово «время» вообще отсутствовало, как понятие.

Кстати, о времени… внимание профессора привлекли настенные старинные часы. Добротный, раритетный экземпляр, в хорошо сохранившемся корпусе из полированного красного дерева. Они были выполнены в форме изящного замка с витыми, резными лесенками и башенками. По обеим сторонам бронзового циферблата расположились две белочки, грызущие орешки. Снизу под корпусом раскачивался маятник – блестящий диск, начищенный до зеркального блеска. Фигурные стрелки в форме скипетров показывали самое точное время в мире.

Если в Женеве сейчас три часа пятнадцать минут, прикинул в уме профессор, тогда по-нашему, по московскому… будет пять пятнадцать.

Поскольку он был пока не занят, то почему бы ему не пообщаться с Егором – тем более, что перед отъездом профессор ему пообещал, что непременно ему позвонит, если выдастся свободная минута. Сейчас его это не затруднит, а вот мальчику будет наверняка приятно. Андрей Андреевич знал, насколько Егору ценно его внимание. А тут ещё он позвонит ему из-за границы… Так сказать: переговоры международной важности.

Надеюсь, уроки в школе уже должны закончиться, подумал Перовский, и если Егор не на тренировке, то наверняка, этот звонок его не потревожит. Он достал телефон, отыскал его номер, перевел звонок на видео режим и нажал на зелёный значок вызова.

Прозвучал сигнал настройки соединения. Курсор бегунка на экране стал перемещаться вправо. Секундами позже из динамика послышались оживлённые звуки улицы… На экране замельтешило расфокусированное хаотичное изображение. Но вскоре картинка выровнялась и изображение стало стабильным.

На профессора сверху вниз смотрело лицо Егора. А если более точно, то не лицо, а лишь его силуэт. Так получилось из-за того, что объектив камеры Егора в данный момент находился напротив солнца. Но это нисколько не помешало профессору узнать юношу по его всклокоченной причёске. На заднем фоне за силуэтом головы Егора были видны кроны деревьев, с большей части из них листва уже почти полностью облетела. По ясному небу было понятно, что на дворе стояла прекрасная погода. Последние солнечные деньки - самое время для уличных прогулок.

- Здравствуй, Егор, – поприветствовал его профессор.

- Андрей Андреевич, здравствуйте! – судя по радостной интонации, юноша был в восторге от его звонка. – Это так здорово, что вы позвонили. А вы сейчас правда… звоните прямо из самой Женевы?

- Да, мой юный друг, правда. Прямо из Женевы, - Перовскому импонировала эта его юношеская непосредственность. Иногда, в процессе общения с Егором, он и сам начинал себя чувствовать более энергичным и молодым. – Вот, решил устроить себе небольшой перерыв. Сижу в кафе. Дай, думаю позвоню… поинтересуюсь, как твои дела.

- Спасибо, что не забыли, Андрей Андреич, - произнёс, запыхавшись Егор. Он вытер пот со лба и переложил телефон в другую руку. - Мне очень приятно, что вы позвонили.

Тут изображение снова замельтешило. Фокус сместился. Но затем снова все восстановилось и изображение стало ясным и чётким. Судя по всему, Егор остановился и присел на лавочку. Теперь, позади него стали видны окрестности городского парка – аллеи, газоны с мягким ковром из опавших листьев, пруд с плавающими лебедями и игровая детская площадка.

- А мы тут… с пацанами… решили устроить гонки на скейтах… с препятствиями, – немного сбивчиво, бойко отрапортовал Егор. – Пока ещё сухо, пользуемся моментом. Да и народу в эти дни в парке поменьше, чем в выходные.

- На скейтах, это хорошо, – одобрительно произнёс профессор. – Умеренные физические нагрузки на свежем воздухе, весьма благотворны для юношеского организма.

Мимо Андрея Андреевича прошла молодая официантка в форменной блузе и кружевном переднике. Он жестом попросил ее принести ему ещё одну чашку кофе – на сегодня это была уже третья. Да, Альберт был прав - кофе здесь подавали чудесный. Этот густой ароматный напиток был воистину так хорош и как нельзя кстати располагал к непринуждённой, приятной, дружеской беседе.

- У нас не так много времени, и поэтому я хочу тебя спросить: тебе удалось справиться с заданием, что я задавал тебе накануне. Ты успел прочесть мою книгу?

- А… книгу… Да, конечно, я её прочел, - догадался, о чём идёт речь Егор. – Но, если честно, то я подумал, что вы в тот раз что-то перепутали.

Перовский поднял телефон и убрал со стола вторую руку, чтобы не мешать официантке собрать пустые чашки и подать ему свежезаваренный кофе.

- Ничего я не перепутал, – заявил он вполне серьёзно. – А с чего ты это взял? Тебя что-то смутило?

- Ну, да, – ответил Егор с едва уловимым недоумением. – Я раскрыл дома свёрток, а там вместо книги с научными данными, оказалась книга с былинами «Илья Муромец и Соловей Разбойник». Таких книг у нас пруд-пруди в школьной библиотеке. Тем более мы её уже проходили по школьной программе, на уроках литературы. Какой смысл было снова её перечитывать?

- Ну, если так… – не стал настаивать профессор, – то значит, ты хорошо знаком с её содержанием. Тогда, ответь мне на такой вопрос: какие персонажи этой былины были реальными историческими личностями, а какие из них, по твоему мнению, могли оказаться вымышленными?

Более лёгкого вопроса невозможно было и придумать. Егору даже не потребовалось особо напрягаться, чтобы на него ответить.