Веретено Судьбы, книга 2

Орден ждёт результатов

Утомительный день был почти на исходе. Уже не вечер - но ещё и не ночь. В тёмных сумерках грань между этим Миром и Навилэндом становится призрачной и едва заметной. Путешественники, шпионы, романтики и перебежчики, в это время, могут спокойно переместиться, с одной стороны, на другую, и не переживать, что их кто-нибудь заметит. А, если, даже и заметят, - то, скорее всего не поверят своим глазам, или подумают, что им померещилось. Ну, а тем, кто играл целый день, выпавшую ему роль, лицедействовал и корчил рожи, выдавая себя за кого-то другого, - настало время, укрыться в тени и отдохнуть. Сбросить маску и до утра побыть самим собою.

За окном зажглись фонари. Вывески ресторанов, парикмахерских и магазинов озарилась иллюминацией. На смену дневной суете, с её бесконечной беготней и незавершенными делами, пришла другая, вечерняя - размеренная жизнь, с семейными ужинами, просмотрами футбольных матчей и сериалов, прокачкой компьютерных игровых персонажей и общением в соцсетях. В окрестных домах, и подмявших их под себя высотках, одно за другим, словно огоньки на рождественских ёлках, стали зажигаться окна. Кухоньки, студии, спальни, гостиные и обжитые небожителями пентхаусы устроили между собой негласное состязание - у кого свет приятней, и источник освещения круче. Люстры, светильники, споты, бра и ночники – включились разом и принялись перемигиваться волшебным светом. Ещё недавно Мир лениво провожал, уходящее за небосклон одинокое солнце… И вот уже тысячи крохотных мирков, пришли ему на смену и оживили ночное пространство городской вселенной.

Ему не было дела до Мира, который остался там, снаружи. Как и Миру - которому не было дела до него. Каждый сам по себе. У одного – тишина… в прибранном горничной уютном номере. У другого - многоголосье весёлой болтовни прохожих, шорох шин автомобилей по мокрому асфальту и завывание сирен – полицейских и пожарных машин и скорых помощей…

Он не стал включать свет, чтобы светом в окне не привлечь к себе внимания. И для пущей верности, наглухо задёрнул шторы. Оказавшись в кромешной темноте, он ощутил себя в океане безбрежного спокойствия. Удобно устроившись в глубоком кресле, ослабил узел дорогого галстука, расстегнул пуговицу на воротнике рубашки и с блаженством откинул голову на мягкий подголовник. Напряжение спало…  Он почувствовал облегчение. Беспокойные мысли отступили и попряталась, как мыши в норах. В такие моменты он чувствовал, как ненадолго становился самим собой - частичкой чёрного бесконечного и холодного космоса. Без проявления жизни и без эмоций. Он поймал себя на мысли - что если бы смог себе позволить, то без сожаления остался бы в таком состоянии навсегда. Но увы – он не имел такой власти, чтобы даровать себе такую привилегию. Чувство долга перед могущественным Орденом висело над ним дамокловым мечом.

Нужно было довести порученное ему дело до конца. Кратковременный отдых закончился. Теперь снова нужно браться за работу. Перед тем, как продолжить, барон сосредоточился на последних событиях уходящего дня - и стал прокручивать в уме его отдельные фрагменты, как хронику документальной киноленты…

 Дорога назад выдалась долгой и утомительной. Бесконечные вереницы грузовиков на шоссе и многокилометровая пробка на въезде в город. Если бы он верил в Бога, то подумал бы, что Тот намеренно посылает ему испытания, чтобы проверить его человеколюбие и безупречное долготерпение. Хотя, Людвига и без того было трудно вывести из равновесия. Он сосредоточенно вёл автомобиль и на протяжении всего пути ждал вестей от внезапно исчезнувшей Гертруды. Время шло… По мере следования город становился всё ближе. Но ни магический перстень, ни телефон не подвали никаких сигналов. Когда подъехали к отелю Жан и Жак уже не спали. Их разбудил шум оживлённого города, с гулом проносящихся мимо них машин, извещающих о себе громкими сигналами неуступчивых водителей, и децибелами ритмичной музыки, доносившейся из их салонов.

Они вежливо, но без энтузиазма поздоровались с портье, и словно сомнамбулы пробрели через холл отеля к кабине лифта. Поднялись в номер, приняли душ, и по привычке, оставшейся с монастырского приюта, аккуратно сложили одежду в шкаф, и повесили рубашки с брюками на плечики. Несмотря на позднее время, после сна в машине спать перехотелось. Жан и Жак улеглись на кровати и включили телевизор. Для кого-то просмотр телепередач мог показаться обычной мелочью. Но для них, такая возможность оказалась настоящей роскошью. Ещё недавно, когда они жили в монастырском приюте, им дозволялось смотреть телевизор только по расписанию. Да и то, как правило – это были новости или передачи на религиозные темы. Переехав в замок, с этим стало намного проще.  Доступ к телевизору никто не ограничивал. Но барон составлял для них такое расписание, что большую часть свободного времени приходилось посвящать дополнительным занятиям по магическим предметам или физической подготовке.  И хоть доступ к телевизору был свободен, им удавалось его посмотреть, только тогда, когда барон уезжал по делам или надолго запирался в своей библиотеке. Сейчас наступил тот долгожданный момент, когда за ними никто не наблюдал, если не считать, присутствующих в номере Ральфа и Рольфа. Ребята ощутили себя свободными от беспрестанного надзора и принялись с упоением переключать каналы, выбирая, что им посмотреть...

Людвиг знал, что мальчики не спят. И похоже, что эта ночь для них будет длинной. Он позвонил портье. Распорядился, чтобы близнецам подали в номер фрукты, мороженное и кувшин клюквенного морса. Сегодня ребята держались «молодцом» и заслужили немного свободы – пусть попразднуют. Как бы они не пыжились, и не старались казаться взрослыми – они всё равно по-прежнему остаются детьми. Даже строгое, орденское воспитание, не возбраняет заслуженного поощрения. Для рыцаря Ордена, почести и щедрая награда – являются лучшим залогом ответной благодарности, которые воздадутся ему безграничной преданностью.

Тишину в номере прервал сигнала входящего сообщения. Во мраке комнаты высветилась голубая рамка дисплея его телефона. Барон ждал этого момента вот уже несколько часов. Людвиг поспешно взял аппарат со столика и провёл большим пальцем по экрану, в надежде, прочитать сообщение от, пропавшей Гертруды. Но вместо этого, увидел красную пиктограмму Ордена на чёрном фоне. А за тем, посыпались одно за другим новые сообщения…