Верни меня домой: Без веры в отчаяние

Глава 19. В которой я прощаюсь с Лотлориэном, наслаждаюсь ночными видами полей Келебранта и расстаюсь со своим высокопоставленным кавалером

Подняли меня рано утром и еще сонную одели, обули, причесали, покормили и отвели к лошадям, приготовленным к отбытию. Спросонок голова соображала плохо, так что я позволила Таун делать все, что ей заблагорассудится, лишь бы не открывать понапрасну глаз и досмотреть прерванные сны. Сейчас я топталась рядом с отведенной мне лошадью и кормила ее морковкой, которую мне притащила вездесущая Таун. Удивляюсь, как она может быть такой энергичной на рассвете? Не ложилась, что ли?

Бросив ленивый взгляд вокруг, я попыталась пересчитать сопровождавших процессию эльфов, но мне это не удалось – они сновали с такой скоростью, что я просто не успевала их замечать. Тогда я пересчитала лошадей, столбики на ограде, пуговицы на своем походном камзоле, потеребила в руках пресловутую ленточку с бусинами, вплетённую мне в косу, и наконец дождалась отправления на юг.

Провожали нас шумно – в основном, это были эльфы из Эрин Ласгалена во главе с собственным тауром, остававшиеся на защиту Лотлориэна. Когда мы проходили мимо свиты Трандуила, ко мне вырулил Риллач и снова райской птичкой залился на комплименты и сожаления по поводу нашей разлуки.

– Так странно и печально, что вас, моя дорогая эллет, заставляют отправиться в это долгое путешествие, - причитал он, идя рядом со мной и ведя под уздцы мою лошадь. – Вы столь юны и нежны, что такая долгая поездка может утомить вас, а опасности – напугать. Я ни в коем случае не хочу сказать ничего плохого про ваше сопровождение, - он покосился на Халдира, возглавлявшего сопровождающих нас стражей и шедшего в нескольких ярдах позади нас. – Я знаком с храбростью лориэнских воинов, уверяю вас, вам ничего не грозит. Однако я все-таки обеспокоен, такое путешествие в столь неспокойное время для юной эллет вряд ли станет увеселительной прогулкой, скорее испытанием.

– Мой дорогой друг, - хихикнув на его словах, наконец вклинилась я. – Мне довелось убедиться в бесстрашности лориэнских стражников, так что я совсем не беспокоюсь за свою безопасность, - Халдир, эта плюшка тебе, я знаю, что ты подслушиваешь. – И всех трудностей долгой дороги я не опасаюсь. Вам не стоит беспокоится за меня, это не первый в моей жизни поход, - да уж, мне уже доводилось путешествовать, правда на спине эльфа, а не лошади.

– Разумеется, вы проделали немалый путь от Имладриса до Лотлориэна, - советник сдаваться не собирался. – Я убежден в вашей храбрости, моя юная эллет. Позвольте, я помогу?

Всех дам рассаживали по коням, я заметила, как Халдир подсаживал Арвен, а Келеборн помогал супруге. Благо, пару раз я уже сидела в седле, и тело настоящей Этельвин помнило, как правильно держаться, но взобраться самой было выше моих сил. Господин советник лихо подхватил меня под колени и посадил в седло и даже вставил ноги в стремена, прямо лапочка сегодня. Сердечно поблагодарив его, я вцепилась в седло, даже не тронув поводья – все равно лошадь сейчас вел Риллач, а потом его заменит кто-то из стражей.

– Мое сердце отправится с вами, мой юный друг, - лицо советника было печальным, когда он поднял голову, чтобы взглянуть мне в лицо. – Как скоро мы увидимся вновь?

– Не гневите Эру, господин советник, вы видите меня в третий раз, - мне показалось, или командир хихикнул? – Право, мне тоже было приятно наше знакомство, за всю мою короткую жизнь я не слышала столько приятных слов. Вы тронули мою душу, вряд ли я когда-нибудь вас позабуду, - такое и забыть? Никогда.

– В вашей власти сначала ранить и сразу излечить, - непробиваемый, ей Богу. – Я покорен вашей прямотой и нежностью души. Позвольте надеяться на нашу встречу, быть может по вашему возвращению в Лориэн. Или, если судьба заведет вас в Эрин Ласгален. Я с удовольствием приму вас и вашу семью в своем доме.

– Ваше приглашение очень лестно, господин Риллач, - как отшить, чтоб не обиделся? – Я… - договорить я не успела.

– Господин, мы скоро пересечем границу Карас Га́ладона, - меня перебил Халдир. Вовремя, благодарю.

– Спасибо, командир, - какой царственный кивок. – Я сопровожу юную эллет до границы Лотлориэна и вернусь со сторожевым отрядом.

– Как вам угодно, - бросив на меня нечитаемый взгляд, Халдир скрылся за нашими спинами.

– Прошу простить, за то, что перебили, позвольте вернуться к разговору? – я кивнула. – И все же, могу ли я надеяться на нашу встречу?

– Не смею загадывать вперед, - протянула я. – Оставим это на волю Валар.

– Вы так скромны, - он нежно улыбнулся. – Вы заставляете мое сердце трепетать после каждого сказанного слова.

– А вы продолжаете меня смущать, - хмыкнула я без доли волнения. – Господин советник, ваше красноречие мне лестно, однако, я боюсь, оказаться недостойной столь сладостных речей.

– Ваша простота делает вам честь, - еще одна ослепительная улыбка в копилку. - Я не вижу препятствий, чтобы лишить прекрасную эллет столь малой радости, как комплименты, - да чтоб тебя, даже расстраивать не хочется.

– Да не эллет я, - сконфуженно буркнула я себе под нос, но советник видимо не слышал.

Он продолжал что-то бормотать про мою скромность, очарование и прелесть. Риллач оказался прекрасным кавалером, умело меня смешил, занимал разговором и просто фонтанировал комплиментами. Когда мы остановились на ночлег на границе лориэнского леса и полей Келебранта, он самолично помог стражам разбить нашу с Арвен палатку и поклялся не отходить от входа ни на шаг, охраняя наш с принцессой сон. Надо сказать, Арвен отреагировала на появление советника сдержанно, только внутри палатки она позволила себе мне дружелюбно улыбнуться и слегка качнуть головой. Я расценила это как: «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь». Принцесса была неразговорчива, а я и не настаивала, прекрасно зная, где витают ее мысли. Таун накормила нас ужином, помогла переодеться в сорочки, расплела волосы и отправилась отдыхать в свою палатку.

Ночью мне не спалось, в голове крутилась мысль, что я в последний раз вижу Лотлориэн во всем его великолепии. Осторожно, стараясь не разбудить Арвен, я поднялась с импровизированной постели, завернулась в плащ и, как была, босиком, выглянула наружу. Сейчас уже была середина ночи – лагерь спал, только дозорные сидели у костра и о чем-то негромко переговаривались. Один из них меня заметил, поднялся и поклонился. За ним встали остальные.