Верни меня, если сможешь...

Глава 26

Лия

Скажи мне кто раньше, что я, как какой—нибудь мазохист, буду каждую ночь ждать кошмара, от которого кровь леденеет в жилах, я покрутила бы пальцем у своего виска перед лицом этого сумасшедшего.
Сейчас же я чувствую себя маньячкой, каждый раз засыпая в надежде увидеть предвестника своего попадания. Уже прошло пять месяцев, и меня совсем не немножко поддёргивает.

«Неужели это всё, и я больше не перемещусь на Керрис, не получу возможность узнать, понял ли Рэйсон, что я не нападала на Алию, не загляну в его серебряный холод глаз, не узнаю, как там Мария и виэр Виктор, Хам, Маркус, не разгадаю, почему это всё происходило со мной?»
Знать, что наш мир не одинок и не иметь больше возможности заглянуть в другую реальность, сводит с ума. Нет, надежда ещё теплится: ведь, как оказалась, я уже исчезала из этого мира: правда, единожды и совсем в юном возрасте. В таком юном, что умудрилась даже позабыть об этом интересном путешествии.
А узнала я это под звонкий звук разбитого заварного чайника из любимого сервиза моей бабули и одновременно произнесённое.

— Неужели снова? — от бабушки.

— Ну, ты, Лийка, даёшь! — от Альки.

— Ба, ты уже дома? — это уже от меня.

Осознав, что брошенная бабулей фраза звучит как—то подозрительно интригующе, мы, не сговариваясь со старшенькой, вперились взглядами в шумно севшую на стул седовласую даму, удивлённо раскрыв рты.

— Ба—а—а—а? — вырвалось одновременно у нас.

— А что это сейчас было, ты не сильно—то удивлена?— это Алька.

— Я, что, уже так появлялась? — следом я.

— А я так могу? — снова Алька.

— Когда это было? — я.

— А это вообще нормально?

— Долго меня не было?

— А—а—а—а… Да замолчите вы! — уткнувшись лицом в ладони, почти прикрикнула бабуля.

— Так, я — за успокоительным, а ты попробуй только снова, что—нибудь такое же выкинуть, — пригрозила сестрица, ткнув в меня пальцем, — без меня, — крикнула уже из комнаты.

— Ба, миленькая, ну, успокойся, — я упала на колени, обхватывая её ладони своими. — Я здесь, я вернулась.

— Эй, ты чего, без меня не начинать, — тут же выскочила Алька с тёмной склянкой в одной руке и пустым стаканом в другой начала отсчитывать положенную дозу капель.

— Издеваешься, язва, — вынырнув из своего укрытия, буркнула зло бабуля, — И как тебя Алексей терпит?

— А любовь зла: слышала про такое? — съязвила в ответ старшенькая.

Есть у моей сестрицы способность: в стрессовой ситуации она становилась непрошибаемой стервой. Так же, как и мне мои слёзы, ей помогал её острый язычок.

— Нет, вы посмотрите, у неё сестра появляется из воздуха, а ей хоть бы хны, — кинула ба в ответ, забирая стакан, с сильно пахнущим разнотравьем, лекарством.

— Ну, я—то хотя бы офигела от увиденного, в отличие от некоторых тихушниц, — парировала Алька, — колись, давно это у неё.

— Давно, — обречённо выдохнула ба, глядя на меня, — с шести лет, правда, то был единственный раз, и я уже думать перестала, что такое может повториться. Помню, как ты также появилась из воздуха в свой шестилетний день рождения. Вера Николаевна тогда ещё в слезах звонила. Говорила, что ты пропала с экскурсии, и она не может тебя найти. А ты возьми и появись передо мной вот таким же способом. Сообщать о произошедшем не стала, ещё бы сочли за сумасшедшую и отобрали бы вас у меня.

Резкий звонок Алькиного телефона, заставил вздрогнуть всех троих.

— Лёша, мальчишки сегодня на тебе, — даже не поздоровавшись с мужем, кинула она в телефонную трубку. — Ничего не знаю, у нас девичник, Лия вернулась и нам очень интересно знать, откуда, — посмотрела она на меня при этом недобро.

Из трубки послышалось гулкое: «Угу, жду подробного отчёта».

— Ну что, теперь рассказывай ты, — пряча телефон в карман джинсов, ожидаемо обратилась ко мне сестра. — Откуда это тебя, такую красивую, занесло? — дёрнула за рукав несовременного платья. — Да ещё и со спецэффектами!

— Только обещай, что не отправишь в психушку!

— Не отправлю: нас тогда всех троих сцапают, а у меня — дети. Хотя... можно сказать, что мы не видели ничего, — зловеще улыбнувшись, она поиграла бровями. — Ладно, ладно, не напрягайся так: что я, совсем уже, любимую сестричку в психушку запирать?

— А если я скажу, что была в другом мире? — отошла чуть ближе к проходу, наблюдая за реакцией обеих. Здесь я точно знаю, где выход и куда бежать, но родные лишь переглянулись. — В мире, где есть магия, — продолжила я.

— Ба, а это у нас семейное? Мне бояться за мальчиков? — сглотнув, Алька тихо обратилась к притихшей бабуле.

— Не было у нас ничего такого, все мы нормальные.

— Ну не все, как видишь, — на меня снова глянули искоса. — Летом твоё внезапное возвращение тоже было оттуда? — я кивнула. — И ревела ты не по местному коневоду?

— Нет.

— Ты вообще это контролируешь?

— Нет.

— Я убью тебя! — тут же прорычала Алька, сквозь зубы, вытягивая руки вперёд. — Я детей с тобой оставила, а ты бесконтрольно прыгаешь по мирам.

— Да я знать не знала, что это повторится, — постаралась оправдаться, — и ты меня даже не спросила тогда: просто кинула в няньки, а сама смоталась.

— Зато знала, ба, — опять полетел камень не в тот огород.

— Да отстань ты от неё: откуда бабушке было знать, что это повторится?

— И всё—таки предупреждён — значит, вооружён, — не унималась старшенькая. — Ну, хорошо, проехали: и кто этот несчастный, у вас хоть взаимно?

— Взаимно, вот только у него невеста есть, — тяжёлый вздох вырвался сам собой.

— Бабуль, а Лийка наша — вертихвостка.

— Да я даже не знала об этом.

— Ммм, значит, он — ещё то рогатое животное!

— Алиана, прекрати, — вклинилась ба, видимо, заметив, как я взглядом ищу, чтобы запустить в сестру. — Как это происходит? Ты что—то делаешь перед этим? — уже обратилась ко мне, нервно теребя край фартука.

— Нет, бабуль, я ничего не делаю, я просто исчезаю здесь и появляюсь там и наоборот. Единственный предвестник того, что я скоро там окажусь — это сон.