Верни мне дочь, адвокат!

Глава 6

Как я и предполагала, Аркадий Ледов живёт в довольно новом доме. В одном из тех небоскрёбов, глядя на которые, кружится голова. Сгущаются сумерки, и огни в окнах загораются один за другим.

Когда машина останавливается на парковке, и мы выходим из неё, адвокат не позволяет мне взять мой чемодан – берёт его сам. Мне остаётся только нетяжёлая сумка. Входим в оснащённый камерой подъезд, следом в лифт. Протягивая руку, чтобы нажать кнопку, мужчина слегка задевает моё плечо. Я невольно вздрагиваю. Когда лифт начинает подниматься, у меня закладывает уши. Скоростной, что ли?

- Вы в порядке? – спрашивает Ледов. Ну надо же, заметил. И в самом деле проницательный какой.

- Всё нормально, - отвечаю я.

- Непохоже, - не верит он мне. – Боитесь высоты? Или это вас моё близкое присутствие нервирует?

- Если бы это было так, я бы подыскала себе другую работу.

В ответ адвокат недоверчиво хмыкает, но больше ничего не говорит. Лифт наконец-то останавливается – на самом верхнем, двадцать пятом этаже. Здесь всего три квартиры. Адвокат отпирает ключами дверь одной из них и пропускает меня вперёд. Сделав шаг через порог, я оказываюсь в просторной, оформленной в светлых тонах прихожей, которую хочется назвать скорее холлом.

В квартире тишина. Мы что, здесь одни? А где же Артём?

Так скоро оставаться наедине с Аркадием Ледовым я не планировала!

«Так, стоп. Без паники, – говорю я себе. – Не собирается же он ко мне приставать. Это мой план, а не его. Но я пока тоже не намерена приступать к...»

Мои мысли прерываются, когда я слышу шаги. Они медленные, тяжёлые и явно не принадлежат ребёнку. В прихожей появляется невысокая пожилая женщина, у которой, похоже, болят ноги, так осторожно и неуверенно она на них ступает.

- Добрый вечер, - говорит она и переводит взгляд с моего спутника на меня. – Значит, это вы Александра Алексеевна? Новая няня Артёма.

- Просто Александра, пожалуйста, - говорю я. – Или Саша. А вы...

Может, та самая домработница, о которой Ледов рассказывал по дороге? Правда, я её себе как-то по-другому представляла. Помоложе, во всяком случае.

- Я Надежда Вениаминовна, мама Аркадия, - отвечает женщина. Фамильного сходства между ними не прослеживается, но выглядит она довольно-таки ухоженно. Видимо, остаётся с внуком в случае надобности, но постоянно проводить время с ним, полностью заменив няню, не может из-за проблем со здоровьем.

- Очень приятно, - бормочу я, чувствуя себя неловко под доброжелательным взглядом собеседницы. У адвоката, который помог бывшему мужу разрушить мою жизнь, есть и сын, и мать, о которых он заботится. Это значит, что ему знакомы родственные чувства.

Так почему же Ледов даже не подумал о моих чувствах к дочери?..

«Потому что это его работа, – напоминаю я себе с горечью. – Просто бизнес, как говорится. И ничего личного».

Но в моих интересах, чтобы это личное между нами всё же появилось.

Спустя некоторое время я узнаю, что была права в своих догадках. Надежда Вениаминовна действительно сидит с внуком время от времени, но постоянно в этой квартире не живёт. Попрощавшись со всеми, она уезжает к себе на такси, которое вызывает ей Ледов.

Артём провожает бабушку, помахав ей рукой, но вид у него отстранённый. Однако меня он изучает очень внимательно. Рассматривает так же пристально, как это делает его отец.

Адвокат выделяет мне отдельную, похожую на уютный гостиничный номер, комнату, как мы и договаривались. У меня даже ванная своя будет, на что я и не рассчитывала. Квартира действительно очень большая для двоих, и у меня создаётся впечатление, что обставлял её профессиональный дизайнер. В кухне имеется и плита, и духовка, и даже гриль. Видимо, кто-то здесь всё-таки когда-то готовил.

Детская Артёма пребывает в идеальном порядке. Никаких разбросанных игрушек или изрисованных обоев, которые ожидаешь увидеть в комнате маленького мальчика. Эту детскую хоть сейчас можно снимать для рекламы интерьеров. Но мне почему-то становится слегка не по себе. А что если я взялась за непосильную для себя задачу? Можно ли научить сына адвоката смеяться и шалить, как это положено в его возрасте? Что если он навсегда останется таким печальным и серьёзным, а я стану ещё одной няней, которая не сумела найти к нему подход?

Обычно сложных детей представляют себе иначе. Как шумных, непоседливых, гиперактивных. Артём совсем другой. Но из рассказов Миланы и замечаний, обронённых Аркадием Ледовым, я знаю, что мальчик сам добивался того, чтобы не понравившихся ему нянь увольняли. У меня возникает мысль, что он просто любит одиночество, а они, стараясь угодить нанимателю, могли вести себя с ребёнком чересчур навязчиво, забывая о том, что у детей тоже есть свои границы.

Я привлекла к себе внимание Артёма в парке, а затем попала под самокат, пытаясь его спасти. Можно сказать, что первый шаг к нашим хорошим отношениям уже сделан. Но я всё равно чувствую себя так, словно готовлюсь встать на тонкий лёд. Одно неосмотрительное действие, не ко времени сказанное слово, и всё будет испорчено – мальчик замкнётся в себе, а во мне разочаруется, как и в предыдущих своих нянях. А ведь мне ещё его отца завлечь в свои сети надо, и для этого может не хватить первого испытательного месяца...