Верни мне дочь!

Глава 11

Соня

— Мам, пошли туда! — Аля тянет меня за руку, и я позволяю ей меня вести, при этом продолжая переваривать очередное происшествие, к которому по удивительной случайности вновь оказался причастен Роман.

Он за нами следил?

Зачем?

Мы бы в любом случае вернулись вечером домой.

Или реально случайно попались ему на глаза?

Но смысл вмешиваться в наши дела, когда я только что пригрозила ему полицией?

— Мам, что с тобой? — Аля встряхивает плед, расправляет на песке и растягивается поверх него.

— Все нормально, —- вымученно улыбаюсь я, скидываю шлепки, сначала присаживаюсь, а потом и растягиваюсь рядом с ней.

— У тебя такое лицо, как будто что-то болит.

— Ничего не болит, — отрицательно качаю головой. — Просто слишком суматошное начало отпуска, — выдыхаю и склоняю голову ей на плечо. Шершавая поверхность татушки царапает щеку. — Не хочешь ее убрать? — киваю на сверкающую в мягких лучах вечернего солнца бабочку.

— Нет, мам! Зачем? — Аля мгновенно отстраняется, будто я уже занесла над ее рукой спонж с мицелляркой. — Это же наша законная добыча! Нас хотели обмануть, но не вышло! Это, — она бережно гладит пальчиком крыло бабочки, — нам за моральный ущерб. Эх, жалко, что она до конца лета не останется. Ну ничего, сейчас мы все зафиксируем! Девчонки обзавидуются!

Аля тянется за сумкой, достает из нее телефон, даёт его мне, просит сделать пробное видео, отодвигается немного в сторону для лучшего ракурса. Делаем ещё один тест и снимаем на чистовую.

— Девочки, сегодня на море мы с мамой чуть не стали жертвами мошенников! И если бы не помощь одного из отдыхающих, могли бы жёстко пострадать. А все началось с… бабочки, — Алька переходит на зловещий шепот, меняет положение и медленно придвигает свое плечо к камере. — Продолжение смотрите в следующем видео. — Знак мне, чтобы я остановила запись.

— Аль, это что за скандалы, интриги, расследования в прямом эфире?

— Мам, сейчас, чтобы оставаться популярной, нужно постоянно давать контент.

— Это чат твоих подружек.

— Да, и мое лето пока круче их! Я с утра уже рассказала, как меня чуть не похитил Роман. А теперь это! Мам, я держусь в топе!

— Аля, а как ты посмотришь на мое предложение убрать телефон на сегодня совсем и, наконец-то, начать делать то, за чем мы сюда и приехали?

Я ловко выхватываю у дочери девайс, засовываю его под себя и, когда она пытается его вытащить, сгребаю ее в объятья и крепко-крепко обнимаю.

— Ты уже такая взрослая, а мне ещё так хочется быть тебе нужной, — шепчу ей на ухо, продолжая удерживать.

Аля перестает брыкаться.

— Мам, ты мне нужна, — серьезно говорит дочь. — Я люблю тебя, мамочка. А ещё… Кто же будет помогать снимать мне видосики? — хихикает она, поднимает улыбающееся лицо, смотрит на меня и обещает: — У нас будут лучшие каникулы в мире. Пошли плавать?

— Пошли! — целую ее в нос и мы, сбросив лишнюю одежду, наперегонки бежим в море.

Именно так и выглядит счастье.

Вот только из-за сегодняшнего утра по моей коже время от времени бегут мурашки, и я с тревогой смотрю по сторонам, высматривая что-то подозрительное.

Нет. Все в порядке.

И сейчас.

И спустя час.

Но ближе к семи, когда мы уже собираемся уходить с пляжа, уровень моего напряжения заметно возрастает.

А когда на экране телефона высвечивается незнакомый местный номер, и его владельцем оказывается хозяин аптеки, я с трудом справляюсь с дрожью в руках.

Чего я боюсь?

Подтверждения, что нормальных мужчин, скорее всего, не бывает.

Нет, не так. Нормальных мужчин не бывает среди тех, кто встречается мне на пути.

— Мам, а давай сейчас устроим с тобой девичник? — отвлекает меня дочь от тягостных мыслей.

— Это как? У нас же с тобой девичник каждый день.

— Ну нет, каждый день — это жизнь. А сегодня маленький праздничек. Купим вкусняшек, наденем пижамки, включим гирлянду в саду и будем пить какао и смотреть какой-нибудь фильм.

— Заманчиво.

— Соглашайся, мам!

— Согласна, только давай ещё раз зайдём в аптеку.

— Ты хочешь проверить, что сняла утром их камера? — Я озадаченно смотрю на дочь. — Мам, я не глухая, не слепая и не глупая.

— Извини, я не хотела волновать тебя понапрасну.

— Мам, я не маленькая.

— Я знаю, Аль. Но иногда забываю.

— Роман не похож на извращенца, — выдает она.

— Матвей тоже, — вынужденно напоминаю я ей. — Поэтому, да, я хочу точно знать, что это было.

Через двадцать минут я вижу.

Но ни фига не понимаю!

Хозяин аптеки, мужчина хорошо за пятьдесят, сетует на падение нравов и наплевательское воспитание подрастающего поколения. Хвалит меня за решение не оставлять произошедшее безнаказанным, включает монитор и демонстрирует тот самый промежуток времени с “атакой” мальчишек.