Верни мне дочь!

Глава 13

Кому расскажи — не поверят.

В полпервого ночи я на диване в гостиной с чашкой липового чая с медом в руке не могу определиться, какой линии поведения придерживаться.

Потому что Софья, переодевшаяся в мягкий светло-бежевый брючный костюм, сидит напротив, смотрит мне прямо в глаза и сводит с ума своей уютной, домашней красотой.

Хочется отставить чашку, встать, подойти к креслу, закинуть ее на плечо и утащить в спальню до самого утра. А может, и до вечера.

И чтобы никаких детей, похитителей, семейных разборок и прочего треша.

Но жестокая действительность, с которой у меня перманентно напряженные отношения, выдает увесистый подзатыльник и требует сконцентрироваться на главном: проблеме, которая, похоже, не рассосётся. И хуже всего, что это проблема женщины, которую я уже не могу хладнокровного перенаправить кому-то из коллег с более подходящим профилем.

Но одна мысль, что она будет сидеть вот так же перед Смирновым или Буровым, коротит, провоцируя ещё большую волну сопротивления и протеста.

Обойдутся!

— Поэтому коллег по работе можно даже не рассматривать, — Софья завершает свой ответ на мой вопрос по поводу угрозы с той стороны.

— Соня, ты же классный специалист и занимаешь хорошую должность. При этом утверждаешь, что у тебя нет завистников и никогда не было конфликтов в рабочем коллективе?

— Коллектив в нашей компании строится таким образом, что каждый сотрудник отвечает за свою часть проекта и равнозначен и по степени вовлеченности, и по вознаграждению. Мы не конкурируем друг с другом.

— Да ладно! — я отставляю чашку на заботливо предложенную мне подставку. — Конкуренция есть везде. А там, где ее якобы нет, она замаскирована. И ещё неизвестно, где напряжение больше. Там, где люди вступают в открытое противостояние, или где вынужденно улыбаются друг другу, а под маской взращивают такое.

— Роман, ты меня не слушал? У нас изначально нет карьерной лестницы. На мое место в этом проекте некого поставить, кроме меня.

— Хорошо, давай возьмём выше. Если проект не будет завершен по причине твоего саботажа из-за шантажа дочерью?

— Бред. Результат нашей работы имеет место в очень долгосрочной перспективе.

— Хорошо. Коллега, которую ты бесишь своей красотой?

— Наше общение в основном проходит в сети, только по работе и без визуальной поддержки.

— Умом?

— Я не самая умная среди коллег.

— Наличием ребенка?

— Я не афиширую личную жизнь.

— Но это дом бухгалтера твоей фирмы, она знает про тебя все, верно? А что знает бухгалтер — знают все. Хорошо, — я решаю сменить направление, потому что Софья выглядит реально растерянной. — Семья? Родные? Близкие знакомые? Отец Али?

Софья мнется. Видно, что необходимость рассказать об этой части своей жизни вызывает в ней меньше энтузиазма, чем работа.

Она меняет положение в кресле, подбирая ноги под себя, отчего мой мозг в первые секунд десять отрубается полностью от зашкаливающей степени бытового соблазна. Никаких наигранных поз, движений, звуков.

Софья делает всё неосознанно, и ее естественность ещё сильнее насаживает меня на крючок.

Я хочу такую же женщину себе. Чтобы кроме спальни можно было вот так сидеть в ночи и говорить на любую тему, обо всем о чем захотим.

— … его хватило на полтора года. Потом стандартная схема: мы совершили ошибку так рано поженившись. Я не справляюсь. Это не то, чего я хотел. Вам будет лучше без меня.

Додумываю пропущенный кусок про глупую первую любовь наивной Софьи и спрашиваю:

— Вам стало?

— Три года спустя — да.

— Встретила новую любовь?

— Залечила рану от предательства, определилась с профессией и, наконец, почувствовала твердую землю под ногами.

— А что стало с ним? Ты не препятствуешь общению?

— Никакого общения нет.

— Почему?

— Зачем ему эта обуза?

— Его слова?

— Да.

— А что у него с финансами?

— Ничего. Временные подработки, перемежающиеся запоями.

Слабак. Я запросто дорисовываю образ восемнадцатилетнего сопляка, который на волне любви самой шикарной девчонки в школе решил, что потянет не только её, но и ребенка. Дурное дело нехитрое. А вот на ответственности за него он обломался.

Ну хоть хватило совести не заявиться к бывшей за содержанием. Или хватило?..

— Это не он, — Софья словно считывает мои мысли и даёт уверенное опровержение.

— Почему?

— У него нет денег, чтобы оплатить такой заказ. Если бы Димка даже и додумался до чего-то подобного — его уровень — простая шпана.

— Согласен. Это чисто на чувствах. Но есть же и другие варианты. Вдруг он, например, проиграл дочь? А это взыскание долга.