Верни мне дочь!

Глава 14

Соня

Первые несколько секунд мне кажется, что Роман вот-вот взорвется и осыплет теми самыми обвинениями, которыми я гнобила сама себя последние полгода. И ведь только-только эта мерзкая история стала забываться.

Улавливаю движение его пальцев по экрану моего телефона, а следом слышу звук из ещё одного видео с камеры слежения, установленной на кухне.

Я не хотела его показывать. Потому что кроме Матвея и Али там есть и я, вообще не подозревающая, что происходит в моем собственном доме за секунду до того, как я вхожу в комнату. И самое ужасное, что на тот момент дочь уже пожаловалась мне на моего жениха! На то, что он распускает руки и гнобит её, но не смогла пробиться через розовую пелену восхищения моим “совершенным” мужчиной и негативный опыт из прошлого — мою на нее обиду.

— Видео полугодовой давности, — сообщает технично порывшийся в моем телефоне Роман. — В каких вы сейчас отношениях, и что ты предприняла по факту этого?

Он что думает, что я оставила всё как есть?!

— Спокойно, — Роман тотчас реагирует на мой бешеный взгляд. — Я понимаю, что тебе мерзко и стыдно вспоминать это дерьмо. Ты же поэтому не показала мне видео сразу. Верно?

— Мы не вместе с того самого дня, как я увидела запись.

— Хорошо и… плохо одновременно.

— Почему? — дрожь непроизвольно охватывает все тело.

— Потому что подозрение первым делом падает на него.

— И?

— И ты логично предположишь, что он не идиот и не стал бы так откровенно подставляться.

Именно так я и подумала.

— А что в этом плохого? — уточняю я, ощущая, как холод теперь сковывает всё тело.

— Изощренная месть. Ты знаешь, что это он, но доказательств у тебя нет. Ты ничего не можешь сделать и молча ждёшь своей участи.

— Но он ведь может быть действительно непричастен?

— Может, — Роман возвращает мне телефон. — Десять процентов против девяносто. И то только потому, что я не знаю реального расклада ваших с дочерью жизней.

— Ты оставляешь ему десять процентов?

— Да. А ты по-прежнему считаешь, что хватание ребенка за волосы или горло и откровенное унижение — случайность?

— Не передергивай! — меня накрывает такой волной ярости, что на секунду темнеет в глазах. — Я о том, зачем ему это, если его уже разоблачили, у него ничего не вышло и есть угроза попасться снова.

— Незавершённость. Ты мыслишь, как нормальный человек: плюнул и забыл. У него может быть гиперфиксация.

— Хочешь сказать, он настоящий маньяк?

От этой мысли перехватывает дыхание, лёгкие вмиг каменеют, кровь окончательно превращается в лёд.

— Эй, пока это предположение, — Роман шагает ко мне, поднимает руки и хватает меня за… уши. — Сонь, ты же должна уметь справляться со стрессом на своей-то работе! — Он мягко надавливает на точки чуть выше мочки по внешнему краю уха.

Второй.

Третий раз.

Шок сменяется раздражением.

Четвертый.

Пятый.

Спазм в груди проходит, и я с облегчением выдыхаю.

— Я отлично справляюсь с рабочим стрессом. Но когда дело касается близких…

Роман смещает пальцы ниже на мочки, а потом соскальзывает указательными пальцами в ямки под ушами, на секунду задерживается там, делая пару нажатий, и выводит их к лицу.

— Механизм один и тот же. Учись. По-другому никак.

Он смотрит мне в глаза, но потом резко отводит взгляд, отступает и возвращается на диван.

— Спасибо.

— Не мне. Китайцам, — улыбается он, будто несколько минут назад мы не говорили про возможного маньяка. — Чей дом на видео? — не даёт мне передышки Роман.

— Мой. Квартира.

— Но он чувствовал там себя как дома.

— Мы жили вместе почти три месяца, после того как встречались полгода.

— Он не знал про камеры?

— Их и не было.

— Поставила после жалоб дочери?

— Мой отец убедил после того, как Аля сбежала к нему.

— Молодец отец! Чувствовала себя предательницей?

— Матвей не давал повода. Он был идеальным.

— Тебя это не насторожило?

— Я сказала себе: я всю свою жизнь была хорошей. Я достойна получить лучшего мужчину в мире. И я его получила.

Щеки начинают пылать от отвратительных воспоминаний.