Вернись

Глава 1. Золото глаз во тьме

Вода в реке замёрзла настолько, что палка оставляла на льду лишь белые царапины. Харука била по ледяной корке несколько часов, но проклятая поверхность не поддавалась. Пальцы её онемели, и она практически перестала их чувствовать. Каждый вдох отдавался в груди болью. Холод сжимал горло, спускался в лёгкие ледяными иглами, заставляя кашлять.

— Проклятье, — обессиленно прошептала она, плача от отчаяния. Слёзы закипали на глазах, но тут же замерзали, превращаясь в колючие кристаллики на ресницах. Она смахнула их тыльной стороной ладони. Топить воду для питья из снега с примесью земли больше не хотелось. Тем более утром она пообещала матери добыть чистой воды.

Вот только обещание сдержать не получилось.

В горле застрял горький ком. Мать каждый день уходила на рассвете лечить сельчан, чтобы заработать на рис, а Харука не могла сделать даже этого. Просто принести воды. Самой простой, самой обычной, но такой нужной воды.

Девушка с трудом выпрямилась, морщась от боли в затёкших ногах и спине. От холода дрожал каждый сустав, зубы начали выстукивать дробь. Ведро осталось пустым. Она тяжело вздохнула и побрела обратно в деревню, оглядываясь по сторонам в поисках чистой снежной лужайки в стороне от грязного тракта.

Взгляд её скользил по сугробам, но везде был один и тот же серый, затоптанный снег. Тракт, по которому ездили телеги, смешался с землёй и навозом, превратившись в грязное месиво. А уйти глубже в лес, означало потратить ещё больше времени. Которого у Харуки уже не было.

Зимой темнело слишком рано. И соваться в сумеречный лес означало верную погибель.

Дорога шла мимо заброшенного храма Кирогава, который когда-то давно был величественным. Говорили, раньше здесь молились самураи перед битвой при Секигахаре*, а главная жрица умела видеть духов и разговаривать с богами.

Харука слышала эти истории сотню раз. В детстве они казались ей захватывающими. Она представляла себя той самой жрицей, которая видит невидимое и говорит с небесами. Но теперь, когда она выросла, храм наводил только страх. Слишком много в нём было пустоты.

И безмолвного холода.

От былого величия у храма остались лишь две покосившиеся колонны, обломок крыши, поросший мхом, извечно скрипучие деревянные ворота и каменный алтарь.

Харука, как и другие сельчане, побаивалась этого места. Говорили, что по ночам здесь бродят призраки павших самураев, чьи души так и не нашли покоя после той страшной битвы. А ещё рассказывали, что в развалинах живут демоны, которые заманивают путников и высасывают из них жизнь.

Девушка уже спешно прошла мимо, ссутулясь и пряча нос в воротник потрёпанного хаори*.

Но что-то заставило её остановиться и обернуться.

Ощущение.

Тревожное. Практически осязаемое. Ей показалось, будто кто-то смотрит на неё из темноты разрушенных стен.

Харука остановилась. Мурашки страха побежали по коже.

«Нет, — сказала она себе, пытаясь разогнать липкий ужас. — Я просто устала. Мне холодно. Мерещится всякое». Она сжала ведро так сильно, что пальцы побелели, и попыталась сделать шаг вперёд. Но ноги не слушались. Они словно приросли к снегу.

Девушка медленно подняла взгляд на храм, и сердце её пропустило удар.

У ворот в углублении, где стояла статуя дракона-хранителя, блеснуло золото глаз. Девушка прищурилась, всматриваясь в каменный силуэт постамента. В полумраке зимних сумерек трудно было разглядеть детали. Она сделала шаг ближе. Ещё один.

Сердце заколотилось в горле. Каждый удар отдавался в висках, вторя осторожным шагам. Харука чувствовала, как холодный воздух обжигает лёгкие, но уже не могла остановиться.

У ног дракона лежал чёрный комок, припорошенный снегом.

Большой комок.

Слишком большой для кота или дворовой собаки.

Она затаила дыхание. «Тише, тише, — успокаивала она себя мысленно. — Может, это просто бревно. Или мешок... а светящиеся глаза просто показались мне».

Харука сделала ещё несколько робких шагов и тихо выдохнула, широко распахнув глаза:

— О боги...

Она встретилась с золотыми глазами, которые устало смотрели на незнакомку.

Кот.

... наверное, кот.

Он лежал, свернувшись в клубок, положив голову на лапы. Но... он был слишком большим для обычного кота. Никогда за всю свою жизнь девушка не видела таких крупных хищников.

Её дыхание перехватило. Внутри всё сжалось в тугой узел страха, изумления и мистического восхищения. Она смотрела на это создание и не верила своим глазам.

Зверь был прекрасен.

Чёрная шерсть, отливающая синевой, мощные лапы, даже в неподвижности таящие смертоносную силу. И золотые глаза с вертикальными зрачками, как у змеи или птицы, что смотрели сквозь неё.

Этот зверь напоминал небольшую рысь крепким жилистым телом, мощными лапами и большой головой с ушами, кончики которых венчали кисточки. Она видела картинки с такими хищниками в лавке старика Сакураги. Но на бумаге экзотические коты казались небольшими.