Вернись ко мне, Принцесса

Глава 13 ВАРЯ

Варя

​

Вика перезванивает довольно быстро.

— Слушай, наши друзья — целое сокровище! Такое классное предложение сделали! Есть один клуб с площадкой на улице. Внутрь не пойдём, нечего сидеть в духоте, а на воздухе и потанцуем, и коктейль перехватим. Принимаешь такое предложение?

— А как же мечты о грохоте музыки? Мне представляется, что там будет скромнее.

— Это же я образно говорила. Оставим эти мечты с надеждой на будущее, когда настроение будет ещё паршивей, а сейчас я вполне довольна открывающейся перспективой. Надеюсь, пока я так высокопарно распространяюсь, ты уже спешишь мне навстречу. Ребята сейчас подъедут.

Поражаюсь энтузиазму подруги. Но всегда остаётся ощущение: чтобы казаться такой весёлой, Вика пересиливает себя, делает назло тому, что сидит внутри. Значит, я для неё не такая уж настоящая подруга, чтобы раскрываться передо мной. Правильно, мы знакомы пару недель, можно ли за это время узнать человека так, чтобы не сомневаться в нём?

На предклубном пятачке действительно здорово. Мальчишки весёлые, раскованные. Ваня вообще классно танцует, вокруг него даже образуется круг подбадривающих, его движениями можно залюбоваться. Оказывается, когда-то занимался танцами, потом бросил это «детское занятие», а сейчас, благодаря ему, притягивает к себе восхищённые взгляды девчонок. Одна даже выходит к нему на подтанцовку, тоже девочка неплохая в движениях. Теперь уже свистят парни, а мы с Викой придвигаемся ближе, давая понять, что, прости, подруга, мальчик наш. Насладиться своим превосходством в полной мере не получается, девочка оказывается не одинока, а под охраной предупреждающих глаз наблюдающего за ней парня. Настороженность исчезает, когда мы заявляем свои права, а через время уже танцуем многочисленной дружной компанией.

— Здесь здорово! — кричу Вике.

— Ага, злодеи обычно собираются внутри, те, кто пришёл искать иного развлечения. А если просто повеселиться, это сюда. Без нажраться и снять кого-нибудь для утех.

Смотрю на Диму и Ваню. Хорошие мальчишки, особо не выделяются, потому что без понтов. А выпрями они чуть спину, окинь окружающих надменным взглядом, скриви губы в улыбке — и им прямой ход в суперкоманду. Вот, не хватало мне и здесь вспоминать их.

— Мы отойдём купить чего-нибудь прохладительного, — предупреждают ребята.

— А мы побудем вон там с краю, где больше воздуха, — отвечает Вика.

Отходим в сторонку от танцующих. Недалеко вход в клуб.

— Смотри, — толкает меня Вика. — Это же наши красавцы. Вернее, пока один, но, думаю, тут вся компания.

Вижу Германа, он только что вышел из клуба, следом выбегает незнакомая девушка.

— Эй, ты куда? — верещит она, — Совсем с катушек съехал?

— Что тебе надо? — со злостью бросает Герман. — Отсосала и хватит с тебя, отвали.

— Ну, ты и козёл! Лишь бы тебе было хорошо, да?

— Ага, на другое я не подписываюсь.

— Придурок, — бросает она и уходит назад.

— Пошла нахер, шалава, — сплёвывает вслед.

Мне противно, вот то, о чём сегодня раздумывала, почему решила отгородиться от этой похабщины в лицах.

Герман не уходит, видимо, ожидает своих друзей. Становится чуть в стороне, оказываясь на освещённом месте.

Я впервые хорошо вижу его лицо!

Я впервые не хочу верить глазам!

Этого не может быть!

Только ты мне не верь, в жизни всё по-другому: и слова, и поступки и ощущения. Запомни это и не жди принца, их не бывает.

Продолжаю хвататься за то, что ошибаюсь, при искусственном освещении могут быть искажения.

Но Герман вдруг еле заметно улыбается своим мыслям, я уже не могу отрицать, что этот высокомерный наглец и мой принц из сна - одно и то же лицо.

Вот почему мне постоянно казались знакомыми его жесты, движение, угадывание проскальзывало и во внешности, только не могла понять, кого он мне напоминает.

Я никогда не получала такого удара! Мой внутренний мир, который берегла и лелеяла, только что рухнул под тяжестью понимания, что действительно в жизни всё по-другому. Лёгкий и приятный сон только что обернулся кошмаром, от которого хочется проснуться. Не получается, я не могу от него отстраниться, смотрю в лицо коварного чудовища, поманившего меня сказкой и окунувшего в реальность, и понимаю, что теперь мне этот Герман противен вдвойне, как противен бывает предатель.