Вернись ко мне, Принцесса

Глава 15 ВАРЯ

Варя

​

Расстаёмся со своими друзьями возле подъезда Вики, сюда нас подвезли. Некоторое время стою с нею, она отстранённо поддерживает разговор, совсем без настроения.

Герман уехал после того, как немного поговорил с Никитой, который сразу вернулся в клуб, больше оттуда никто из них не выходил. Вика, как я поняла, ждала до последнего, но внутри у парней были свои интересы, держали их там и не отпускали. Поэтому Вика и сникла, а мне захотелось поделиться с ней своими сегодняшними размышлениями о том, как нужно выбирать парня. Но воспоминания о моём личном провале не давали на это право. Выбрала сердцем, душа потянулась, не заметив обмана, подлога, ничто не намекнуло, что принц не настоящий, ведь на поляне в его поведении не было фальши.

— Я пойду, — наконец, решает избавиться от меня Вика, чтобы остаться наедине со своим невесёлыми мыслями.

— Слушай, — говорю, наверное, слишком резко, но эта мысль приходит внезапно. — У Германа есть брат?

Вика смотрит непонимающе, я бы и сама офигела от такой перемены разговора.

— Что? — переспрашивает. — Подожди, не соображу и к чему вопрос и что я знаю о Германе.

— Он похож на одного парня, но просто похож, вот и подумала, что у него может быть кто-то из родственников.

— Про двоюродных я не знаю, а в семье он точно один. Да и нафиг о нём говорить, что тебе в голову взбрело?

— Давно хотела спросить, а только вспомнила, — бормочу в оправдание. — Ладно, пока.

До своего подъезда дойти не успеваю, слышу:

— Варя.

Оборачиваюсь — Роман. От удивления замираю.

— Ты что здесь делаешь? — спрашиваю, ничего не могу сообразить.

-Тебя жду. Не хочешь по телефону говорить, решил так увидеться. Я здесь давно, надеялся, что выйдешь, может, с собачкой погулять или в магазин. А вы с Викой где были?

Обыкновенный мальчик, спокойный, уставший.

— И давно ты здесь?

— Приехал почти сразу после звонка тебе. Сидел в беседке, — кивает назад. — Оттуда виден вход в подъезд.

Ого, сколько он ждал, а мы веселились далеко отсюда. У меня даже просыпаются к нему тёплые чувства. С ейчас он настоящий? Большая противоположность тому, который показал себя во всей красе возле клуба, от него внутри до сих пор горечь.

— Тебе нужно домой? — спрашивает Рома.

Надо же, какой понимающий!

Мне неловко уходить, просто в голове не укладывается, что он вот так просто сидел здесь, зная, что его друзья развлекаются в клубе.

— Позвоню родителям, если разрешат ещё задержаться, то немного погуляю. Алло, мамуль, я вернулась, сейчас возле подъезда, но хочу ещё чуть пройтись… Нет, не с Викой, со знакомым… Это Рома, брат Вики, он нас подвозит на учёбу… Да, немного, и на связи.

Смотрю на повеселевшее лицо горе-кавалера.

Прогуливаемся по дорожкам сквера.

— Варя, мы через неделю собираемся выехать на природу, нужно успеть, пока хорошая погода. Там всегда бывает здорово, компания собирается нормальная. Я понял, что тебе не нравится, как мы ведём себя в универе, этого ничего не будет, мы не выделываемся друг перед другом. Так что, приглашаю, хотя, думаю, ты бы и так поехала из-за Вики.

— Спасибо, только пока не обещаю, не знаю, какие планы на выходные у родителей. А выделываться в универе — это нормально?

— А почему нет? Весело жить не запретишь. Мы никому ничем не обязаны, свободные парни, действуем открыто и открыто показываем, что из себя представляем. Кому не нравится, пусть не лезут, а если сами цепляются - их проблемы. Такая у нас политика по разным причинам, у каждого своя. А сами по себе мы неплохие, своих не обижаем, да и нормальных девчонок не трогаем. Так что, прости нам эту слабость.

— Белые и пушистые, значит? И как это разглядеть за главным фасадом? В глаза-то первым делом бросается он. Меня это отталкивает. Есть вещи, которые не перебьются словами: я хороший.

— А ты доверься сердцу, оно не обманет.

Просто не верится, чьи уста произносят эти слова! Даже останавливаюсь, чтобы внимательно всмотреться в лицо Романа. Вроде говорит серьёзно, никакой иронии на лице или в глазах.

— Проверено — обманывает, — произношу с горечью.

Не знаю, почему начинаю откровенничать с тем, которого ещё полдня назад отправила на задворки своей жизни.

— Тебя обидели?

— Да, очень.

— Бедненькая.

Роман тихонько притягивает к себе, слегка обнимает, не прижимает, не наглеет.

— Хочешь, я настучу ему по голове?

— Его здесь нет. Он остался далеко-далеко в не самом приятном сне. И больше для меня не существует! — отстраняюсь от Романа, но он перехватывает мою руку.

Теперь гуляем молча, я верю в то, что сказала и чувствую облегчение.

— Мне пора, — говорю, когда направляемся в сторону моего дома.

— Тогда до завтра. Утром, как обычно.

Поднимаюсь к себе, размышляю: что это было? Какому Роману верить? Решаю: никакому. Относится хорошо — прекрасно! Будет выделываться — досвидос! Я ничем с ним не связана и, как он говорил, ничем не обязана, свободна, а то, что немного несчастна из-за потерянной мечты — пройдёт.

С Германом всё равно придётся сталкиваться, буду делать вид, что знать его не знаю. Интересно, у него что-то осталось в памяти после августовской встречи? Перед его глазами столько девчонок мелькает, что запросто может запутаться и не понять, кто я такая. А если узнает, ему будет стыдно, что летом я видела его слабость быть нормальным. Бегал, смеялся, говорил, что пишет стихи. О чём с такой-то рожей? Страшилки с матами? В этом я уверена, если, вообще, он способен срифмовать хоть что-то.

Довольная тем, что выплеснула на невыносимого Гронского теперь уже личные страшилки, словно он может почувствовать моё отношение к нему, день заканчиваю спокойным сном. Переболела, приняла действительность такой, какая она есть, завтра для меня вновь засияет солнце.

​

Утром долго не открываю глаза, пытаясь удержать в себе ощущение от сна, в котором некий эльф плёл венок из одуванчиков и любовался, когда опустил его мне на голову. Но при попытке улыбнуться на это романтическое безобразие сразу одёргиваю себя: не бывает в августе одуванчиков! Не бывает эльфов с влюблённым взглядом! Это просто отголоски сказки, не выветрившиеся за короткое время.