Вернись ко мне, Принцесса

Глава 17 ГЕРМАН

Герман

— Я займу это место, — Роман в кафе пересаживается за соседний столик. — Народ валит, девчонки придут, а сесть некуда.

В нашу команду затесались рыцари, которые даже не пытаются скрывать это? А-у, я в свой реальности? Или сплю и повизгиваю от кошмарных снов?

— Им уже заняли, вон, смотри, — мотает головой Макар. — Кавалеры подсуетились, мчались со всех ног, чуть нас не сбили. Наш столик вряд ли кто займёт, а им нужно выбивать место под солнцем. Так что, дружище, мотай на ус: опоздал в малом, не опоздай в большом.

— Отвянь, — рычит Роман, испепеляя взглядом парней из группы тех, кому он хотел угодить.

Смотрю, и девчонки подваливают. Настроение у них хорошее, мадам Варвара что-то шепчет Вике, и та смеётся. И Варвара улыбается. Красиво! По-настоящему! Вернее, воспроизводит улыбку прошедшего лета, которая совсем не подходит к её теперешнему лицу.

Теперь только Никита спокойно поглощает заказанные блюда, а мы втроём сверлим глазами весёлую четвёрку. Понятно, почему Роман, догадываюсь о чувствах Макара, а я что за группа поддержки? Тем более, ребята сидят лицами к тому столику, а я зачем-то специально разворачиваю стул, типа боком мне сидеть удобней.

Никита с обедом справляется быстрее, поднимается и нагло и спокойно подходит к тому столику. С парнями здоровается за руку, а потом что-то втирает Варваре. Интересные дела. Что за фигня? Стоп, пусть это интересует Романа или вон того, рядом с ней за столиком, который очень уж внимательно прислушивается, о чём беседуют эти двое. Я бы на месте Романа уже морду ему набил.

Поднимаюсь, отношу недоеденный обед, по пути к выходу прохожу мимо означенного столика и, как дебил, зачем-то провожу рукой по спинке стула, на котором сидит она. Нахер всё!

Закуриваю и быстрым шагом ухожу от кафе, никого не дожидаясь. Недокуренную сигарету бросаю в урну у самой двери, и, как самый примерный студент, направляюсь к аудитории, в которой будет следующая пара.

Усаживаюсь на подоконник, достаю конспект: нужно вспомнить хоть что-то про предмет, который предстоит. Отвлекаюсь от ненужных мыслей, не обращаю внимания на снующих по коридору таких же студентов. Я почти умиротворён, успокоен, я готов прийти в норму, я готов вызваться отвечать заданное…

Ясно, долбанулся, но не на столько же? Хотя ход мыслей мне нравится, особенно их начало.

— Герка, просыпайся, — дёргает меня Никита. — Наш препод заболел, будет совместка со вторым курсом, погнали на третий этаж, только бегом. Мы тебя потеряли, я уже собирался звонить, хорошо, что догадался заглянуть сюда, а то Швабр опоздавших не любит.

— А я заснул, что ли?

— Немудрено после бессонной ночи. Я раньше угомонился, клуб покинул до полуночи.

— Да и я ночевал дома, не помню, правда, во сколько пришёл.

У аудитории давка, в дверь вливаются две группы. Мы тоже напираем, я ощущаю перед собой запах летнего поля, придвигаюсь ближе, не удерживаюсь и в толпе быстро провожу ладонями по оголённым до локтей рукам. Дёргаемся вместе, мороз пробегает не только по плечам, но и по спине.

Варя резко поворачивает голову, полосуем друг друга взглядами, но сзади напирают, приходится расходиться по своим местам. Ладони у меня горят, глаза следят за передвижением источника полученного разряда. Сердце колотится, как бешеное, стрёмно, если услышит усевшийся рядом Роман, испытываю неловкость перед другом.

Сука, что я делаю? Мозги набекрень. Всё, зарок: никаких касаний, никакого интереса к чужой девушке. Она мне совершенно не нужна, это не та, которая засела в мозги, я больше не буду на неё смотреть!

— Начнём, — провозглашает Швабр. — Сейчас разберём одну очень затейливую задачу. Работать будем коллективно, но запевала нам всё равно понадобится. Один человек выйдет к доске, начнёт излагать своё видение решения, поиск пути, который приведёт к искомому результату. А мы будем подтверждать или опровергать. Есть желающие?

Тишина в аудитории такая, какой не было до сотворения мира.

— Мне всё понятно, — размеренно произносит ректор, — тогда выбор за мной. Ко мне спустится…

Пауза в момент расстрела, когда перед глазами проходит вся жизнь.

Сжатая точка, не собирающаяся взрываться, чтобы подарить миру время.

Молитвы нескольких десятков человек, уносящиеся в небо.

— Варвара Васильева. А мы все наблюдаем за её действиями.

Я ведь только что обещал не смотреть на неё!