Вернись ко мне, Принцесса

Глава 32 ВАРЯ

Варя

​

Картину застаём удивительную! Всё наоборот: нанятый мастер командует и наблюдает. Наши бравые парни мешают раствор, пытаются правильно нанести его на стены, сопровождая матами нежелание раствора держаться. Всё норовит опасть на пол. Да и сами мастера основательно заляпаны.

Наше появление вызывает у них столбняк. Наверное, от радости, что можно прервать грязное занятие.

— О, группа поддержки, — улыбается Макар. — Это самый приятный момент за весь день!

— Декабристки, да прямо с пожитками, — поддерживает его Роман, указывая на сумки.

— Нет, они просто пришли нас пожалеть, — Никита красноречиво обводит себя руками, демонстрируя картину маслом.

— Нам как раз это и нужно, — вставляет своё слово Герман.

— Не угадали! — радуется Вика дружескому приёму. — мы пришли… Зачем, Варя?

— Гордиться нашими мастерами! — отвечаю торжественно.

— Гордость пахнет чем-то вкусным, — принюхивается Никита. — У меня такие приятные подозрения, что уже слюнки текут. Не мучайте, боярыньки! Скажите «да» моим надеждам.

Окружают нас, по-детски заглядывая, как Вика рассекречивает груз.

— Как вас зовут? — обращаюсь к мастеру. — Присоединяйтесь к нам.

— Нет, — категоричным тоном возражает Ромка. — Пусть лучше умрёт от голода и зависти, совсем нас замучил. Скоро закатаем в этот раствор, — кивает на ведёрко.

— Что ж мы сами не догадались заказать обед? — спохватывается Макар. — Уже бы сидели и отдыхали официально.

— Хорошо, что не сделали этого, — с полным ртом говорит Никита, — а то не пришлось бы попробовать такой вкуснятины. Если ещё скажут, что сами готовили, ум за разум зайдёт от восхищения.

Замечательная атмосфера: смеются, перешучиваются, тянут в свой кружок мастера.

— Вы-то сами пробовали? — спохватывается Роман. — Если да, скажу: плохо, нас объели, несознательные. Если нет, просим к нашему столу.

Протягивает пирожок мне.

— Ромка, ты свои руки видишь? — смеясь, отворачиваюсь. — Не хочу, чтобы на зубах скрипело.

— А нам, значит, пойдёт? — подаёт голос Герман.

— Ага, — улыбаюсь, — чтобы внешнее соответствовало внутреннему.

— Пацаны, а давайте их окунём в раствор, да прямо с головой, — предлагает Роман. — Чтобы не отличались от нас. А то пришли такие чистенькие да красивые и издеваются.

— И чаю мало принесли, — трясёт Макар пустым термосом. — Придётся наказать.

Окунает палец в раствор и проводит по носу Вики.

— И вторую держи, пока не сбежала, — Никита хватает меня за руки, Роман наносит на лицо боевой индийский раскрас.

Бегаем, визжим, мастер спокойно наблюдает, уплетая пирожок.

— Так, стоп! — кричит Вика. — Не пора ли работать, человека задерживаете, — кивает на мастера.

— Ничего, — усмехается он, — у меня оплата почасовая, резвитесь, сколько угодно.

— А, может, хватит на сегодня? — неуверенно предлагает Роман. — Пусть это будет репетицией, а завтра как навалимся да ударно потрудимся. Всё равно часть сделали, видно, что движуха есть.

— Хотя бы готовый раствор выработайте, а то засохнет. И на полу сделайте уборку, чтобы потом долбить не пришлось, — поучает начальство.

— Слушаемся умного человека! — рапортует Макар. — Девчонки, подождёте?

Остальные с надеждой смотрят на нас.

— Доделаем и махнём куда-нибудь посидеть, — подхватывает Никита.

— В таком виде? — кивает Вика на их одежду.

— Обижаешь! Реальные пацаны всегда готовы к любым жизненным поворотам! Это вам нужно умыться, ходите кикиморами, позорите нас, — подшучивает Роман.

— Сам сделал, вот и любуйся.

Хочу толкнуть его, но Роман перехватывает руки и приближает меня к себе.

— Любуюсь, — шепчет на ухо.

— Давайте навалимся, — подаёт голос Герман. — Дольше базарим, только время теряем.

— Как скажешь, шеф.

Уходим с Викой в туалетные комнаты, строим в зеркало рожи, пока лица замазаны, потом умываемся.

— Классно получилось! — радуется Вика. — Бабуля вовремя подсуетилась. Ещё и гульнём.

— Для клуба мы одеты не по форме.

— Плевать, мальчики нас оценили, какое им дело, в чём мы. Со времён пикника не было так здорово! Что им нужно, этим балбесам? Вот и жили бы так, как нормальные.

— Красавчики, вот и избалованы вниманием, поэтому выделываются.

Беззлобно обсуждаем парней, ожидая их во дворе.

— Лишь бы никто к нам больше не присоединился, — говорит Вика. — В клубах полно желающих пообщаться с нашими красавцами. Буду ревновать всех и ко всем. Сегодня они наши!

Ждать приходится недолго.

— Могут же, когда хотят, — резюмирует Вика, глядя на приближающихся к нам ребят с мокрыми волосами, в привычной одежде и с довольными лицами.

— Может, с нами, — предлагают мастеру. — Вместе работаем, вместе отдохнём.

— Взятки не беру, — хмыкает он. — Отдыхай, молодёжь, завтра отыграюсь.

Останавливаются возле нас.

— Кого, девчата, ждёте, куда собрались?

— Угадайте с трёх раз, — предлагаю я.

— Это вы попробуйте угадать, куда хотим вас пригласить в благодарность за декабристность?

— Не думаю, что выбор большой, — отвечает Вика, — трудности могут быть только с названием.

— Я же говорил, что они в нас не верят, — поворачивается к своим Роман. — Как вам, дамы, идея покататься на лодках по озеру? Ага, удивлены! Небось, кости нам перемывали по-поводу баров и клубов?

— Вообще-то, пасмурно, — показываю на небо. — Дождик обещали.

— Тогда вообще будет прикольно: вода внизу и сверху, а мы посередине. Чем не приключение? — подмигивает Никита. — Или вы против? Сегодня ваши желания в приоритете.

Мы с Викой перемигиваемся и одновременно произносим:

- Согласны!

— Тогда по машинам! Поедем на двух, легче будет припарковаться, остальные подождут хозяев здесь.

— Подгоню свою, — бренчит ключами Герман.

— И моя совсем рядом, — это Макар.

Мы с Викой располагаемся на заднем сиденье Макаровой тачки, Роман садится вперёд, Никита присоединяется к Герману.