Вернись назад

Глава 7. Света. Новая жизнь?

Я проснулась в своей комнате. Которая была у меня в квартире родителей больше четверти века назад!

Мать твою! Как?

Что за игры подсознания, что за хрень? Розыгрыш? Какой идиот его придумал? Если Миша, то пусть считает, что он уже подписала наш развод. И где этот идиот?

Села и завернулась в одеяло. В комнате было прохладно, я в юности считала, что спать с открытой форточкой очень полезно. При этом еще все время одеяло с себя скидывала. Да и сейчас, впрочем, тоже сбрасываю, а муж меня обратно ночью укрывает.

Прохладный воздух слегка охладил негодование. Огляделась еще раз. Определенно, так и есть, это квартира родителей, которая выглядит так, как было двадцать с лишним лет назад. Боже, что происходит? Может я все еще сплю и во сне проживаю жизнь заново, как мой внутренний глас и пообещал?

Ну ладно тогда. Сон закончится, и я проснусь, главное постараться не забыть его. Хотя он такой яркий, что вряд ли забуду. А то обидно будет. А так, даже забавно, что из этого выйдет.

Вытянула вперед руки, рассматривая их. Ну прямо очень реалистично все. Только сейчас я явно младше, чем была еще вечером. Оглядела себя, насколько могла. Да, существенно младше.

Бр-р-р, нет, холод я уже не люблю. Встала, по прежнему кутаясь в одеяло, сунула ноги в тапки. Ага, эти мне папа из командировки привез, значит, я уже не школьница. Трюмо в коридоре, но выходить из комнаты боязно.

Пусть и во сне, но вернуться назад на четверть века… Хотя я же сама этого хотела, раз даже мой внутренний голос в таком облике предстал. И как я сразу не догадалась? Нет, ну надо же, придумала ерунду себе куда-то в девяностые во сне попасть! Ладно, вечно же прятаться не буду, надо выходить в мир.

– Ну, здравствуй, юность, вот и встретились, – сказала, распахивая шкаф.

Неужели я такое носила? Лосины, божечки, те самые зеленые! Ой, не могу, примерить что ли? Так, к ним полагается мини-мини юбка из разряда “20 см от пояса и разрез до конца” и олимпийка фирмы Адидас. А еще хвост из кучи разноцветных резинок и убойный макияж.

Но сначала посмотреть, кто дома.

Родителей не было. В стареньком трюмо осмотрела свой прикид. Нет, боевой раскрас наносить не буду. Я вроде ребенок сейчас. Посмотрела на себя и смешно стало. Так нелепо видеть себя молодую в дурацких зелёных лосинах. Почему вообще они у меня оказались? Я вроде скромнее одевалась? Только один раз их и надела, помнится, вечеринка какая-то была, даже не вспомню, кто меня туда позвал. Такой цвет ядрёный, что самой противно. Честное слово, как попугаи разноцветные и такие же бестолковые.

Ладно, воспоминания это хорошо, но что дальше?

Наверное, надо идти на учебу? Или во сне это не обязательно? А мама с папой будут? Здесь они, наверное, мои ровесники. А мне сколько? 18 или 19? Впрочем, во сне ведь все может быть иначе.

Я ходила по квартире, перебирала знакомые и забытые безделушки и ждала. Или придут родители, или что-то случится и, что было самым логичным, тогда я проснусь. Но сон тянулся и тянулся, включила телевизор и залипла на рекламе. К счастью, уже не рекламировали экскаваторщика Леню Голубкова и то, как он стал партнером МММ, не было рекламы и Хопёр-инвеста, который отличный от других. Зато с удовольствием посмотрела на тетю“Асю”, оценила гонки зубных щеток с подвижными головками (и где же сейчас это ценное ноу-хау?), послушала, как домохозяйки страдают по поводу пятен, с которыми никто-никто не может справиться, только исключительно их самый ценный порошок. И разумеется, реклама утверждала, что всем нужно чудо-средство для мытья посуды, которого надо в два раза меньше; шампунь, который спасет бедных россиян, всех сплошь покрытых перхотью, и жвачки, ведь кариес – бич двадцатого века и он ждет нас на каждом шагу.

Было так мило, что чуть не прослезилась от умиления. Но надо понять, какое сегодня число. Программка как обычно лежала у телевизора. 1998. Да я совсем ребенок, 19 лет. Так же как Славке. Ох и бурной возраст. Вроде считаешься взрослой, а мозгов нет совершенно. Но почему я попала сюда? Чем таким для меня был важен этот год?

Стоило подумать, как нашелся и ответ.

Пришли родители.

– Светуль, – сказала мама, немного удивленная моей бурной реакцией на их приход. – Убери торт в холодильник. А ты чего дома? Нет занятий?

Ну как сказать, есть или нет. Я не знаю. Должны, наверное, быть. Но на улицу идти я побоялась.

– Но это даже хорошо. Сейчас поможешь мне все приготовить. Ставь варится картошку. Сегодня у нас гости.

Так, а вот это что-то интересное.

– Да, а кто? – Как можно нейтральней поинтересовалась я.

– Ты их не знаешь. Это наши с папой старые знакомые, ещё по институту. У них есть сын, очень перспективный мальчик. Мы хотим, чтобы ты с ним познакомилась.

Опачки, какой нежданчик.

– Зачем? – спросила напряженно, запихивая в рот шкурку от колбасы. Я помню да, когда-то они вкусные были. На них ГОСТы позже отменили, но и талонов, слава Богу, в 98 уже не было.

– Света! Не хулигаь и не кусочничай. Опять не разогрела себе ничего?

– Я забыла.

И правда забыла, полная новых впечатлений, а вот сейчас поняла, что хочу есть.

– Суп в холодильнике, разогрей, поедим. Они вечером только придут.

Достала, кастрюлю, поставила на плиту. Микроволновки у нас ещё нет...

Заглянул папа:

– О, будем обедать?

– Будем, будем,– махнула рукой мама. – Но это на вечер. Рассказываю Светику, что сегодня будут Шевинские.

– А, ну ладно,– папа быстро отступил обратно в комнату.

– Мама,– протянула я. – Кто они и зачем мне их сын?

– Они хотят уехать в Израиль. Время сейчас сама видишь какое, неспокойное. Мы решили, что вам с Игорем надо пожениться. Он взрослый мальчик, перспективный, нынче заканчивает университет. Будет серьезным экономистом. Как и ты. Кому вы сейчас нужны здесь? Возьмут на работу, чтобы потом посадить? А там у вас будут перспективы. Мы хотим тебе лучшей доли, дочь.