Верность дракона

Глава 1

Михаэль Ларнофт

– Ты выглядишь на все свои триста лет, Михаэль.

Голос Габриэля прозвучал в тишине, словно пушечный выстрел, и вывел меня из оцепенения. Я был настолько сосредоточен, что у меня даже свело подбородок. Взглянул в окно, выходящее на юг, чтобы определить положение солнца. Уже перевалило за полдень.

Внезапное появление друга вернуло мне ощущение реальности. Забвению, в котором я пребывал, пришлось повернуться на сто восемьдесят градусов, чтобы приспособиться к этому неожиданному вторжению. Пока Габриэль исполнял обязанности служанки и накрывал на стол, составляя с подноса тарелки с едой, я пытался привыкнуть к своему проснувшемуся сознанию. Ощущение, словно долгое время пролежал в постели, борясь с лихорадкой. Туман в голове, тщетные попытки найти внутреннее равновесие.

– Я вижу, ты даже не переодеваешься для сна. — продолжал занудствовать друг, присаживаясь рядом. — Давно уже с тобой такого не бывало. Несколько лет, как я помню. Последний раз мы тебя таким видели после посещения замка Вархнофт*. Ты так и не рассказал, что же там произошло. Это как-то связано с Леопольдом, Юлианой или детьми? Что-то с их здоровьем?

— Нет, конечно. Кроме того, что Юлиана родила второго ребёнка, что уже редкость для драконов, тем более для смешанного брака. Они бьют все рекорды в кратчайшие сроки, чему можно только позавидовать. По-доброму, разумеется.

Я опустил глаза и только теперь заметил, насколько грязна моя рубашка. Вспомнил хорошенькую горничную Вархнофтов и округлый зад, когда застал её укладывающей вещи в комод. Мои руки на упругих ягодицах. А затем… Красная пелена, разодранная когтями мебель и плачущая от страха девушка. Как о таком позоре расскажешь? Хорошо, что увесистый кошелёк умело затыкает рты.

Как и в последний раз два месяца назад с молодой вдовой, которой я разрушил дом. Некрасиво получилось.

— Тебя послал Константинус?

— Нет. Наш император сейчас занят проблемами в совете и изысканием способов избежать настойчивого желания госпожи Иланель его женить. Другой дракон предупредил меня о твоём исчезновении.

— И кто же?

— Гвендолин. Она бьёт во все колокола в попытке узнать, куда делся её любимый целитель. — усмехнулся Габриэль, заметив, как скривилось моё лицо.

— О нет! Это не женщина, а стихийное бедствие. Преследует меня везде, стоит только показаться во дворце.

— Разве это плохо? Может, у неё что-то серьёзное?

— Что? Приступ вранья? У неё столько придуманных болезней, что если бы не видел её зверя, подумал бы, что она человек. Драконы столько не болеют! Если только от хитрости.

Габриэль рассмеялся и подмигнул:

— Она красавица. Может, стоит пойти ей навстречу? Глядишь, и поумерит пыл.

— Лет сто назад мы были близки, но всё закончилось очень быстро благодаря бесконечным истерикам. Вряд ли с тех пор она сильно изменилась.

Я закатил глаза, показывая своё отношение к этому предложению. Все драконицы восхитительны. Других просто не бывает. Но их холодная красота меня не трогает. А характер сводит на нет все усилия понравиться. Уж лучше человечки. Они хотя бы эмоциональнее и не столь высокомерны. И смотрят на нас с неподдельным восхищением. К этому быстро привыкаешь. М-да… Но разве мне это помогло?

Я подошёл к раковине, снял рубашку и стал умываться, поглядывая в зеркало на отразившегося там дикаря.

Габриэль прав. Так плохо мне не было уже давно. И причина была всё та же. Тогда уединение принесло мне некоторое успокоение. Но не сейчас.

Друг последовал за мной, облокотился о стену и теперь ждал. Он не произнёс ни слова, пока я ополаскивал лицо и тело уже давно остывшей водой. Холодные брызги окончательно вернули меня в мир реальности.

— Что с тобой происходит, Мих? — детское прозвище показало искреннюю обеспокоенность друга. Он больше не смеялся, сосредоточившись на желании мне помочь. — Может, покажешься кому?

— Кому? Я главный лекарь империи. — горько усмехнулся от иронии. — Целитель сам себе не может помочь.

— Но есть ещё твой отец.

— Нет. Он последний, к кому я обращусь. — произнёс зло, резко вытирая полотенцем капли воды. Полотно треснуло пополам, показывая, насколько я не контролирую силу.

Габриэль подошёл ближе и положил руку на плечо, в безмолвной поддержке.

— Поговори со мной. Не держи в себе, что бы это не было. Я же твой самый близкий друг.

— Хорошо. Мне и правда очень тяжело справляться с этим… недугом.

Мы вернулись за столик, где я пригубил сок, чтобы смочить горло. Аппетита не было, хотя Габриэль постарался и принёс с кухни мои любимые блюда. Он прав, давно пора было поделиться.

— Я ненавижу своего дракона!

Вот, я сказал это слух и почувствовал, как заскулил от обиды мой зверь, тихо царапая изнутри.

— Ты что? Как такое возможно? — спросил удивлённый Габриэль. Он явно ожидал не этого.

— Долгие сотни лет мы были с ним одним целым. Дышали в такт, восхищались, наслаждались жизнью. А теперь он не даёт мне жить. Мы перестали друг друга понимать.