Верность врагу: сказ о вампире и его охотнице

Глава 1.2

Синеющую после удара губу Кира попыталась замаскировать макияжем, игнорируя пассивно-агрессивные шутки Дианы про заражение крови; если сильно не присматриваться, можно подумать, что это — последствия неудачного похода к косметологу, а не неловкости на тренировке.

Когда она выходит куда-то повеселиться, под ребрами всегда ноет отголосок старой жизни, взывает к ней, напоминает, как раньше было легко и радостно; Кира насильно заглушает этот голос, сжимая в ладони рукоять серебряного кинжала. Маленькие радости не должны отвлекать от главной цели, и пока это лезвие ни разу не испило бессмертной крови, разве у нее есть право?..

Но Диана не дает ей погрузиться в эти мысли; она ведет подругу напрямую к бару и хватает нескольких шотов, чтобы треклятый долг перед Покровителями отошел наконец на задний план. Подруга совершенно бесстыже флиртует с барменом, наклоняется ближе к его уху, над чем-то смеется, и Кира видит, что бедный мальчик просто не может отвести глаз от цветных бликов светомузыки на ее смуглой коже.

— Мы сюда вернемся, — хитро улыбается Диана, протягивая Кире очередной напиток.

— Ты знаешь, что не обязательно закусывать алкоголь мужскими сердцами?

— Так вкуснее, — девушка подмигивает бедняге за баром в последний раз и за руку утягивает Киру на танцпол.

Голова пустеет, и в этой приятной пустоте эхом отдается бит слишком громкой клубной музыки. Диана сначала «ведет» подругу в танце, не отпускает рук, так что Кира невольно следует за ее движениями и расплывается в улыбке. Не вслушиваясь в музыку, отпустив все мысли и все страхи хотя бы до конца этой ночи. То, что было нужно.

Она старается впитать в себя все одновременно — горькое тепло алкоголя на языке, ритм толпы, отблески на черных волосах подруги, смесь запахов чужого парфюма и человеческих тел.

Кира знает, что на них смотрят; нет смысла кокетничать с собой — ей это нравится. Особенно внимательно следит за ее движениями парень за одним из столиков. Он пришел сюда с компанией, но уже давно не участвует в разговоре, хоть и к толпе не присоединяется; пока просто потягивает что-то темное из стакана, и ухмыляется, когда в танце Кира закидывает голову назад, и пятна света играют на ее обнаженной шее и ключицах. Она выглядит ярко и одновременно хрупко в молочном платье с тонкими бретелями, ее рыжие волосы и веснушки оттеняют белизну кожи и ткани. Первые языки пламени пожара в зимнем лесу — то, что могло бы согреть, но вырвалось из-под контроля.

К тому же, только сами девушки знают о кинжалах в потайном кармане сумочки каждой.

После нескольких песен Диана отправляется к бару, скорее за флиртом, чем за напитками, и Кира отходит к краю толпы, чтобы чуть передохнуть; прислонившись спиной к стене, она на секунду закрывает глаза, чувствуя, как все в ней дышит, движется и пульсирует.

Из-за музыки не слышно, как к ней подходят; вырывает из этого секундного транса ее легкое прикосновение — тонкие пальцы скользят по изгибу от ее шеи к плечу.

Едва подавив инстинктивное желание тут же ударить того, кто подкрался, Кира распахивает глаза — и видит ухмылку на тонких губах и протянутую с коктейлем руку.

— Решил угостить даму, — пытается перекричать музыку тот наблюдатель из-за столика в углу. — Пока тебя снова не украли

.

Острые, точеные черты лица, лисий разрез глаз и длинные белые волосы, собранные в расслабленный низкий хвост; красив, зараза, с удовольствием про себя отмечает Кира и аккуратным движением чуть отталкивает его руку от себя.

— Дама пьет только то, что видела, как готовили, — чуть приподнимает подбородок, добавляя картинной дерзости взгляду. Он ее где-то на голову выше, даже когда она на каблуках.

Парень пожимает плечами, делает глоток — мол, как знаешь, тут не отравлено — и просто вкладывает в ее ладонь этот стакан.

— Наглый, — хмыкает Кира и все же пьет.

Коктейль приятный, но немного терпкий, даже тяжелый, и в послевкусии ощущается нечто странное, хоть и лекарствами не отдает. Вряд ли подмешал что-то, иначе сам не стал бы пить; охотница отмахнулась от тревожной мысли. Она впервые в этом месте, кто знает, может, тот мальчик за баром чем-то разбавляет для большей прибыли.

— Потанцуем? — блондин делает нарочно театральный поклон. Этот жест комично выбивается из общего настроения пятничной полуночной вакханалии.

И снова Кира оказывается утянута в самую гущу толпы, только теперь не с Дианой, а с парнем, чье имя она в принципе и не планирует узнавать.