Верность врагу: сказ о вампире и его охотнице

Глава 4.3

В легком неверии она прикасается к хитросплетениям искусной вышивки на небольшом кусочке темной ткани.

Это похоже на шутку.

— Повязка на глаз, — уточняет она, будто ожидает, что оттуда вылетит птичка.

— Так точно, — кивает Мейра. — У тебя есть идеи получше?

Да никаких нет.

Хмыкнув, Кира закрывает глаза и надевает повязку так, чтобы она прикрывала левый из них; ворошит руками волосы, чтобы спрятать ленту, и пару секунд пытается привыкнуть к ощущению бархата на веке.

По привычке пытается открыть оба глаза.

Облегченный вздох срывается с сухих губ.

Серость отступает, и наконец Кира снова может видеть цвета, а главное — лица. От непривычки становится даже немного больно от яркости, и она быстро-быстро моргает, будто стараясь сбросить свет с ресниц.

— Сработало, — радостно делится она, и тут же вздрагивает, глядя Мейре в проявившееся лицо.

Симпатичная, с еще по-девичьи пухлыми щечками, вздернутым носиком и родинкой в уголке губ. Через пару лет такая вырастет в настоящую красавицу, которой не обязательно будет прибегать к магии, чтобы кому-то вскружить голову. Совершенно не похожая на брата ничем, кроме постоянной скрытой усмешки на дне темных зрачков.

Вертикальных. Вертикальных зрачков в янтарно-желтых глазах.

Кира до этого ни разу вживую не встречалась с ведуньями, только слышала множество историй о тех, кто отделился от города и отшельницами ушли в леса, там впоследствии образуя свои собственные общины. Ведьминский ковен — такая же притча во языцех, как вампирские кланы или оборотничьи стаи. Все об этом что-то слышали, в основном — страшилки перед сном, но сами видели нелюдей только поодиночке.

И ни одной этой сказке для непослушных детей не говорилось, что у ведуний такие глаза. Да и на портрете в кабинете Кира как-то не успела разглядеть отличия, впрочем, не в девочку она там вглядывалась…

Мейра улыбнулась, заметив ее реакцию, но ничего не стала объяснять. Между передних зубов у нее забавная щербинка. Зрачки добавляли ее облику какое-то неземное очарование, и одновременно напоминали, что это может быть знаком дикого зверя.

— Вот и здорово, — бесконечно довольная собственной находкой, она даже немного похлопала самой себе. — Нам всем будет легче, если ты из-за своих видений не сойдешь с ума в ближайшее время.

Взгляд невольно скользнул дальше по комнате, к острым чертам лица сидящего поодаль Мэтта. Воображение дорисовало его утреннюю выходку с поцелуем недостающими деталями.

Не дожидаясь, когда она с ним заговорит, съязвит что-то новое, Мэтт просто молча выходит из комнаты. Как будто он удостоверился, что на одну причину для головной боли несчастной его ошибки стало меньше, и пока для него этого достаточно. А может быть, услышал что-то, что привлекло его внимание, внизу — Кира разделила с ним только эмоции и ощущения, но, к сожалению, не способности…

— И какой же у нас план дальше? — встряхнув головой, чтобы прогнать неугодные мысли, она снова оборачивается к Мейре и тут же прикусывает язык — это что такое, какое «у нас»?!

— У нас чуть меньше двух месяцев до Бала, — ну да, вот и про солнцестояние. — Для Высших вампиров это очень важная дата.

Самая длинная ночь года. Именно в такую ночь однажды Покровители, разгневавшись на людей, погрязших в своих грехах и не желающих подчиниться, ниспослали на землю своих детей. Они были прекрасны, могущественны и опасны; они жаждали крови и власти, и люди не могли им сопротивляться. От их жестокости содрогнулись небеса, и самые недра земли разверзлись, чтобы напиться реками пролитой жизни. Когда, одумавшись, человечество снова вознесло свои молитвы, в надежде на защиту, боги наложили на своих детей некоторые запреты, которые помешали бы им полностью уничтожить людей. Так вампиров ныне можно убить святым серебром, огнем и осиной; оборотни стали слабеть в новолуние, и молитвенными травами их могут одурманить, подчинить или уничтожить. Ведуньи обязаны своей магией помогать, не вредить естественному природному порядку, иначе каждое заклятье, использованное, как оружие, обращается против них. Жрецы Покровителей помогали восстановить прежнюю связь с богами, но теперь Их явление стало вредить людям, так как они стали слишком слабы. Смолкли легенды о полубогах, будто человечество перестало быть способно на достойную Покровителей любовь; теперь оно училось жить в опустившейся тьме.

Разумеется, вампиры празднуют зимнее солнцестояние — для людей же это ночь скорби.

— И он не может там быть связанным со мной, потому что?..