Вернуть жену. Без права на прощение?

- 4 -

Тимур врывается на кухню, как буря.

Глаза пылают, губы сжаты в тонкую линию, пыхтит, как разъяренный бык.

Но столько от злости, или быстрого бега по лестнице, а от того, что я только что превратила его драгоценную «БМВ» в произведение абстрактного искусства.

В общем, как и его самого.

Бежевая краска, густая и липкая, хаотичными пятнами разбрызгана по его брендовому пиджаку. Несколько капель даже подсохли у него в волосах. Да и запах от него соответствующий начинает распространяться по кухне.

– Алиса! – рычит он. – Это была новая машина! Новая, чёрт возьми!

Муж кивает в сторону окна, будто там, как минимум, тело.

Я поворачиваюсь к нему, не торопясь. Взгляд спокойный.

– Ти-мо-чка, – медленно произношу, выделяя каждый слог с ядом. – Мои нервы стоят дороже, чем твоя бездушная железка.

Он стискивает пальцами переносицу, словно может прекрастить весь этот ад через точечный массаж. Пытается не сорваться. Напрасно, дорогой.

– И что, скажи на милость, я должна была делать, а? – делаю шаг к нему. – Стоять в окне и аплодировать, глядя, как ты обнимаешь свою бывшую, которая обильно орошает своими слезами и соплями твою шею?

– Это просто был эмоциональный момент, – выдыхает он, чуть тише. Как будто сам с трудом верит, что это звучит нормально. – Я сам в шоке от ее появления. Не думал, что она… всплывет. Вот так.

– Эмоциональный? Да ты, блин, хоронил кого-то что ли? – не могу не усмехнуться. – Хотя, знаешь, слово «всплыла» идеально подходит. Прямо снизу вверх, неожиданно и воняет.

Тим морщится. Отводит взгляд, его губы сжимаются еще сильнее.

– Алиса, это не…

– Не то, что я думаю? – перебиваю. – Конечно. Значит, пока я выла в подушку, ты уже подсуетился и позаботился о наследнике, да? – меня трясёт от злости, голос срывается, но я не даю себе остановиться. – Гениальный тайминг, браво.

– Я понятия не имел, что Настя беременна, – бросает муж резко. – Она исчезла, Алиса. Просто пропала. Без объяснений. Я думал, всё, она больше не появится.

– О, конечно, как удобно! Ты просто не знал, – я закатываю глаза, и горькая ирония в моём голосе почти обжигает. – А она, такая заботливая, самоотверженно молчала. Прямо мать Тереза нашего времени.

Брови Тимура сходятся у переносицы. Не по душе ему мои слова.

– Не делай из меня урода, – выдыхает тяжело. – Всё было не так.

– Нет, Тимур! – срываюсь на крик. – Ты мне изменил. Она родила. Ты молчал. Всё очень даже "так". И молчал бы дальше, если бы она не явилась. Ну, расскажи теперь. Сколько раз ты с ней встречался за моей спиной? Сколько раз врал, что задерживаешься, а сам бежал к своему новенькому "семейству"?

Муж резко бросает:

– Один. Раз.

И сам же гасит свой тон, словно понял, что только подлил масла.

– Один раз я виделся с ней за твоей спиной. Она написала сама. Я не мог просто отвернуться. Но я не знал, что у неё родился ребёнок. Что у меня… сын. Ни черта не знал. До того дня.

Я не слушаю. Или притворяюсь, что не слушаю. Каждый его довод, каждая попытка оправдаться кажутся мне лишь новым слоем лжи, которая погребает под собой остатки нашей жизни. Я уже почти сказала всё, что хотела.

– Что ж, – произношу с горечью. – Поздравляю. Теперь у тебя есть сын. А жены больше нет.

Я делаю шаг в сторону, чтобы обойти его, чтобы просто выйти из этой кухни, из этой квартиры. Но он не дает мне уйти.

Прет на меня как танк, и я непроизвольно отступаю, пока спиной не упираюсь в край столешницы. Он ставит руки по бокам, будто строит рубеж, через который не даст мне сбежать.

Лицо Тимура совсем близко, он нависает. Смотрит прямо в глаза. Дыхание его обжигает мое лицо, и я чувствую запах краски, смешанный с его парфюмом, который сейчас кажется отвратительным.

– Лиса, подожди, – говорит тихо, почти шёпотом, но в голосе что-то такое, что заставляет замереть. – Я знаю, ты сейчас хочешь хлопнуть дверью и стереть меня из памяти. Я чувствую, как ты злишься, как всё внутри тебя кричит “уходи”.

Он на секунду сжимает челюсть.

– Но, чёрт, дай мне хоть пару минут. Не чтобы оправдаться — чтобы быть честным. Я не святой, я всё знаю. Но ты… Ты самое дорогое, что у меня есть. И я не отпущу тебя вот так. Хочешь — вымести злость: добей машину, кричи, но не уходи, пока не дашь мне шанс объяснить. Может, ты сможешь меня понять.

Я смотрю ему в глаза. Не моргая. А в голове у меня, как мантра, звучит только одно. Тихо. Ровно. Без истерики. Но с такой точностью, будто вырезано лезвием:

«Ты вычеркнул меня из своей жизни тогда. А теперь просто смирись с тем, что я вычёркиваю тебя из своей».

Милые дамы, а в нашем мобе мы приготовили для вас много интересных и эмоциональных историй.

Эта вас точно не оставит равнодушными!