Вернуть жену невозможно

Глава 13

Матвей

Тон, которым Марго говорит со мной, действует на меня гипнотически.

Она настраивает дочку против родного отца?

Совсем охамела. Берега попутала баба.

Год жила одна, и что себе позволяет? При Машке называет меня абьюзером?

Она хоть знает значение этого слова?

Абьюзер – это не очень нормальный человек, с искаженным восприятием окружающего мира. По его драгоценному и единственно верному мнению все вокруг, в том числе партнер в личной жизни должен во всем ему подчиняться и находиться минимум на ступень ниже, чем он. Не дай Бог высунуть голову или высказать свое мнение.

Разве это про меня?!

Свирепею.

«Арбузер» подавляет свою жертву всеми имеющимися в его арсенале способами – психически, физически, социально, экономически.

Когда я принижал Марго?

Всегда говорил ей, что она вкусно готовит, чисто убирает, правильно утюжит брюки, с улыбкой обслуживает моих гостей. Правильно воспитывает дочь.

Никогда не повышал на нее голос. Ни о каком рукоприкладстве даже речи не могло идти – ударить женщину или толкнуть – последнее дело для мужика.

По финансам я ее не обделил после развода – оставил дом, который содержу по сей день!

Вот психану, и не оплачу в этом месяце все квитки одновременно.

Посмотрим, как эта баба выкрутится!

Не ценит меня такого хорошего и золотого!

Милая, Марго, все познается в сравнении!

За все время брака я лишь однажды сказал ей, что она мне не пара. При разводе.

А что? Разве я был не прав?

Она как не умела себя вести в людях, так и не научилась!

Была бы леди, сегодня не закатила бы скандал.

- Папа не такой! – вступается за меня дочь.

И я вижу тот самый подходящий для моих целей момент – выуживаю из кармана браслет для Ритки, открываю коробку.

Неблагодарная громко смеется, принимая «змею» за оскорбление.

Когда я покупал руководствовался в выборе тем, что сейчас год змеи по какому-то там звериному календарю.

В чем моя вина?

Снова Ритка утрирует и переворачивает.

- Матвей, ты не сможешь больше врываться в мой дом и устанавливать здесь свои порядки.

- У меня здесь дочь. А дом станет твоим, когда будешь содержать сама. С этого месяца. – Рублю с плеча.

Разве не тот заказывает музыку, кто платит?

- Дочь. Ее ты тоже будешь видеть только в определенные дни.

Говорит жена так резко, словно Марии здесь нет.

Но дочь есть, стоит рядышком, в ужасе глядит на своих родителей. На обезумевшую от гнева мать.

Плачет моя бедная малышка.

Злюсь на Ритку.

Никто не смеет портить моей крохе праздник!

Неведомая сила закручивает меня изнутри в водоворот кипящих страстей, и я распаляюсь не хуже жены.

Хотя как мужик должен был сохранять спокойствие.

Так нас учили. Мальчики не плачут, не истерят, не эмоционируют.

Но если бабы-змеюки доводят до белого каления?..

- Мария, - обращаюсь к дочери. – Тебе одиннадцать. Можешь сама выбрать с кем хочешь жить! Судья определит твое место проживания со мной – твоим отцом.

В глазах Марго страх.

Она делает шаг к дочери, но та шарахается от нее. В мою сторону.

Нет!

Я блефовал, желая образумить жену.

Хотел показать Марго свое всемогущество, силу. Доказывал, что я не Ванька Ветров, и со мной надо считаться, а не разговаривать как с мальчиком.

Но дочка, кажется, сделала свой выбор. Она не услышала фальши в моих речах.

Хочу взять свои слова обратно, но уже не могу.

Это разобьет Машуне сердце.

Маленькая теплая ладошка полностью скрывается в моей огромной ручище.

На меня глядят серые глаза олененка с мольбой и любовью.

- Папочка, забери меня к себе. Прямо сейчас.

Боги! Что я натворил?