Вероника и чудовище, или Подарок феи роз-1

11. Кто жених?

Вероника очнулась на постели в незнакомой комнате. Открыв глаза, она уставилась в потолок. Оттуда с потолочных балок свисали какие-то грязные тряпки. Ей показалось, что на балке висит летучая мышь. Повернув голову, она увидела окружавшие её голые каменные стены и светившееся лучезарной улыбкой лицо молодого длинноносого мужчины.

– Дорогая Элеонора, Вы пришли в себя! – пропел он. – Мы уже было собирались посылать за лекарем!

Вероника села. Находилась она на большой кровати, застланной не роскошно, но вполне прилично. Комната производила двоякое впечатление. С одной стороны, в ней не было практически никакой мебели и предметов интерьера: ни шкафов, ни сундуков, ни гобеленов на стенах, ни ковров на полу, ни занавесок на окнах. С другой стороны, комната была просторная, тёплая и относительно чистая. Стены местами были обшарпаны, а кое-где имелись и сколы; пол если и мыли, то давненько, но, без сомнения, его подметали. Пыль на открытых поверхностях лежала тонким слоем и имела разводы.

Возле её кровати стояли младший сын лорда Годвина, незнакомый рыцарь и Бетти.

– Где я? – спросила Вероника, оглядывая комнату.

– В своих покоях, – радостно сообщил ей молодой человек. – Вы будете тут жить.

– Здесь? – растерялась Вероника.

Ей, как сотруднице центра медиевистики, было безразлично то, что комната выглядит крайне бедно. Она могла жить и в худших условиях, к этому её готовили с первого курса университета. Сотрудник, даже играющий роль дворянина, мог в процессе работы оказаться в разных ситуациях и должен был быть к этому готов. Но леди Элеоноре Лэнгтон, баронессе и богатой наследнице, безразлично быть не могло. Веронике необходимо было дать это понять принимающей стороне. Но она не успела вымолвить и слова, как мужчина сам заговорил на эту тему:

– Я вынужден извиниться перед Вами за столь скудную обстановку, – он обвёл взглядом комнату. – Но уверяю Вас, это временно.

– Видимо, меня не ждали? – предположила Вероника. Сарказма в её голосе не было, но он подразумевался.

– Что Вы! – пылко возразил молодой человек. – Ждали с нетерпением! Но дело в том, что замок ещё не вполне восстановлен после осады. Вам выделили лучшую спальню из всех, что здесь есть. Поверьте, моя значительно хуже.

– Замок подвергался осаде? – заинтересовалась Вероника. – И, видимо, успешно, – заключила она, вспомнив состояние холла, части крепостной стены и некоторых башен. – Нападающие проникли внутрь?

– Конечно! – почему-то очень радостно сообщил он ей.

«Но произошло это определённо не вчера, – сказала себе Вероника. На память ей пришли хорошо зажившие шрамы хозяина замка, которые, видимо, и были получены в ходе обороны крепости и которые не могли затянуться в чересчур короткое время. – Подготовить хотя бы одну комнату они могли. Но не посчитали нужным… Шрамы!» – спохватилась она.

Вероника покраснела. Мрачный рыцарь с изуродованным лицом не мог не понять, что обморок невесты был вызван его внешним видом. Но шрамы он получил в бою и не был виноват ни в такой ужасающей своей внешности, ни в каком-либо дурном по отношению к леди Элеоноре поступке, если не считать того, что вознамерился жениться на ней против её воли. Но женщину в те времена редко спрашивали, лежит ли её сердце к жениху, так что, согласно обычаям той эпохи, ничего аморального он не совершил. Поэтому настолько явная демонстрация своего отвращения была с её стороны не просто вопиющим нарушением приличий, а очень недобрым, если даже не жестоким поступком.

– Сэр… – обратилась Вероника к младшему сыну барона, надеясь, что он представится.

Молодой человек не преминул это сделать.

– Сэр Эдвин, дорогая Элеонора! Всегда к Вашим услугам.

– Вы очень любезны, сэр Эдвин. – Вероника улыбнулась. – Надеюсь, хозяин замка, сэр…

– Сэр Артур, – вновь подсказал он ей. – Сэр Артур Годвин.

– Надеюсь, сэр Артур не принял мой обморок… Не подумал, что я потеряла сознание, потому что… – Вероника пыталась сформулировать свою мысль как можно мягче, и сэр Эдвин вновь помог ей.

– Потому что испугались его? – со смехом спросил он. – Вас беспокоит, что он подумал? Не берите в голову, дорогая Элеонора. Он очень нечувствителен к женским капризам.

– Вовсе нет, – быстро возразила Вероника. – Я потеряла сознание совсем не потому, что его испугалась. Я плохо переношу путешествия. Я очень устала, чувствовала слабость, и поэтому мне стало нехорошо.

– Что же, будем считать именно так, – глядя на неё с лукавой улыбкой, произнёс молодой человек. – Но я услышал, что Вам необходимо отдохнуть с дороги, так что поспешу оставить Вас. Сейчас сюда принесут Ваши вещи и пришлют служанку. Если Вам нужно будет что-то из того, что Вы не привезли с собой, она поможет Вам. Обустраивайтесь и отдыхайте, дорогая Элеонора.