Веря в сказку

Глава 26. Порох

Кирилл лежит на животе у самого берега, в снежной каше, под обледенелым тростником. В руках у него бинокль. Он смотрит в сторону ресторана: окна сияют жёлтым, за ними кипит жизнь. Гостевой вход, охрана у мостика. Двое, возможно, трое внутри. Один курит, другой, что в капюшоне, время от времени проходит мимо стеклянных дверей.

— Видишь? — хрипит сзади голос Охотника. — Справа камера. Старого образца. Полный угол не возьмёт, можно обойти.

— А ты во многом разбираешься, — шепчет Кирилл. Он с трудом сглатывает. Губы замёрзли.

— Отец был КГБшником. Многому успел научить.

— Эй! Если что, ты не стреляешь, понял?

— А ты мне не командуй, — Охотник скалится. — Я сюда пришёл не цветы дарить.

Они пятятся назад, к деревьям. Чуть дальше сгрудились Князь и его пацаны. На всех чёрные куртки, один надел лыжную маску, другие просто натянули капюшоны. У каждого в кармане складной нож и перцовый баллончик.

Князь, — не по своему обыкновению спокойный, — смотрит на них всех серьёзно, почти по-взрослому.

— Слушайте внимательно. У нас максимум десять минут. Проникаем с тыла — Охотник ведёт. Кирилл за ним. Мы смотрим, чтобы сзади не зашли. Если что — сигналим свистом.

— А если спалят? — пыхтит Бульдозер.

— Тогда бежим, — сухо отвечает Князь. — Мы не Рэмбо. Если начнётся стрельба — бросайте всё и бегите. Варька — главное. Если кто найдёт её первым — тащит к выходу.

Кирилл кивает, глядя на ресторан.

Охотник вздыхает, достаёт пистолет, проверяет затвор. У Кирилла пересыхает в горле.

— Не стреляю без команды, ясно, — бурчит Охотник. — Только если нас уже валят.

***

В то же самое время, у главного входа ресторана «Северный берег» притормаживает чёрный Mercedes. Из машины неторопливо выходит подтянутый, элегантно одетый мужчина лет пятидесяти, поправляя кашемировое пальто и бросая холодный взгляд на здание ресторана.

Охранник распахивает стеклянные двери, приветственно кивая:

— Добрый день, Игорь Львович. Вас уже ждут.

Вождинский коротко кивает, проходит в тепло ресторана. Внутри царит приятная полутьма, негромко играет джаз. Вождинский неспешно оглядывает зал, будто случайно замечая одинокий столик у окна, за которым сидит крупный седовласый мужчина в строгом костюме.

Вождинский изображает лёгкое удивление, будто совершенно не ожидал этой встречи, затем, нацепив дежурную улыбку, подходит ближе.

— Зимовцев? Вот уж неожиданность! — деланно удивляется он, протягивая руку.

Генерал Зимовцев, тяжёлый, сутуловатый, смотрит на него сдержанно, но благосклонно пожимает руку, поддерживая игру:

— Владислав Геннадьевич, вот не думал, что вас тут увижу. Присаживайтесь, коль встретились.

Оба прекрасно знают, что встреча заранее назначена. Но каждый продолжает играть свою роль, изображая случайность.

Вождинский суёт пальто охраннику, садится напротив генерала, внимательно смотрит ему в глаза и улыбается:

— Вот уж правда говорят — город маленький. Не ожидал, не ожидал…

— Не ожидали, значит, — невозмутимо подхватывает Зимовцев. — Что ж, бывает. Выпьете?

Он делает знак официанту.

Вождинский расслабленно откидывается на спинку стула и едва заметно кивает, продолжая светский тон беседы, хотя и он, и генерал уже мысленно перешли к делу, ради которого приехали.

— С удовольствием, Владислав Геннадьевич, с удовольствием…

***

Они двигаются. Один за другим по ледяной кромке, к грязному боку ресторана. Впереди виднеется вентиляционная решётка, покрытая инеем.

Кирилл стоит у самого берега, тяжело дышит в воротник свитера. Старается не смотреть вниз. Под ногами хрустит мутный лёд, скрытый под тонким слоем снега. Где-то внизу глубина и течение, но думать об этом некогда.

— Пошли, — шепчет Охотник, шагая вперёд. Его голос звучит увереннее, чем Кирилл себя чувствует.

Он ступает осторожно, будто проверяя, выдержит ли лёд.

За ним идут Князь и Бульдозер. Остальные остаются на берегу наблюдать и сигналить, если кто-то появится сзади.

Шаг за шагом они медленно подходят к ресторану. Теперь здание кажется огромным: тусклый свет сочится из окон наверху, слышны приглушённые голоса, стук посуды, негромкий смех работников кухни, ничего не подозревающих о происходящем.

Задняя терраса зимой закрыта: плетёная мебель сложена у стен и накрыта брезентом.

Они поднимаются на небольшой металлический трап, ведущий со льда на террасу.

— Проверяй дверь, — шепчет Князь Охотнику.

Тот дёргает ручку. Закрыто, конечно.

— Попробую открыть, — Охотник сразу достаёт из кармана складной нож и пытается поддеть защёлку. Он работает быстро, сосредоточенно, будто уже делал это сотни раз.