Вестник

Глава 9

  Алиса отложила книжку и выглянула в окно. Мелкий, нудный дождь всё так же барабанил по крыше, но чувствовалось, что на последнем дыхании. Вдали, сквозь разрывы туч, нет—нет, да и мелькнёт просвет. Вспоминая увиденный сон, девочка только диву давалась, сколько в её предке было силы воли и тяги к жизни.

  Вчера, проводив маму и дядю Олега в Ленинград, она позанималась с экзаменационными материалами, в волю натешившись «жутко сложными» задачами. Усевшись на пуфик возле окна, слушала капли дождя, выбивавшие дробь по подоконнику, и настраивающие на лирический лад.

Алиса отложила книжку и выглянула в окно. Мелкий, нудный дождь всё так же барабанил по крыше, но чувствовалось, что на последнем дыхании. Вдали, сквозь разрывы туч, нет—нет, да и мелькнёт просвет. Вспоминая увиденный сон, девочка только диву давалась, сколько в её предке было силы воли и тяги к жизни.

  Вчера, проводив маму и дядю Олега в Ленинград, она позанималась с экзаменационными материалами, в волю натешившись «жутко сложными» задачами. Усевшись на пуфик возле окна, слушала капли дождя, выбивавшие дробь по подоконнику, и настраивающие  на лирический лад.

— Ангелок, вылазь мой сказочный герой, «Прынцеса» заскучала и ждёт утешения.

— Я весь во внимании «О шербет моих услад».

— Т—ак. Какие ты там услады себе напридумывал? Колись – злодей.

— Только эмоциональные. Как ты могла плохо обо мне подумать?

— Был уже замечен в подглядывании.

— Лишь для спортивно—эстетического формировании материальной оболочки. Нужно было определить, где убрать, где добавить.

— Что—то добавить тебе хочется там, где спортом и не пахнет.

— Исключительно искусства ради, не отвергайте порывы художника.

— Ладно «Рафаэль» — твори. Расскажешь, что там дальше было с моим родственником?

— Мы поступим по другому. Теперь каждый день, во время сна, я буду тебе ведать о твоих славных предках, великую историю твоего рода. А так же изучать искусство защиты, которое закреплю в мышечную память на уровне подсознания. С тебя лишь буду требовать хорошей физической подготовки.

— Ну не чего себе! Чем дальше, тем «чудесатее и чудесатее». Хорошо, с этим разобрались, но мне очень интересно другое. Какой он, тот мир, что вокруг меня? Хотя бы в двух словах, как ты умеешь, поведай, что в нём и как, какая она — «иллюзия», или ещё что—то, где мы существуем. Иногда, кажется, что это какая—то игра, и хочется знать хоть элементарные правила, а то получается, что игра в одни ворота.

— Я понял тебя, тогда во время моей попытки объяснить не объяснимое, задавай вопросы. Так будет легче мне рассказывать, а тебе принять услышанное.

— Не переживай, вопросов будет достаточно.

— Тогда начнём. В начале, было Слово…

— Это же из религии: «в начале, было слово и слово был…», ну как то так.

— Правильно, мы уже говорили, что религия – это свод законов и доказательств, придуманный людьми. Ряд религиозных канонов заимствованный, и адаптированный под свои цели в общие правила сосуществования в данной реалии. Что такое слово?

— Ну, информация, которая передаётся звуком другому человеку.

— Что такое звук?

— Звук – это физическое явление в виде распространения упругих волн механических колебаний.

— Что несёт это колебание другому человеку?

— Мысль, информационную матрицу предмета, или явления.

— Значит «в начале, было слово и слово, было мысль». Мысль – формирует сознание, а сознание – аморфная часть бытия. Оно существует само по себе и отношение к иллюзорному миру не имеет, оно просто его создало.

— Но как же не имеет? Оно его придумало…

— И забыло. Ты тоже в детстве придумывала мир, где летая на драконе, разгоняла всех недругов волшебной палочкой. Создавая, в мысли, этот мир, создавала и правила сосуществования в нём, заметь – удобные только для тебя.

— То есть всё, что мы видим вокруг – чужая фантазия.

— Для тебя – нет, ты создана в нём, подчиняешься его правилам, значит существуешь в нём и для тебя он реален.

— А религия?

— Созданный мир со своими правилами и законами. А «иллюзия», не может сосуществовать в другом, придуманном, мире, они друг другу противоречат. Можно лишь брать некоторые правила, подходящие для данного мира.

— Значит, я была права – это игра, какой то аморфный тип создал меня, а я теперь мучаюсь, без волшебной палочки.

— Ну, как—то так, если в двух словах.

— Тогда, спокойной ночи, желать не буду, тебе ещё целую ночь мне летопись пересказывать, а я спать пошла.

— Спокойной ночи, Лисёнок.

  Улыбнувшись, Алиса встала и прошлась по комнате. Какой он всё—таки у неё славный – «Мой Ангелок». Да – мой, мой, мой и никому его не отдам. «Творит», «формирует», «укрепляет» — всё, что нужно, скульптор доморощенный. Заботится обо мне, (себя тоже конечно не забывает, «мужик» все же, ему с этим телом ещё жить сколько), ну и пусть, мне не жалко. Просто я его люблю и… Девочка остановилась и удивлённо повторила эти простые слова (Я его люблю), сердце сжалось, замерло и бешено заколотилось. Кровь прихлынула к ушам и блаженной волной скатилась до самых пяток, заставляя тело мелко подрагивать.

— Ух ты!!! Вот это я помечтала. Так, всё: математика, олимпиады, экзамены, «универ», в голове должно быть только это. Всё остальное – потом.

Встряхнувшись, она пошла  к тёте Эли. Подойдя к её комнате, она остановилась. Из—за приоткрытой двери доносилась нежная и красивая песня, правда на каком—то непонятном языке. Женщина сидела возле окна и вышивала на пяльцах, напевая в такт работе. Распущенные волосы, с лёгкой проседью, струились по пуховому платку, наброшенному на плечи. Из полумрака комнаты её выделяла настольная лампа, в форме подсвечника, играющая бликами огоньков на стёклах. Сколько их жён, матерей, сестёр, да и просто подруг, вот так же сидело у окошка, вглядываясь в даль, не мелькнёт ли знакомая фигура, прислушиваясь — не скрипнет ли калитка и родной голос назовёт её Ладушкой. А сколько их не дождалось, проплакав все глаза, стоя на крепостной стене, у окошка, затянутого бычьем пузырём при тусклом пламени лучины, при свечах, бликующих в золоте дворцов, при керосиновых лампах, возле заклеенных крест на крест окнах. Под ногами предательски скрипнула половица и Эльвира Корнеевна, вздрогнув, повернулась к девочке.