Ветер что шепчет твое имя

Глава 20

Солнце ярко сияло в безоблачном небе, лаская своими лучами изысканный императорский сад. Сквозь ухоженные аллеи тянулись ароматные цветущие деревья, на пруду лениво плавали золотистые карпы. Воздух был пропитан ароматом цветов и свежескошенной травы.

Под тенью раскидистого платана стояли сидели несколько мужчин, их голоса время от времени прерывались мягким смехом или звоном фарфоровых чаш.

Среди них особенно выделялся один. Высокий и стройный, он сидел с безупречной осанкой, несмотря на то, что его поза казалась расслабленной. Прямой нос, четко очерченные губы, изогнутые в еле заметной полуулыбке, и острые черты лица придавали ему утонченную красоту. Густые черные волосы были аккуратно убраны золотистой заколкой с выгравированным драконом — символом его высокого положения. Однако больше всего притягивали взгляд его глаза: темные, глубокие, проницательные, словно видели насквозь собеседника.

Казалось, мужчина молчал лишь для того, чтобы его присутствие само говорило за него. И действительно, рядом с ним даже самые разговорчивые из собравшихся выглядели сдержанными.

Тишину прервал голос одного из мужчин — приятный, но с ноткой лести

– Ваше Высочество...

Легкое движение ресниц, едва заметное, было первым знаком того, что мужчина слушает.

Это был Чжао Мин , наследный принц империи — человек, чьи ум и рассудительность снискали ему уважение не только во дворце, но и среди народа. Его лицо оставалось безмятежным, но тем, кто его знал, было ясно: за этой маской скрывается волк, готовый к любому моменту вцепиться в глотку противника.

Вокруг него собрались несколько других мужчин, одетых в изысканные шелковые одежды. Их наряды украшали эмблемы знатных кланов.

— Ваше высочество, — первым заговорил Лу Цзэхань, сын министра финансов, почтительно склонившись к наследному принцу, — примите наши искренние поздравления. Скоро вы станете отцом — это великая радость не только для вашей семьи, но и для всей империи.

— Да-да! — подхватил сын военного министра Чэнь Вэй, с улыбкой. — Император наверняка гордится таким сыном, как вы, ваше высочество. Ваш союз с леди Шэнь Циньжу — образец идеального брака. Красота, мудрость и благородство — что может быть лучше?

Наследный принц Чжао Мин , сдержанный, лишь слегка кивнул, поднося к губам чашу с чаем. Его глаза оставались спокойными, но в глубине них проскользнула искорка удовлетворения.

— Не могу не согласиться, — поддержал Хэ Жуй, с усмешкой глядя на пятого принца. — И брак пятого принца с леди Шэнь Жуйинь оказался не менее удачным. Ваша супруга, ваше высочество, не только красива, но и умна. Такие браки — украшение для всей императорской семьи.

Пятый принц Чжао Цзы самодовольно усмехнувшись, скрестил руки на груди

— Хм, мои заслуги скромны. Настоящее достоинство — это моя жена. С ней я могу не беспокоиться о семейных делах.

— Эти две пары просто идеально дополняют друг друга, — добавил Чэнь Вэй . — Вся столица не устаёт восхищаться вашей гармонией.

Все переглянулись и заулыбались, одаривая наследного и пятого принцев льстивыми взглядами.

Солнце продолжало согревать своим светом, воздух был наполнен беззаботной атмосферой. Но спустя несколько мгновений Лу Цзэхань осторожно перевёл разговор

— Однако... нельзя не упомянуть четвёртого принца. — Он вздохнул. — Его репутация в столице безупречна: мудрость, умение командовать армией, безупречная стратегическая мысль... В народе его считают образцом доблести.

— Это правда, — кивнул Чэнь Вэй . — Говорят, что на границе он творит чудеса. Варвары трепещут при упоминании его имени.

— Вот только... — Хэ Жуй нахмурился, бросив взгляд на остальных. — Какая жалость, что у такого великого человека... такая жена.

Наступила короткая пауза. Лу Цзэхань склонил голову, но в его голосе звучала насмешка

— Да уж, Шэнь Юи... С её-то репутацией... Пятый принц правильно поступил, разорвав ту помолвку.

— Хмф! — усмехнулся Чжао Цзы , отмахиваясь. — Даже вспоминать не хочу об этой — Не напоминайте мне об этой женщине. Она была занозой в моём сердце. Упрямая, навязчивая... Я ни на мгновение не пожалел, что разорвал помолвку. Четвёртый брат лишь подобрал мусор, который я выбросил.

Слуги осторожно налили в чашки свежий чай, стараясь дышать тише. Атмосфера вокруг накалилась, но принцы и аристократы словно наслаждались этой игрой слов.

— Говорят, — добавил Лу Цзэхань, оглядываясь, — после свадьбы она пыталась... — он сделал вид, что ищет нужное слово, — наложить на себя руки. Но... видимо, судьба у неё такая же упрямая, как она сама. Жива осталась.

— Глупость, — проворчал Чэнь Вэй, нахмурившись. — Такая репутация для женщины — хуже смерти. С ней нельзя появляться в обществе. Это только позорит четвёртого принца.

Шестой принц Чжао Юань, сидящий рядом, вздохнул и, поглаживая чёрные волосы, завязанные в свободный узел, лениво добавил

— Четвертый брат довольно умный мужчина, но, похоже, в вопросе брака прогадал...

Солнечные лучи мягко скользили по изысканной беседке, создавая игру света и тени на дорогих тканях мантий. В воздухе витал тонкий аромат цветущих слив и свежести весны. Мужчины неспешно продолжали разговоры, каждый с чашей чая в руке, когда нежданное движение привлекло внимание всех присутствующих.

К наследному принцу Чжао Мину подошёл мужчина в тёмной одежде — один из его личных стражей. Склонив голову в глубоком поклоне, он наклонился ближе к уху принца и что-то быстро, но тихо прошептал.

Глаза Чжао Мина едва заметно сузились. Его безмятежное выражение лица изменилось на более серьёзное, но, как всегда, не выдавало ни удивления, ни беспокойства. Только едва заметный хмурый излом бровей да напряжение в челюсти могли сказать о том, что услышанное было далеко не пустяковым.

Он поставил чашку с чаем обратно на стол и, ровным голосом, сообщил

— У меня возникли дела. Придётся удалиться.

Чэнь Вэй , Лу Цэ Хань, Хэ Жуй и остальные мужчины, включая пятого и шестого принцев, в тот же миг поднялись со своих мест. Их движения были синхронными и уважительными, что отражало как их почтение к наследному принцу, так и осознание его статуса.