Ветер и пламя

Глава 1. Королевство Валтария. Тень упадка.

Тронный зал королевства Валтарии дышал былой славой, словно застывшая легенда. Стены из серого камня, украшенные шкурами медведей и военными трофеями покоренных народов, хранили память о прежней воинственной мощи королевства, ведь когда-то Валтария блистала, словно жемчужина на карте континента, а плодородные поля давали урожай, который кормил половину мира.
На троне, тяжелом, как бремя власти, сидел король Валтар. Его борода, посеребренная годами, и лицо, изрезанное морщинами, похожими на шрамы, выдавали груз прожитых лет. Перед ним громоздились свитки: жалобы гильдии ремесленников, торговцев, донесения о мятежах, отчеты о пустеющей казне. Король вглядывался в строки, будто пытаясь разглядеть в них иной смысл, но цифры не менялись. Ему казалось, что железные тиски сдавливают голову от написанного: крестьяне, задавленные непосильными налогами, бегут в леса, становясь разбойниками; земли, которые раньше кормили королевство, теперь лежат под черным паром; лавки ремесленников заколочены, рынки опустели, дети в предместьях роются в мусоре, чтобы найти корку хлеба.
— Ложь! — гневно прошептал Валтар, и в его глазах вспыхнул холодный огонь упрямства. — Это все происки завистников. Предательство. Враги плетут сети, чтобы опорочить мою славу! — Он смахнул свитки на пол, словно отмахнувшись от реальности. — Гонцов с дурными вестями следовало казнить — пусть язык не смеет шевелиться против короны.
В Тронном зале воцарилось тягучее молчание, будто сама тишина ждала, кто первый осмелится её разорвать. Валтар медленно окинул взглядом троих своих ближайших советников, чьи лица он знал лучше, чем узоры на собственном мече. Они стояли перед ним — верные пес, змей и лиса его империи.
Король развернул перед советниками карту соседнего процветающего королевства Эльдарин, чьи укрепленные крепости были неприступны со всех сторон, а каждый камень на границе был пропитан кровью побежденных захватчиков.
Валтар хрипло начал:
— Королевство Эльдарин, как заноза в глазу. Торговые караваны идут через их земли, золото оседает в их сундуках, искусство шелкопрядения мастериц славится на весь мир, а мы? Мы топчемся на выжженных равнинах. — Валтар со всей своей силой стукнул кулаком по столу. — Надо сломать их гордость! Но как? Говорите!
Все присутствующие ощутили томительное напряжение, нараставшее с каждой секундой, казалось, что даже воздух в зале вдруг стал густым и вязким.
Генерал Гаррик, груда мышц, закованных в сталь, выступил вперёд, словно сама земля сдвинулась с места. Многочисленные шрамы на лице придавали ему подобие кривой усмешки. Гаррик не умел говорить витиевато; его слова были рубящими ударами:
— Послать все армии! Пусть осада длится год или десять — рано или поздно они съедят своих крыс и сдадутся!
Валтар наблюдал, как пальцы генерала непроизвольно сжимались в кулак — привычка хвататься за рукоять меча, даже когда клинок в ножнах. Этот человек давно разучился жить без приказов. Его преданность была слепой, но удобной: Гаррик не спрашивал «зачем», он воплощал «как».
— Ты скучаешь по войне, старый волк? — хрипло усмехнулся Валтар.
Гаррик опустил взгляд:
— На войне всё честно. Или ты убиваешь, или тебя.
Главный советник Эдмунд, алхимик и мастер ядов, усмехнулся. Его бархатный камзол, расшитый серебряными пауками, словно предупреждал: осторожно, ядовит. Обладая хитростью паука, Эдмунд сплетал сети доносов, подменял письма, подливал яд в кубки неугодных, его яды были точны и избирательны.
— А пока мы будем жевать камни у их стен, наши последние солдаты взбунтуются от голода, — парировал Эдмунд, разглядывая ноготь. — Лучше подкупим командиров гарнизонов. Золото, женщины… Выбор будет прост...
— Золота у нас нет, — напомнил Валтар.
Советница Моргана, молодая, с холодными глазами, пренебрежительно сощурилась:
— Сила — не единственное оружие. Их король мудр, но даже мудрецы слепнут перед чаровницами. — Сделав паузу и многозначительно оглядев всех, она продолжила:
— В горах Драконьих Клыков живет могущественная ведьма Кальяра. Ее взгляд обращает разум в воск. Пусть подчинит Эльдара, заставит открыть ворота…
Король откинулся на троне, чувствуя, как тиски в висках ослабевают. Тишина стала такой густой, что даже Гаррик замер. Эдмунд первым нарушил молчание:
— Магия — нож о двух лезвиях! Кальяра потребует цену… Возможно, вашу душу, Валтар. Или трон. Вы уверены, что она не предаст?
Гаррик, прямой и бесхитростный, искренне уважавший, как воин, мудрость и мужество короля соседнего государства, саркастически усмехнулся:
— А если Эльдар окажется сильнее ее чар? Слыхали, как он разгадал заговор купцов из Араниса? Теперь их головы украшают эльдаринские стены. Риск слишком велик.
Моргана не сдавалась, её красивое лицо исказила злобная гримаса, а в голосе явственно послышалась ненависть:
— Тогда убираем тех, кто усиливает его волю. Королева Лираэль — его щит. Ее смерть ослабит его... Яд... Несчастный случай... Народ заплачет, а Эльдар… — тут она улыбнулась, — сломленный скорбью, станет уязвим...
Эдмунд удивил Валтара — обычно тихий, с вкрадчивым голосом и предпочитавший оставаться в тени, он внезапно вскочил:
— Безумие! Убить королеву — значит разжечь в народе ярость. Они спрячут мастеров, сожгут секреты ткачества, и мы получим пепел вместо шелков! Да и сама Лираэль… — он умолк, бледнея. Но всё-таки продолжил:
— Говорят, ее красота — дар духов гор. Кто знает, какие силы ее защищают?
На лице Валтара читались одновременно и злость, и удивление: «Что это с ним? Что-то связывает Эдмунда с Лираэль? Надо выяснить... Но не сейчас». Сейчас он обдумывал предложение Морганы: «Да, умна девка».
Моргана наклонилась к Валтару и произнесла шепотом:
— Но есть иной путь. Наследник, Таврин… Он молод... Если Кальяра подчинит его вместо отца, мы поставим марионетку на трон. А после — устраним и Эльдара, и Лираэль. Народ примет Таврина как законного правителя.
Эдмунт продолжал возражать, и это не укрылось от внимания Валтара:
— Вы играете с демонами! Ведьмы не прощают долгов. Кальяра может обратить чары против нас. Или потребует Эльдарин себе! Вы видели, что стало с королевством Илтарион после договора с колдуньей? Теперь это болото, кишащее тварями…
Внимательно и молча слушавший до сих пор, Валтар хлопнул ладонью по столу, в его чёрных глазах горела решимость:
— Довольно! Вы трусливы, как щенки! — Валтар взял кубок и выпил элексир, скривившись. — Пиши Кальяре, Моргана. Пусть требует любую цену — золото, рабов, моего первенца… И пусть явится до полнолуния. А ты, Эдмунд, приготовь яд для королевы. Медленный, незаметный. Если потерпим неудачу…— Он ухмыльнулся, — твоя голова успокоит народ Эльдарина.
Все замерли, лишь Моргана встала, низко кланяясь:
— Мудрое решение, ваше величество. Но что, если ведьма откажется?
Валтар, выходя из зала, бросил ей через плечо:
— Тогда найди другую. Или стань ведьмой сама. Мне все равно. Эльдарин будет моим.
Зал опустел, лишь за столом осталась одна неподвижная, недоуменная фигура:
— Это конец, — прошептал сам себе Эдмунд. — Мы развязали бурю, которую не сможем контролировать. Или буря поглотит нас первыми.