Ветер перемен , книга вторая

Глава десятая, продолжение

— О чём ты думаешь? — очнулся я от голоса Габи. — Я сказала что-то неприличное?

— Ну что ты, солнце моё! — улыбнулся я. — Неприличность и ты — вещи несовместимые! Я тебе уже говорил, что всё, что ты говоришь и делаешь, мне очень нравится. Просто ты сказала, что у тебя мурашки бегают от моего взгляда, а у меня только от одной мысли о тебе целые табуны бегемотов гоняются друг за другом по всему телу!

Габи счастливо засмеялась.

— Значит, мне можно так делать?

— Как будто если я скажу «нет», ты перестанешь! — усмехнулся я.

— Конечно! — серьёзно ответила Габи. — Я это делаю, потому что чувствую: тебе это нравится так же, как и мне. Но если бы это было тебе неприятно, я ни за что так себя не вела!

Однако она оказалась не такой наивной и ничего не замечающей девчонкой, как может показаться из-за её бесшабашного поведения.

— А как ты это чувствуешь, Габи? Мне правда интересно!

— Не знаю, — пожала она плечиками. — У меня эти слова, от которых у тебя вспыхивает огонь, как-то сами получаются! Я ещё не успею подумать, а уже сказала. Сначала боялась, что ты можешь обидеться, но ты ещё сильнее начинал меня обнимать и всё остальное, и я поняла, что это хорошо — перестала бояться.

— Ну да, в этом вся женская сущность. Женщина создана для того, чтобы не давать мужчине закиснуть, опустить крылья. Она должна постоянно тормошить его, воодушевлять на подвиги и великие свершения. Для этого ей дана сексуальная энергия, с помощью которой она разжигает огонь в душе мужчины, и тогда он готов горы свернуть ради любимой. Но, к сожалению, многие женщины не понимают своей роли. Они думают, что должны всячески тормошить мужчину, и начинают донимать его всеми доступными средствами. А так как духовный и интеллектуальный уровень у них низкий, кроме скандалов и вечного недовольства они придумать ничего не могут.

— Как интересно! Я никогда об этом не думала! — Габи широко раскрыла глаза.

— Об этом вообще очень мало кто думает, солнце моё! — вздохнул я. — Поэтому так много семейных трагедий и разводов. А чего это мы на такие серьёзные темы разговариваем? — остановил я себя. — Пришли в ресторан праздновать свободу, а говорим о проблемах семьи!

— А мне кажется, это очень важные проблемы, — задумчиво сказала Габи. — И ты столько нового говоришь...

— Если хочешь, мы можем об этом подробно поговорить и не раз, — согласился я. — Только в другой обстановке. Я бы хотел, чтобы ты сидела рядом, а не через стол. Чтобы я тебя обнимал — тогда мне легче будет найти правильные слова, а ты получишь намного больше своих любимых мурашек!

Габи тихо засмеялась и сжала мои ладони. Я поднял её пальчики к губам и поцеловал по одному.

В этот момент официант принес в серебряном ведерке со льдом бутылку советского шампанского. Короткий хлопок — и пузырящаяся жидкость льётся в бокалы из тонкого стекла.

— Guten appetite! — наклонил голову парень, посмотрел на Габи и удалился.

— Уууу, а он, кажется, на тебя запал! — сказал я, поднимая бокал.

— Запал? — повторила Габи незнакомое слово. — А что это значит?

— Это значит, что он пал к твоим ногам!

Габи замирает на мгновение, заглядывает под стол и разочарованно говорит:

— Нет там никого! Он просто ушёл!

Мы смеёмся. Я говорю:

— Габи, солнышко моё, я хочу выпить за тебя! Я уже говорил тебе, но хочу ещё раз повторить: я счастлив, что ты есть на свете! И безумно счастлив, что ты со мной. Надеюсь, ты испытываешь ко мне такие же чувства, какие я испытываю к тебе. Я раньше просто не знал, что можно так любить. А теперь я это чувствую. Спасибо тебе!

Габи порывисто наклонилась через стол и прильнула к моим губам.

— Я тебя люблю! — прошептала она, глядя на меня влажными глазами.

Мы выпили по чуть-чуть, и Габи, ойкнув, тихо икнула, прикрыв рот ладошкой.

— Эти пузырьки!.. — смущённо сказала она.

— Даже в этом мы с тобой совпадаем! — улыбнулся я. — Мне они тоже всегда в нос бьют!

Со стороны сцены донеслись чуть слышные звуки рояля. Молодой парень играл что-то в стиле лёгкого джаза.

— А неплохо играет! — заметил я. — Хоть я и не знаток джаза.

— А мне больше понравилось, когда ты играл у нас дома родителям разные мелодии. - Габи сквозь бокал посмотрела на меня и отпила немного. — Эта музыка слишком абстрактная. Посмотри, публику совсем она не заинтересовала.

И действительно, народ продолжал пить, есть и разговаривать. Никто даже не повернул головы.

— Да, кажется ты права, — согласился я. — Для такой музыки нужна некоторая подготовка.

Наконец принесли наш заказ. Я вдруг почувствовал, что ужасно проголодался. Нужно следить, чтобы невзначай не перейти на солдатский норматив поглощения пищи.

Шницель, как я и ожидал, был божественно вкусным! Иного просто не могло быть! Это я помнил ещё по прошлой жизни. Габи разбиралась со своим салатом.

— И что там? — спросил я. — Ни один краб не отстал от собратьев?

— Нет, но салат очень вкусный!

Так, периодически прикладываясь к шампанскому мы и расправились со своими блюдами.

— А тебе не мало будет салата, солнце моё? Может ещё закажем тебе чего-нибудь?

—Нет, тогда я не дойду до дома! — отказалась Габи.

— Тогда десерт?

Я уже собрался подозвать официанта, но в этот момент заиграла группа. Мы как-то и не заметили, когда они подошли.

При первых звуках мы с Габи удивлённо уставились друг на друга. Аккордеон заиграл знакомое вступление и патлатый парень запел

Heute hab ich dir gebracht

Shöne Blumen in der Nacht

Народ в ресторане сразу оживился, задвигались стулья и посетители стали поворачиваться лицом к эстраде. По всему было видно, что песню слышат не впервые. И действительно, когда дело дошло до припева, весь ресторан запел:

Karl- Marx-Stadt, Karl- Marx-Stadt

Du bist die Stadt roter Blumen

— Вот она, народная любовь! — засмеялся я. — Я же говорил, что песня станет популярной!