Ветер пыльных дорог

Глава 5. Отречение

Глава 5. Отречение

Когда прибыл гонец из Виндзора, Эдмон Марильяк завтракал в столовой. Было около шести часов утра, и любой гость в такое время вызвал бы удивление. Но Эдмон не сильно удивился: может, Аньес что-то натворила. Оставалось надеяться, что ничего особенно страшного.

— Проведи его сюда, — сказал он экономке и вздохнул.

Оставив незаконченный завтрак, Эдмон встал, подошёл к окну и выглянул на улицу. Целую ночь лил дождь, и улица украсилась лужами. Эдмон подумал, что дороги наверняка размыты, но тем не менее не собирался отказывать себе в утренней верховой прогулке. Только получит весть от гонца — и можно отправляться.

— Сэр Марильяк, — поклонился гонец, когда вошёл. — Срочное послание от Его Величества.

Он протянул Эдмону письмо с королевской печатью.

— Мне приказано сопровождать вас в Виндзор, — добавил он.

— Сопровождать? Приказано? — переспросил Эдмон. — Полагаю, я не имею возможности отказаться?

— Нет, не имеете, сэр.

Гонец стоял по струнке, взгляд направлен прямо на Эдмона, и лицо ничего не выражает. Если он что-то и знает, вряд ли выдаст ему, начни Эдмон расспрашивать.

Его гложило предчувствие, что это как-то связано с назревающим мятежом. Заговор баронов уже не был чем-то призрачным, и скоро произойдёт восстание, в этом он был уверен. Королю в любом случае нужны такие люди, как он, — преданные и умелые. Так почему же тогда всё выглядит так, будто его хотят заточить в темницу?.. Снова кольнуло подозрение, что, возможно, дело в другом — в Аньес.

Сломав печать, Эдмон развернул пергаментный лист, исписанный красивым каллиграфическим почерком. Не иначе, как за Его Величество поработал писец. Послание содержало следующее:

«Любезный сэр Марильяк,

Этой ночью случились непредвиденные обстоятельства, которые требуют Вашего немедленного присутствия. Просим Вас немедленно прибыть к Нам в Наш замок Виндзор для обсуждения дел не только государственной важности, но в большей мере важности личностной.

Его Величество, король Англии и герцог Аквитании»

Эдмон нахмурился. Письмо совсем не приоткрыло завесы тайны, а только больше заинтриговало его. Какие непредвиденные обстоятельства могли случиться? Да ещё и личностная важность... В одном он уверился точно: здесь как-то замешана его дочь.

— Если вы будете меня сопровождать, — обратился он к ожидавшему ответа гонцу, — то прошу подождать меня здесь. Я скоро вернусь.

Гонец кивнул, и Эдмон пошёл наверх. Одев один из своих самых лучших сюрко — как-никак предстоит личная встреча с самим королём! — Эдмон, не теряя более ни минуты, спустился вниз.

— Идёмте, — сказал он гонцу.

Эта утренняя прогулка, конечно, будет отличаться от предыдущих, думал Эдмон, садясь на своего коня. Обычно он ездил верхом только в Хэмпстед-Хите [1] и не более получаса, к тому же такие прогулки не представляли собой опасность. Хотя с чего бы вдруг встреча с королём могла быть опасной для него? «А с того, — хмуро ответил он себе, — что Аньес несомненно что-то натворила, и это коснётся меня». Но если дело настолько важное, и Аньес в самом деле провинилась, то что сейчас с ней?.. Эдмон переживал за дочь.

По прибытии в резиденцию Эдмона провели в королевские апартаменты. Перед ним открыли двери стражники, а в кабинет короля его пригласил камергер Луис Альдиго.

Его Величество вальяжно сидел в кресле и лениво пролистывал какие-то бумаги. На вошедшего король Джон даже не взглянул, продолжая заниматься своими делами. Эдмон стоял у дверей минут пять, ожидая пока на него обратят внимание, когда, наконец, король поднял голову и в упор посмотрел на посетителя.

— Вы приехали. Мы этому рады, — медленно проговорил он. — Хотите увидеть свою дочь?

— Конечно, — осторожно сказал Эдмон. — Но для начала я бы хотел узнать, почему Ваше Величество столь срочно меня вызвали.

Джон повертел в руках лист пергамента, а потом вдруг спросил:

— Знаете, что это?

— Что именно? — не понял Эдмон.

— То, что мы держим в руке?

— Не имею понятия, Ваше Величество.

— Конечно, конечно... — пробормотал Джон, утыкаясь взглядом в строки исписанного листа и внимательно читая.

Эдмон вздохнул, приготовившись к ожиданию. Хоть бы присесть предложил! Бросив взгляд на короля, он скривился. Да, Эдмон был предан английскому королю, но только из-за памяти к его отцу и брату — истинным и великим правителям Англии. Этот же отпрыск Плантагенетов [2] был никчёмным предводителем, и глубоко внутри Эдмон симпатизировал именно мятежникам. Лучше будет, когда, наконец, сменится правитель! За те шестнадцать лет, что Джон сидел на троне, страна видела одни только бедствия.

— Папа Иннокентий написал нам, уверяя, что мы всегда можем на него положиться. — Он снова замолчал. Это уже начинало давить Эдмону на нервы. До сих пор было не ясно, чего же он от него хочет. — Как вы думаете, можно ли ему верить?

— Разве я могу советовать, когда вы лучше меня знакомы с Его Святейшеством? — застигнутый врасплох, отозвался Эдмон.

— Разумеется, нет, — криво усмехнулся король. — Впрочем, ничего другого нам не остаётся... Сегодня пришло известие из Нортемптона [3]. Бароны подступили к стенам города. Донесения были правдивы: около месяца они строили планы в Брэкли [4], и вот теперь решились. Сегодня же наши подозрения оправдались: мы поняли, что в замке есть те, кто поддерживает мятежников. Большинство из них ускользнули ещё позавчера, некоторые вчера. — Немного помолчав, он добавил: — А некоторые умудрились сбежать ночью.