Ветер с Северного моря

Глава 20

Начало сентября радовало все еще теплым, едва ли ни летним, теплом и спокойствием: не было ни сильного ветра, ни ледяного бриза, лишь ласковое, приятное дуновение с моря, доносившееся до дома через лес.

Мисс Энн Хопс, одетая в элегантный наряд для прогулок, с удивлением и восхищением осматривала Мидскуг-Манор, куда пригласила ее миссис Нордстранд. Да, Хелен все же сдержала свое слово, и сейчас была рада тому, что смогла преодолеть свои сомнения: мисс Хопс была именно той девушкой, которую Хелен желала бы иметь в подругах… Как когда-то Мэри… Увы, с Мэри отношения были разорваны так же быстро, как и завязались, поэтому с Энн Хелен была крайне осторожной и прятала свои все еще недобитые скрытые мысли о классе буржуа глубоко в своей душе.

Мисс Хопс была на шесть лет моложе своей новой подруги, но разницы между ними не было: ни в уме, ни в начитанности, ни в элегантности. И хотя Хелен хотелось бы чувствовать свое первенство перед Энн по гордости происхождения, она решительно прогоняла эту мысль. Хелен помнила то, как ей нравилось играть в Эмму, но она также не забывала, куда привели ее и Мэри Блаквэлл ее прошлая самонадеянность и уверенность в своей мудрости. Нет, с Энн Хопс, дала себе словно миссис Нордстранд, ее будет связывать равная дружба, которая принесет ей новые, яркие впечатления.

Но Хелен не торопилась открывать мисс Хопс свои личные мысли и просить о том же гостью – сперва им следовало сблизиться, понять и принять недостатки друг друга, и уже после этого делиться сокровенными мыслями и даже тайнами. К счастью, Энн была такого же мнения, поэтому первый визит мисс Хопс в Мидскуг-Манор ограничился прогулкой по огромному саду, чаепитием и обсуждением все того же мистера Дарси. После этой удачной прогулки, Энн и Хелен пили чай три раза в неделю в доме последней. Младшая сестра Энн Джулия, миловидная девица двадцати лет, также была приглашена, и она также присоединялась к обсуждению книг, правда, намного реже Энн, потому что у нее имелся свой тесный кружок подруг, в котором она была очень популярна. Энн же была подобна Хелен: сдержана, порой молчалива, серьезна… Порой Хелен не могла избавиться от мысли, что старшие девицы Хопс были подобны ей и Луизе… Однако между сестрами Хопс не было холода – они любили друг друга и держались друг за друга, как мисс Элизабет и Джейн Беннет…

«Как ей повезло – иметь такую сестру, как мисс Джулия. Моя собственная сестра отторгает меня, и я никогда больше не почувствую ее любви и заботы,» – иногда думала Хелен, наблюдая за тем, как девицы Хопс, сидящие напротив нее, подтрунивали друг над другом, улыбались друг другу и пожимали ладони… Хелен завидовала им, но это была белая зависть, смешанная с радостью за то, что Энн, успевшая стать ей близкой подругой, была благословлена любящей сестрой, любящей матерью, острым умом и приятным, добрым характером.

Письмо-приглашение Луизе так и не было написано: у Хелен не было на это времени. А возможно, желания. Но, вспоминая о Луизе, она успокаивала себя тем, что ее сестре явно не до провождения времени в глуши, да и ведь скоро состоится бал… Ах, сколько всего нужно устроить и решить! Времени так мало, а хлопот просто не счесть… Нет, у нее не имеется ни одной лишней минуты написать Луизе. Правда, писать письма отцу и брату она не забывала и делала это регулярно – и между ними велась живая переписка. Также Хелен вела переписку с Вивиан – пусть довольно редкую, но подробную.

Вивиан провела это лето в Лондоне, но ни разу не написала о том, что встретила там Луизу или миссис Валент, а когда Хелен, в своем письме, спросила об этом сама, герцогиня коротко написала, что помнит Луизу… Едва-едва. «Красивая девушка, хорошо танцует. Я слыхала, она весьма преуспевает в флирте. В наших кругах шепчутся, что твоя сестра нещадно топчет мужские сердца, но сама отдала свое одному молодому виконту,» – так описала Вивиан успешную дебютантку прошедшего Сезона мисс Валент. Вышла ли Луиза за своего виконта – Вивиан не располагала информацией об этом, однако из последнего письма отца, Хелен поняла, что ее младшая сестра все так же ходит в девицах, и что ее виконт почему-то не спешит сделать ее своей супругой… Но Луиза была так далеко, и Хелен была так увлечена своими чаепитиями с Энн, а также подготовкой бала, что о своей сестре миссис Нордстранд вспоминала крайне редко.

Отношения Хелен с мужем оставались такими же уважительными: он занимался своими делами, она – своими, но каждую возможную ночь они проводили вместе. Трезвые. К сожалению, беременность не наступала, даже после месяцев брака и страстных ночей, и Хелен начала чувствовать страх… Который, все же, быстро забывался, ведь ее ждал ее первый собственный бал, на котором хозяйкой будет лишь она, в своем доме, рядом со своим красивым мужем.

– Не имеется ли у твоего мужа брата? – наигранно вздохнула Энн.

Подруги гуляли по саду Мидскуг-Манор и кутались в свои пальто-рединготы: первое воскресение октября было просто ледяным, но это не остановило их от возможности размять ноги после долгого сидения на церковной службе и в карете (после которой Бьорн-Магнэ тут же укрылся в своей мастерской). Они медленным шагом приблизились к норвежским яблоням и переглянулись: плоды были спелыми и красными, а животы Хелен и Энн были довольно пустыми после церкви…

Хелен решительно сорвала одно из яблок и приблизила его к носу.

– Как приятно пахнет… Осенью, – тихо сказала она себе под нос. – Не желаешь ли корзину этих яблонь, Энн? – обратилась она к мисс Хопс, с которой уже несколько дней они общались на «ты».

– Не рассердится ли твой муж? – со смехом ответила на это Энн.