Ветер с Северного моря

Глава 37

– Что вы думаете о мистере Блаквэлле? – поинтересовалась Хелен у мужа, когда они, под руку, прогуливались по их небольшому саду позади особняка. Ей было необходимо мнение мужа, и то, что он скажет, будет иметь цену и важность.

Утро было погожим и теплым, и было так приятно вдыхать аромат цветов и слушать шелест зеленой, полной жизни листвы высоких, немногочисленных, но все же дававших приятную, довольно плотную тень деревьев. На Хелен было надето скромное утреннее платье, которое она все же скрыла под легкой летней накидкой. Ее ладонь, спрятанная под тонкой бежевой перчаткой, покоилась на локте ее супруга.

Это утро, близость Бьорна-Магнэ и воспоминание о проведенной ночи в его страстных объятиях, заставляли Хелен улыбаться и не верить своему счастью. Но она все же имела свои сомнения: была ли эта ночь праздником мира, или просто временным перемирием? Она попросила у него прощения… А ведь еще вчера утром она была уверена в том, что никогда не произнесет эти слова, что они не нужны, что они лишние. Но оказалось, что те слова были именно тем, что желал услышать от нее муж. И ведь он тоже просил у нее прощения за то, что так трусливо, как юнец, сбежал от конфликта с ней и ее матерью в Лондон… Значит, все же между ними настал мир… Но как она может быть уверенной в этом?

– Мистер Блаквэлл слишком быстр в своих решениях и весьма импульсивен. Но, как ни странно, его торговый бизнес от этого только процветает. Я нашел его надежным, верным человеком, – ответил Бьорн-Магнэ. – Приятно видеть, что его и миссис Сольер связывают такие теплые отношения. Но что же вы и ваша сестра? Она здесь, в Лондоне. Я ни разу не беседовал с ней, но наслышан о ней. Не желаете ли нанести ей визит?

– К сожалению, мои отношения с Луизой далеки от той благодати, что царит между Мэри и ее братом, – чуть насмешливо сказала на это Хелен. – Поверьте мне, у меня нет желания встречать ее, а у нее – встречать меня.

– Расскажите мне, что стало причиной такой сестринской нелюбви? – с удивлением спросил Бьорн-Магнэ, взглянув на жену.

– Моя сестра очень схожа по характеру с моей матерью, и из-за нее я пролила много глупых слез, – тихо сказала Хелен и поморщилась от больных воспоминаний. – Но теперь ваша очередь открыться мне насчет вашей холодности к вашей сестре.

– Вибеке старше меня на пять лет. Она рано вышла замуж за богатого местного буржуа, промышляющего продажей леса. Наши родители умерли одновременно: утонули при кораблекрушении. Позвольте, я не буду вдаваться в подробности их смерти и похорон, – начал свой рассказ Бьорн-Магнэ, и Хелен заметила на его лице тень и проскользнувшую по нему боль. – В тот день мне было пятнадцать лет, и я, как сын, был наследником моего отца. Я должен был унаследовать его верфь и весь его кораблестроительный бизнес… Здесь я хочу подчеркнуть, Хелен, что я безумно люблю море и корабли. Я не могу жить без них. Но мне было пятнадцать, и я был несовершеннолетним, поэтому Вибеке и ее муж стали моими опекунами и могли распоряжаться за меня моим наследием и бизнесом. Не могу жаловаться: они дали мне прекрасное образование, я мог беспрепятственно проводить дни на верфи, но я с нетерпением ждал того дня, когда стану совершеннолетним и свободным хозяином верфи. К сожалению, мужу Вибеке тоже понравилось быть хозяином верфи, и он не желал отдавать мне то, что принадлежало мне по праву. Это был долгий, изнурительный бой, на который я потратил много денег и душевных сил. Когда все это началось, я был рад тому, что имею на своей стороне мою старшую сестру, но как я ошибся – она поддержала не меня, а своего мужа, который пытался лишить меня моей верфи. В тот день она сказала, что я слишком молод, чтобы нести на моих плечах такую ответственность. Наши пути с Вибеке разошлись в тот самый день. Два года судебных заседаний. Два года бессильной ярости и понимания, что я остался совершенно один в этом мире.

Хелен машинально сжала локоть мужа крепче: наконец-то… Наконец-то он делится с ней своим прошлым! Целый год он не позволял ей заглянуть в это его прошлое, но сейчас он доверяет ей. Доверяет ей свою боль. Слушая его рассказ, который он вел спокойным тоном, Хелен чувствовала, как с каждой секундой наполняется злостью к Вибеке. Но не только злостью к сестре брата, которая предала его, но и к тому, как она посмела приехать сюда и находиться здесь, в их особняке!

– Ваша сестра поступила очень жестоко по отношению к вам, – тихо сказала Хелен и покачала головой: – Чем же мы так провинились перед Господом, что он дал нам таких сестер? Но ведь при этом со мной всегда был мой любящий отец, а вам пришлось стоять в этом шторме совершенно одному.

«Должно быть, поэтому он стал таким закрытым и кажется довольно бесчувственным. У него есть чувства, но он так успешно скрывает их!» – подумала Хелен. Она представила Бьорна-Магнэ восемнадцатилетним юношей, стоящим у могилы, со слезами в глазах… И он был таким одиноким и израненным…

Глаза Хелен повлажнели.

– Но я не пойму: если Вибеке так поступила с вами, и, если ваши пути давно разошлись, почему вы приняли ее в ваш дом? Зачем она приехала? Почему вы позволили ей остаться? – все-таки твердо спросила она.

Так это из-за Вибеке он сбежал в Англию!

– Потому что пять лет назад она стала вдовой. Ее дети на тот момент были довольно маленькими, и им требовалась отцовская забота. Я простил мою сестру, и мы уже пять лет… Нет, уже шесть, имеет довольно сносные отношения. Но она приехала без приглашения. Она узнала, что я женился. На вас, – спокойно сказал Бьорн-Магнэ.

– Я думала, что она все еще замужем? Но мне печально слышать, что ваши племянники остались без отца. И все же она весьма недовольна вашим выбором супруги, – понимающе кивнула Хелен. – Моя не фарфоровая кожа ей по нраву, и она высказала мне это честно и прямо в лицо.