Ветер в ладонях

Глава пятая

Перелет оказался утомительным, в аэропорту Энн купила одноразовый телефон. Пальцы буквально отказывались набирать номер, который был вбит навсегда у нее в подкорке. Энн звонила Тому и одновременно хотела, чтобы он взял трубку, и не хотела этого. Она нервно отсчитывала в голове гудки, гадая, как в детстве, после которого он возьмет трубку. Он всегда ждал практически до последнего гудка.

- Алло, кто это?

Голос был как всегда хриплый, почти полустертый из ее памяти, но все еще вызывающий холодные мурашки.

- Это Энн, Том, Энн Дейт.

В трубке повисло молчание.

- Ну что же, Энн, ты бы мне не позвонила, если бы плотно не сидела в какой-то невообразимой жопе.

- Я по уши в дерьме, Том, и мне необходима твоя помощь.

- Моя помощь все еще стоит дохера бабла.

- Деньги не проблема, больше для меня не проблема, это не телефонный разговор.

- Что ж, - Том помолчал несколько секунд, - приходи в «Принца Альфреда», зайди с правого входа, садись за угловой столик и закажи кружку «Гиннеса» светлого.

- Я в аэропорту, так что буду там через два часа.

- Окей, Энни-мэнни.

И он отключился. Энн повела плечами, давно ее никто не называл этим прозвищем. Нужно было спешить, Том не любил ждать.

***

В баре было как всегда шумно и многолюдно. Это место имело свою атмосферу и свою историю. Бар был открыт еще в 1863 году, он сохранил свои первоначальные черты, в том числе и оригинальные отгороженные уголки, в каждом из которых есть своя дверь на улицу. Поэтому именно этот бар выбирал для своих встреч Том, разделенные деревянными перегородками кабинки с выходами на улицу отлично подходили для укромных бесед и способствовали тому, чтобы незаметно уйти, если нависала опасность.

Том был человеком из прошлой жизни Энн. Он был самым отъявленным вором и самым большим любителем кокаина из всех людей, что она знала. Они познакомили в самый тяжелы период ее жизни. Зависали вместе, вместе воровали еду и магазинов и вместе обкуривались марихуаной. Энн было 19, а ему 25. Энн пыталась забыть свою любовь, а он уже не мог жить другой жизнью. Именно с ним она впервые познала всю «прелесть» уличной романтики, они скитались по притонам, они катились на дно и они сходили с ума друг по другу. Пока в какой-то момент Энн не поняла, что ее зависимость становится реально угрозой, пока она не узнала, что Том стал продавать наркоту, а потом и серьезно воровать, а потом и шпионить. Он попал на крючок к одним влиятельным людям, а Энн вытащили другие влиятельные люди. Они были токсичны друг для друга. Как только они оказывались вдвоем, то начинали искать дозу, чего угодно, и чем больше, тем лучше. Быть вместе на трезвую они не могли, ощущения были не те, были только волны раздражения и бесконечный вопрос в глазах: «Сколько еще мы протянем?» Но была в Томе одна черта, которая перебивала много – он всегда ее выручал.

Энн не видела Тома много лет. Пыталась вспомнить, ка он выглядит, но в памяти всплывали лишь потрепанные синие «Конверсы», широкая улыбка и вечно торчащие во все стороны волосы. Картинка дробилась. Она столько пыталась выкинуть это из своей головы, что практически смогла забыть все, действительно забыть. Чертова лечебная амнезия. Вспоминать было больно.

Энн задумчиво вертела в руках пинту «Гиннеса», когда за столик к ней подсел высокий мужчина, в костюме, с дорогими часами на руке. Энн медленно подняла глаза и увидела улыбку. Ту самую улыбку из своей памяти, но как будто приклеенную к другому человеку.

- Том? – на выдохе, нервно, не веряще, произнесла она.

- Да, Энни-мэнни, это я. Я тебя почти не узнаю. Твои волосы стали определенно чернее и короче, чем огда-либо, - он усмехнулся, - да и осталась от тебя половина. Ты такая тощая, какой никогда не была, даже, когда мы питались черт знает чем.

- Жизнь помотала. Но ты изменился намного больше меня, где твои «Конверсы» и драные майки?

- Мне теперь не солидно такое носить, все-таки мне уже давно не 20, - он вздохнул, - хотя, иногда мне все-таки приходится их надевать. Но мы с тобой пришли не былые деньки вспоминать. Говори, что тебе нужно.

- Мне нужно, чтобы ты установил, есть ли за мной слежка, и если да, то кто эти люди.

Том задумчиво провел пальцами по подбородку.

- Задача ясна, но мне нужны подробности. И я в курсе, под чьим крылом ты трешься и чей хеб ешь с рук, Энн, так что без увиливаний.

- Пробил уже?

- Я никогда не терял тебя из виду. Все-таки ты мне почти как сестра.

Энн подняла бровь.

- Ну, сводная сестра, - уточнил, улыбнувшись, Том.

Энн расхохоталась.

- Ладно, расскажу тебе, что смогу, но берегись - история получится долгой.

Они проговорили в баре почти два часа. Том вытянул из нее практически все, но при этом сам отчаянно уходил от ответов на вопросы о себе. Сказал лишь, что он по-прежнему решает проблемы людей, которые готовы ему платить. И сказал, что уже 3 года чист. Энн была рада этому. Она в тайне боялась, что Том все-таки умрет от передоза. Они договорились, что они встретятся на этом же месте через пару дней.

***

Эти пару дней прошли для Энн практически как в аду. Она нервничала, сестра с ней не разговаривала, босс не отвечал на звонки и, словно вишенка на торте, позвонил Эрик.

Звонил незнакомы номер, Энн долго решала брать или не брать трубку, но это мог оказаться босс и мало ли кто еще.

- Алло.

- Ну здравствуй, Николь.

Энн услышала далекий, заплетающийся голос Эрика. Он явно был сильно пьян. Энн судорожно начала думать, как его отшить, ее телефон наверняка был на прошлуше. Сменить номер она не могла, это сразу бы вызвало подозрения, а пока она не знала раскладку сил нужно было делать вид, что она совершенно ни о чем не догадывается.