Ветка шиповника. Штампованый дамский роман.

Вступление

Юная Кэтрин Маккензи никогда не задумывалась о своей привлекательности. В детстве старший брат дразнил ее Рыжиком, а тетка Джорджиана всякий раз вздыхала: девушку с веснушками трудно будет удачно выдать замуж - в моде ослепительно-белая кожа безо всяких изъянов. Кэтти все эти рассуждения пропускала мимо ушей, ее мир состоял из возни с котятами и щенками, верховых поездок на самом строптивом жеребце из дядиной конюшни и ночных бдений в библиотеке дяди Джеймса. Тетка Джорджиана ворчала: растет настоящая дикарка – носится по окрестным холмам на своем гнедом дьяволе, читает неприличные для юной девицы книги философов-еретиков, играет с детьми арендаторов! И это вместо уроков танцев и занятий рукоделием, подобающих благородной леди! Куда только смотрит Джеймс, ведь Кэтрин и Колин – дети его покойного брата. А одежда! Разве пристало благовоспитанной девушке ездить верхом в мужском костюме вместо амазонки, да еще и в мужском седле!? И ничто так не украшает юную деву, как рюши, бантики и кружева, а Кэтрин их терпеть не может. Она и за волосами-то ухаживать не любит. Зачастую, хвост Коралла расчесан лучше, чем копна ее собственных темно-рыжих густых волос. И, скажите на милость, прилично ли так громко смеяться молодой особе, показывая всем белоснежные зубы, нимало не смущаясь присутствием гостей. А ведь среди этих гостей, по меньшей мере, трое молодых людей могли бы составить великолепную партию для почти нищей бесприданницы-сироты. Воистину, Джеймс слишком балует свою непутевую племянницу в ущерб собственным дочерям. Вот Анна и Эльвира – настоящие леди. Девочки имеют безукоризненные манеры, умеют вышивать гладью, изящно танцуют, могут поддержать светскую беседу. И музицируют, недурно поют, не то, что эта сорвиголова, которая и свой талант художника не в грош не ставит, а уроками музыки откровенно пренебрегает. Умение рисовать – единственное достоинство, которое миссис Джеймс Маккензи признавала за своей непутевой племянницей. Да и то, нет бы рисовать нежные полевые цветочки или перерисовывать головки ангелочков из специальной книги для рисующих леди, а потом изображать их в альбомах подружек, так эта негодница пытается делать иллюстрации к «Илиаде» и «Хроникам» Шекспира. И интересуют ее отнюдь не любовь Париса и Елены, а кровавые сражения! О времена, о нравы! Да и чего ожидать от дочери какой-то безродной девки? Подумаешь, дочь священника. Сумела как-то охмурить Эдварда, непутевого младшего братца Джеймса. А тот возьми да погибни в далекой Индии во время сипайского восстания. Вдова, не успев оправиться от родов дочери, слегла с тяжелой мозговой горячкой, а через несколько дней четырехлетнего Колина и маленькую Кэт привезли в имение сэра Джеймса. По мнению миссис Джорджианы, участие мужа в судьбе племянников могло бы ограничиться помещением сирот в приют и выплатой приличного содержания до их совершеннолетия, но муж, искренне любивший младшего брата, рассудил иначе. С тех пор Кэтрин воспитывалась вместе с кузинами, а Колину по окончании колледжа был приобретен патент лейтенанта. Юноша рвался пойти по стопам отца. Джорджиана безмерно обрадовалась отъезду пылкого порывистого Колина в Индию, где был расквартирован его полк. Авось, там и сложит свою буйную голову, а негодная девчонка, оставшись без поддержки брата, немного присмиреет. Однако, придется ехать на зиму в Лондон. Девочкам давно пора выезжать, в глуши мало надежды найти подходящего жениха. Плохо только, что Джеймс настаивает и на поездке со всей семьей этой мерзавки, Кэтрин. А ведь придется тратиться на ее бальные наряды, чтобы никто не посмел сказать, что девушка одета хуже своих кузин. И на что, спрашивается, приличные платья и драгоценности этому недоразумению? Во что пень не наряди, все равно останется пнем. Джорджиана с ненавистью посмотрела в сторону ничего не подозревающей племянницы, увлеченно рассказывающей что-то Джеймсу Маккензи.

 

- Нет, дядя Джеймс, я уверена, что Монтень был абсолютно прав, когда говорил, что «Врач, впервые приступая к лечению своего пациента, должен делать это изящно, весело и с приятностью для больного; и никогда хмурый врач не преуспеет в своем ремесле». Вот посмотришь на нашего доктора Фрезера, и так и тянет улыбнуться в ответ. А вот у доктора Мэйсона такой тяжелый взгляд, вечно он чем-то недоволен, к нему лишний раз и обращаться неохота.

- Возможно ты и права, киска Кэт, - усмехнулся седовласый джентльмен. –Однако, не думаешь же ты, что общество готово к тому, чтобы доверить женщинам свои драгоценные жизни?

- Отчего бы нет, дядюшка Барсук? – девушка даже привстала со скамеечки у ног дяди, чтобы доказать свою правоту. – Разве мы, женщины, глупее мужчин? Я знаю и понимаю законы сэра Ньютона куда лучше Роберта Нейзли и нашего Джейми, и разве у меня не такие же руки, понятия, чувства, как у них?

- Ох, Джейми.. – дядя тяжело вздохнул. – Не трудно знать физику и математику лучше этого оболтуса.

- Мой кузен опять что-то натворил?

- Все то же – карточные долги и веселые попойки в обществе таких же болванов, как он, - лицо благородного джентльмена исказила гримаса страдания.

Кэтрин ласково погладила его по руке:

- Не волнуйтесь так, он еще образумится, надеюсь, - последнее слово девушка прошептала совсем тихо.

- Ты слишком добра, девочка. Но сейчас речь о тебе. По-прежнему настаиваешь, что хочешь получить медицинское образование в Кембридже?

- Да, дядюшка Барсук, если это не слишком дорого для тебя.

- Это самое малое, что я могу сделать для дочери моего дорогого Эдварда. Увы, я не могу выделить тебе крупного приданого, юридические формальности не позволяют этого сделать, но оплатить твое обучение в колледже и положить хотя бы две тысячи фунтов, не ущемляя прав моих наследников, я точно смогу. Клянусь привидениями Стоунхолла!

- Не надо так говорить, дядя Джеймс!- девушка сжала руку опекуна, умоляюще посмотрев на него.



Скорпион

Отредактировано: 07.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться