Ветка шиповника. Штампованый дамский роман.

***

Дорогой Колин!

Рада была получить от тебя пространное описание быта индийцев, их верований и обычаев. То, что ты пишешь, очень интересно и ужасно. Во всяком случае, я все больше убеждаюсь, что завоевывая новые колонии, мы вовсе не несем тамошним народам свет цивилизации, они прекрасно могли бы обойтись и без нашего вмешательства в их внутренние дела, а тем более, без голода, нищеты, болезней, опиума и военных конфликтов. Впрочем, голода, нищеты и болезней вполне хватает в разлюбезном отечестве. Я писала тебе, что познакомилась с семейством Смитов. Несколько раз побывала у них дома. Мать и пятеро детей живут в ужасающих условиях, конечно, я помогаю, чем могу, но в целом это проблемы не решит. Таких семей десятки тысяч, от безысходности люди пьют, курят опиум, женщины вынуждены идти на улицу, а дети – воровать. Хорошо бы снести трущобы, вылечить болезни, накормить голодных, дать работу родителям и школы детям, но, увы, никто не желает заниматься проблемами всерьез. Станем ли мы когда-нибудь по-настоящему цивилизованной страной?

Моя учеба потихоньку продвигается вперед. Позавчера произошло забавное происшествие: мы препарировали лягушек, и подопытная мисс Луизы Абрахамс сбежала от нее. Пришлось всей аудиторией ловить беглянку с полуотрезанной головой, было много визгу и шуму. Тетя Джорджиана постоянно шокируется и пытается упасть в обморок. То от моих чересчур натуралистических рассказов, то от позабытой на столике в гостиной книги по анатомии (подумать только, там изображен голый человек да еще с наполовину содранной кожей!), то от практики в госпитале (ведь я могу принести в дом заразу). Однако, дяде нравится моя болтовня, а я рада хоть немного развлечь его – в последнее время он слишком задумчив и печален. Полагаю, причина – наш, не к ночи будь помянут, бесподобный кузен. Он несколько раз бывал в доме, но еще чаще до нас доносятся отголоски рассказов о его «подвигах» в самых злачных местах города. Просто чудо, что перед особняком еще не выстроилась очередь из совращенных им девиц и побитых в пьяных драках юнцов. Пока же дядя исправно оплачивает карточные долги, счета от портных и ювелиров, но, боюсь, даже его олимпийскому спокойствию придет конец. Тетя Джорджиана смотрит на «шалости милого мальчика» весьма снисходительно и куда больше озабочена поисками кавалеров и женихов для наших кузин. Тем более, что в начале Большого Сезона Анна должна быть представлена при дворе. Теперь у нее есть весьма содержательное занятие – научиться делать глубокий поклон, не запутавшись в двенадцатиярдовом шлейфе. Хорошо, что мне не надо будет проходить через это испытание. Я не собираюсь танцевать на придворных балах, а мое положение бесприданницы имеет свои преимущества. Тетушка всячески прячет меня и мои занятия от своих светских знакомых. По официальной версии, я усовершенствую свой французский и рисование в каком-то закрытом пансионе для юных одаренных особ.

Милый Колин, ты очень мало пишешь о своем быте. Как ты нашел индийскую кухню? Как переносишь жару? Ты катался на слонах? Интересно, я хорошо бы выглядела в сари? Говорят, на одно платье надо не менее шести ярдов ткани. Выходит, индийским женщинам не намного удобнее, чем английским. Повсюду диктат мужчин, у вас все самое интересное и удобное, а у нас одни докучливые обязанности и тоска смертная.

Буду заканчивать, дядя говорил, что к обеду у нас будут гости, придется напяливать на себя вечернее платье и вести пустые разговоры.

До свидания, братишка Дикобраз. Целую , твоя Кэт.