Ветка шиповника. Штампованый дамский роман.

***

- Могу я видеть сэра Ричарда Барнета? – стоящий перед Кэт мужчина был удручающе серьезен, застегнут на все пуговицы (в такой теплый весенний день!) и подчеркнуто вежлив.

- Да, сэр. Как о вас доложить?

- Простите, мисс, я несколько растерян и не представился, как положено. Солиситор конторы « Джонсон и сын», Уильям Теккер, поверенный в делах герцога Соммерси.

Если это растерянность, то как же выглядит собранность?!

- Прошу вас в гостиную, мистер Теккер. Ричард, к вам приехал ваш поверенный. Подать завтрак сюда? Полагаю, с дороги не повредит немного перекусить, мистер Теккер?

- Я завтракал в поезде, мисс…

- Маккензи.

- Так вот, я завтракал, благодарю вас. Мне бы хотелось обсудить некоторые вопросы с мистером Барнетом.

Ричард изогнул бровь: с мистером Барнетом, а не с герцогом Соммерси. Что происходит?

- Тогда, прошу вас, джентльмены, пройти в кабинет моего покойного дяди, наверху.

Кабинет мистера Маккензи, несомненно, располагал к деловым разговорам больше, чем любая комната в особняке. Ричард указал мистеру Теккеру на широкое, оббитое кожей, дубовое кресло, сам расположился напротив.

- Чем обязан, мистер Теккер?

- Прошу простить, если нарушил ваши планы, мистер Барнет, но я вынужден был потревожить вас в этом уединенном месте.

- Что-то неладно с моим наследством? Нашелся новый седьмой герцог Соммерси? Что же вы молчите, на вас это как-то непохоже, мистер Теккер.

- Вы удивительно проницательны, сэр. Я всегда признавал ваши несомненные достоинства и деловую хватку. Из вас получился бы великолепный юрист. Да, вы угадали, с прискорбием вынужден сообщить, что нашелся еще один претендент на титул и наследство. Он уверяет, что имеет больше прав. Документы будут тщательнейшим образом проверены, но пока идет расследование, вам придется воздержаться от пользования имуществом и титулом седьмого герцога Соммерси. Это не касается, естественно, вашего личного имущества и доходов с сыроварни. Вы сумели создать очень прибыльное предприятие, мои поздравления, сэр. Мне крайне жаль, мистер Барнет.

В голосе юриста прозвучали даже какие-то человеческие нотки.

- Благодарю вас, мистер Теккер. Мне придется на некоторое время покинуть Англию. Полагаю, к моему возвращению вопрос окончательно прояснится?

- Мои поздравления, сэр. Вы восприняли новость о возможной потере титула и наследства даже спокойнее, чем о вступлении в права наследования. За эти три года вы распорядились своим наследством с редкой рассудительностью, вы сумели даже преумножить доходы и свели траты к минимуму. Это редкие качества, сэр. Еще раз повторюсь, из вас вышел бы чудесный юрист.

- Спасибо, ваша оценка для меня крайне лестна. А теперь, когда ваша миссия выполнена, позвольте все же угостить вас местными деликатесами. В этом доме хорошая кухарка, а мисс Кэтрин готовит великолепные пирожки к чаю.

- Ричард, ваш поверенный привез неприятные известия?

- Не совсем, но мое положение несколько осложнится. Кэтрин, я буду вынужден завтра покинуть вас на некоторое время, полагаю, на два-три месяца.

- Но вы ведь вернетесь? Мне бы этого хотелось.

- Мне тоже. Последние две недели были едва ли не самыми счастливыми за все время моего пребывания в Англии.

- Мне тоже было очень хорошо с вами.

- Тогда, давайте и завершим эти счастливые дни так же приятно. Поедем, покатаемся по вашим любимым холмам, а вечером вы еще немного расскажите мне о своем брате. Кучер, поедешь с нами кататься?

Я что же совсем уж без понятия? Не могу же я все время возле них находиться, пускай сами теперь управляются, тут третий лишний…

Вот и все. Завтра он уедет отсюда, уедет в неизвестность. Впрочем, все к лучшему. Без титула и лишних денег прожить можно. Жаль, конечно, если сыроварню загубят и его чудесных коров заморят или пустят под нож, ну да будем надеяться, что новый герцог Соммерси не окажется последним олухом. Денег должно хватить на дорогу в Индию. Если распродать всякие ненужные мелочи и одежду, то хватит и на обратный путь и на поиски. Тем более, что у него отложено немного именно от доходов с сыроварни, это по праву его и находится на личном счету в банке, на имя гражданина США Ричарда Барнета. Хорошо, что Рене уже встал на ноги, а обучение Жанно оплачено на два года вперед…

Тихо скрипнула половица в коридоре, на пороге возникла стройная девичья фигурка в светлом пеньюаре. Свеча высвечивала тонкие пальцы, мягко вырисовывала черты лица, огромные, казавшиеся бездонными глаза, пушистые волосы…

- Вы? Кэт, милая!

- Я… я пришла, - просто сказала она.

Сердце подпрыгнуло, по телу прокатилась горячая волна.

- Вы не пожалеете после?

- Никогда. Что бы не случилось. И знайте, вам вовсе ни к чему что-то обещать мне. Я хочу, чтобы вы помнили обо мне светло и хорошо.

- Я постараюсь не причинить вам страданий.

- Вам это не удастся, только не вам…

Подойти к ней, взять за руки, прижать к себе, ощутить бешено колотящееся сердечко под тонкой тканью, прижаться еще крепче, уткнуться лицом в пушистые, пахнущие шиповником волосы, покрыть поцелуями виски, уши, плечи, приподнять низко склоненную головку, найти теплые податливые губы, раздвинуть их кончиком языка, приникнуть долгим поцелуем… Как кружится голова, сейчас в мире нет никого, кроме них, двоих, так было от века, и так будет всегда. Как податливо и нежно ее тело, она прижимается все теснее, все ближе, теперь главное сдержать себя, не испугать ее…

• он уедет. Завтра! Возможно, она больше никогда не увидит его, а он никогда не узнает о ее чувствах! Так не должно быть. Он просто созданы друг для друга, если она сейчас не пойдет к нему, то будет жалеть об этом всю жизнь. И зачем ей потом жизнь, если они больше не увидятся? Кэт накинула пеньюар, как удачно, что она сегодня вымыла волосы с лепестками шиповника. С отчаянно бьющимся сердцем она взяла свечу и вышла в коридор, скрипнула под ногами половица ( всегда скрипит в этом месте), на секунду зажмурилась и приоткрыла дверь в его спальню.