Видящая

Глава 2

     День сменялся днём. Очередной потрясающе красивый закат мирно опустился на землю. Сегодня он был не таким как я уже привыкла наблюдать, выходя на вечерний короткий променад. Ярче, волшебнее... С каждым пройденным днём пути, я всё больше привыкала к этому миру. Напряжение постепенно уходило. Я уже не вздрагивала от каждого шороха, ища опасность или подвох, привыкла к молчаливости "охраны" и монотонности окружающих пейзажей. И только великолепные закаты напоминали мне о чуждости этого мира. Жёлто - красные, сиренево - голубые, оранжевые с зеленью, то волнообразные, то пузырчатые по форме, снисходительно улыбаясь, они давали возможность собой любоваться, как бы запрещая лишним движением или звуком нарушать их волшебную красоту. Жгучее, отрезвляющее погружение в реальность, а не просто теория или чтение фэнтези, мир моей книги стал для меня откровением. Всё это слегка притупляло естественное любопытство и чувство самосохранения, отодвинув осознание предстоящей миссии.

     Сегодня сон пришёл ко мне незаметно, под мерное покачивание моего транспорта, растворяя окружающие звуки и принося блаженное умиротворение.

     Не знаю, что мне снилось, но проснулась я резко, словно от толчка. Глаза упёрлись в тёмное пятно, напротив. Чувство опасности затопило сознание, заставив в ужасе замереть на месте. В моём передвижном домике кто-то был. И этот некто нависал сейчас надо мной огромным жутким пятном. Кровь резко прилила в голову, крупной дрожью пройдясь по нервным окончаниям. Но закричать я не успела. Крупная рука в кожаной перчатке намертво запечатала мой рот. Почувствовав резкий рывок, я моментально оказалась в мощном захвате, краем глаза уловив перемещение собственного тела. Не зажигая световые лофы неизвестный одной рукой накинул на меня плащ, служащий мне одеялом в путешествии, затем бесшумно открыл дверь и вытащил наружу.

     На выходе рука злодея сдавила лицо с такой силой, что я замычала. Дыхание сбилось и из глаз брызнули слёзы, мешая разглядеть обстановку. Словно почувствовав, мужчина ослабил хватку и развернул меня лицом от себя. В свете огромной луны, перед моими глазами предстала воистину страшная картина. Весь лагерь представлял собой кровавое побоище, мрачное торжество смерти. На каждом метре каменистой земли лежало тело, животные и люди… много людей. Тела моей бывшей охраны с неестественно вывернутыми конечностями, мёртвые оборотни и маги, тихо стонущие полумёртвые цоришы, разруха и перевёрнутые повозки сопровождения. 
Окаменев от ужаса, я захлебнулась в беззвучном крике.

"Как я могла всё это пропустить? - Горло сдавило раскалённым обручем. - Магия или сон-трава? Горьковатый взвар на вчерашнем ужине... И если это так, то это... предательство."

- Забирайте. - Глухо сказал знакомый голос одного из моих "охранников", сбив мои внутренние рассуждения.

      Злодей убрал руку с моего многострадального лица и на мгновение почувствовав свободу, я смогла сделать резкий судорожный вдох. Громко звякнул мешочек с монетами, любезно перекинутый моему "тюремщику", и я увидела перед собой самую уродливую рябую морду, из всех, когда - либо виденных мною в жизни. Протянув ко мне огромные руки - молоты, морда пошло ухмыльнулась, дыхнув смрадом давно не мытого тела и показав отсутствие переднего зуба.

      А потом наступила спасительная темнота… оглушающая, липкая, без сновидений.

***

     Первое моё пробуждение вызвало острую боль в голове и тошноту. Я поморщилась, пытаясь сглотнуть вязкую слюну. Вначале проснулось обоняние, ударив в нос запахом плесени, грязного тела и старых залежалых носков. Так могло пахнуть место, где долгое время находилась толпа немытых мужиков. С трудом открыв глаза, обвела помещение слезящимся больным взглядом. Тёмная, полупустая комната с несколькими лавками, заваленными грязными свалявшимися одеялами и шкурами животных. В углу старый громоздкий сундук, подсвеченный слабым светом единственного окна. Сквозь узкие щели, наглухо закрытых ставен, пробивались тонкие лучики света, проявляя в воздухе столб, клубящийся пыли. Вторым пришло осознание себя в пространстве. Я лежала на чём - то неудобном, твёрдом и дурно пахнущем. Амбре, исходящее от моей "кровати", лучше нашатырного спирта привело меня в чувство, заставив проявится слуху. А вот он то как раз меня и не порадовал. Там, где я сейчас находилась пока никого не было, а вот за дверью соседней комнаты, раздавались грубые мужские голоса, звон посуды и периодически раздающийся хохот. И это мне почему-то не понравилось.

     Уставившись на дверь сонным, заторможенным взглядом, я попыталась найти во всём этом некую неправильность, орущую дурниной в моей голове и поймать постоянно ускользающую мысль.

"Что же меня так беспокоит?"

      Оставив бессмысленные попытки, сосредоточилась на себе. Слабость и головная боль мешала думать, потолок качался, словно качели, в такт бьющегося под самым горлом сердца, гортань от сухости прилипла к горлу, а тело болело так, словно я несколько дней безвылазно провела в фитнес клубе, не размениваясь на сон, еду и отдых. С каждым вдохом боль нарастала в геометрической прогрессии, пока в голове не прозвучал отчётливый щелчок, вновь погрузивший меня в исцеляющую долгожданную темноту.

      Второй раз меня разбудили голоса. Словно надоедливые насекомые, они врывались в мое сознание, жужжа прямо в голову.

- Что вы сделали? Шшшто? - Змеёй зашипел некто под моей дверью.

      Я сразу же открыла глаза, в недоумении огляделась, разглядывая грязную комнату.

- Кори́шшшш, ты видно забыл кто тут главный? - Продолжали шипеть под дверью. - Решил схитрить? За моей спиной жизнь себе хорошую устроить?

      Дальше раздался звук удара и падения чего-то большого, так, что дверь моя содрогнулась. Я дёрнулась, окончательно приходя в себя. По телу прошла дикая волна дрожжи, сердце бешено заколотилось о грудную клетку, стремясь наружу. Я всё вспомнила.

- Зор... Зор! - Засипел придушенно второй разбойник. - Ты всё не так понял! Ребята попросили её оставить пока. Там такая лапа, красотка просто! Ладная, неееежная такая, молоденькая. Оприходовать сначала надо, чтобы добро не пропадало. А потом форгам её на пользование сдать можно, за деньжата немалые. Всё одно там сгинет, под детями - то ихними.